— Нет.
Эдуардо вздохнул:
— Тебе не стоит так себя вести.
Сола получила удовольствие от послышавшейся в его голосе вины — именно такой реакции она добивалась. Как и большинство людей их культуры, Эдуардо и Рикардо получили от матери традиционное воспитание — а это означало, что чувство вины было на уровне рефлекса.
Куда эффективнее криков или пинка коленом по яйцам.
— Выпускай, — повторила она. — Сейчас же.
Эдуардо снова вздохнул, на этот раз глубже и протяжнее. Этот звук подтвердил, что ее манипуляции в очередной раз достигли цели.
Однако он все равно не расплатится с ней за задание. Если убрать в сторону его пристрастия в офисном декоре и воспоминания об активном детстве, то во всем остальном Эдуардо оставался более неприступен, чем любой банковский сейф. Сола же была уверена, что эффектно испортила ему вечер, и чувствовала от этого удовлетворение… она также собиралась позаботиться и о должке Рикардо.
Он мог честно расплатиться сам, или, как выбрал — вынудил ее об этом позаботиться собственноручно.
Конечно же, с доплатой.
Ага, обошлось бы гораздо дешевле, отдай он ей причитающуюся по контракту сумму, но Сола не ответственна за решения других.
— Рикардо расстроиться, — сказал Эдуардо. — Он терпеть не может расстраиваться. Пожалуйста, просто прими деньги… ты поступаешь неправильно.
Часть мозга, отвечающая за логику, предложила ей воспользоваться возможностью указать на обман. Но насколько она знала этих братьев, лучше промолчать… о да, промолчать…
Как природа не терпит пустоты, так и совесть у благовоспитанных, истинных уроженцев Южной Америки.
— Сола…
Она лишь скрестила руки на груди и уставилась прямо перед собой. Кстати, об испанском: Эдуардо разразился тирадой на родном языке, будто, сильно разволновавшись, позабыл английский.
В конце концов, он сдался и минут через десять отпустил ее.
В девять утра на пороге ее дома будут розы. Однако Сола не собиралась домой, в любом случае.
У нее была работа.
***
— Что ты имеешь в виду, говоря, что они не появились? — требовательно вопросил Эссэйл на древнем языке.
Откинувшись на спинку водительского сидения «рендж ровера», он сильнее прижал телефон к уху. Красный сигнал светофора препятствовал его движению вперед, и трудно было не увидеть в этом космическое провидение.
Его кузен как всегда был информативен.
— Подкрепление в назначенное время не прибыло.
— Сколько их должно было быть?
— Четверо.
— Что?— Но не было необходимости повторять. — И без каких-либо объяснений?
— И если ты об этом, то нет, от семерых на улице тоже ничего.
— Что ты сделал с оставшимся товаром?
— Только что привез его домой.
Когда светофор переключился на зеленый, Эссэйл нажал на газ.
— Погашу промежуточный долг Бенлуису, а затем встречусь с тобой.
— Как пожелаешь.
Эссэйл свернул направо и стал удаляться от реки. Спустя пару кварталов и поворота налево, он снова оказался у галереи, еще один поворот налево, и он уже позади здания.
У служебного входа была припаркована машина, черная «ауди», и Эссэйл пристроился позади седана. Протянув руку назад за кресло, он достал снизу серебристый металлический кейс и выбрался из внедорожника.
В этот момент приоткрылась дверь служебного входа галереи, и из нее кто-то вышел.
Судя по запаху — человеческая женщина.
Она была высокая и длинноногая. Темные, густые волосы спадали за спину. Подбородок задран вверх, как будто приготовилась к драке, или только что в ней побывала.
Но кое-что привлекло его внимание. Ее парка — камуфляжная кремово-белая парка.
— Добрый вечер, — поздоровался он, понизив голос, как только они пересеклись в середине проулка, он — на пути в галерею, она — только что выйдя оттуда.
Нахмурившись, женщина остановилась и сунула руку за отворот куртки. И он тут же задался вопросом — а как выглядит ее грудь.
— Мы встречались? — спросила она.
— Только что. — Эссэйл протянул руку и намеренно отчетливо произнес: — Как поживаете?
Она посмотрела на его ладонь, а затем подняла взгляд на лицо.
— Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя акцент, как у Дракулы?
Он натянуто улыбнулся, чтобы не показать свои клыки.
— Время от времени я слышу подобное сравнение. Вы не собираетесь пожать мне руку?
— Нет. — Она кивнула в сторону служебного выхода из галереи. — Ты приятель братьев Бенлуис?
— Совершенно верно. А вы?
— Совсем их не знаю. Миленький кейс, кстати.
На этих словах женщина крутанулась на каблуках и направилась к «ауди». После того, как мигнули сигнальные огни, она открыла водительскую дверь, ветер взметнул ее волосы, перебросив их через плечо, и она исчезла, усевшись за руль.
Эссэйл отошел с дороги, когда она рванула с места и умчалась прочь.
Он глянул ей вслед и с презрением подумал о своем деловом партнере Бенлуисе.
Каким должен быть человек, чтобы послать женщину выполнять подобную работу?
Задние огни стоп-сигнала коротко вспыхнули, затем скрылись за поворотом, и Эссэйл искренне понадеялся, что принятые ранее ночью договоренности, будут соблюдены. Будет обидно, если ее придется убить.
Не то, чтобы хоть на мгновение он станет колебаться, если все же придется...
ГЛАВА 24
Зайфер лежал на жестком бетоне. За многие годы, что он провел в Банде Ублюдков, давно свыкся с отсутствием удобств, а сейчас он наслаждался, хотя его задница из-за холода и отсутствия матраса онемела. Под головой находился только рюкзак, в котором он перетащил кое-какие свои пожитки в новую берлогу в подвале этого склада. К тому же, тонкое, грубое одеяло, которым он накрывался, было недостаточно длинным, оставляя ноги в носках на прохладном, влажном воздухе открытыми.
Но Зайфер чувствовал себя, как в раю. Настоящем раю.
Кровь той женщины струилась по его венам, и о да, была такая питательная. Находясь почти год без надлежащего кормления, он свыкся с усталостью, напряженностью и болями в мышцах. Но теперь все это закончилось.
На самом деле он чувствовал себя так, словно наполнен силой, кожа снова плотно обтягивала тело, рост возвращался к своей прежней высоте, разум и логика к былой трезвости, с каждой секундой становясь все яснее.
Окажись сейчас у него кровать, он бы конечно порадовался этому. А также мягким подушкам, благоухающим простыням, чистой одежде… теплой зимой и прохладной летом… еде для пустого желудка, воде для пересохшего горла… все это пришлось бы весьма кстати, если бы только была возможность это заполучить.
