И сейчас, похоже, Тимофей твердо решил провести всю ночь за сбором этого кораблика. Он отправился за тем сразу после ужина, и уже несколько раз мимоходом советовал Саше отправляться спать. Даже намекал, что собирается лечь в свободной комнате. Хотя, совершенно точно, ему нравилось, что она сидит рядом и наблюдает за ним.
Этот упрямец решил ее не трогать, деликатно и с уважением показывая, что совершенно не настаивает ни на чем и ничего ждет. Ха! Нет, Саша понимала, отчего он это делает. Наверняка Тимофей еще беспокоится о ее здоровье, что и не удивительно при том, какую картину ему довелось застать с утра. Да и их разговор, который помог обоим лучше понять друг друга, доказывал, что он опасается ее испугать. Вот только Саша, совершенно точно, была не из пугливых. И чувствовала себя практически хорошо. Лекарство оказалось то ли сильнее тех, что они с Юлей подбирали раньше, то ли подошло ей лучше. Но, так или иначе, Саша практически совершенно забыла об утренней боли. И сейчас очень даже сильно хотела затащить Тимофей в одну комнату и кровать с собой.
Она немного стеснялась таких своих мыслей и желаний. У нее никогда не было никого, кроме Антона. Но, с другой стороны, чего уж теперь-то сомневаться и переживать? После того, как они решили жить вместе? Нет, определенно, она не собиралась позволять Тимофею придерживаться выбранной линии поведения. Хоть и испытывала радость, даже благодарность за то, что он такой… чуткий, наверное, несмотря на всю свою внешнюю ершистость.
И все-таки, Саша могла быть такой же упрямой и настойчивой, как и он. Тем более, что даже сейчас, когда Тимофей старался не смотреть на нее, а только искоса, тайком поглядывал в сторону Саши — между ними не то, что искры, пламя горело. Пусть и тихо, словно тлело в полумраке комнаты, рассеиваемой одной лампой на столе. Но Саше было жарко, а кровь шумела в голове, заставляя ощущать возбуждение и томление. И она знала, что Тимофей так же чувствует это.
Плавно, стараясь не помешать, потому что видела, сколько усилий прилагает Тимофей, она поднялась со своего стула и подошла ближе, став впритык к нему. Так, чтобы касаться спины Тимофея. Ее волосы коснулись его плеч, а сама Саша наклонилась, будто старалась ближе рассмотреть то, что он делает.
Тимофей застыл и резко, с трудом втянул воздух через нос, кажется позабыв о том, что собирался сделать в этот момент. А Саша постаралась подавить истеричный, нервный смешок. И понадеялась, что все делает правильно. В конце концов, это была ее первая попытка намеренного обольщения желанного мужчины.
></emphasis>
*Поликистоз яичников — одно из гормональных заболеваний, приводящее к тому, что в организме не происходит овуляции (выхода яйцеклетки из яичника) и возникает бесплодие.
Глава 12
— А как ты начал собирать корабли? — тихо, почти шепотом спросила Саша, опустив подбородок ему на плечо. — Ты с детства этим увлекался?
Тимофей медленно повернул к ней лицо.
— Нет, — его ответ прозвучал сипло и Тимофею пришлось откашляться. — Случайно наткнулся на рекламу журнала по моделям, когда пришел на почту за зарплатой для амбулатории, у Веры Семеновны тогда артрит обострился, вот и совместил осмотр и необходимое дело. Даже не знаю, зачем тогда подписался, просто дернуло что-то. А потом — интересно стало, начал модели заказывать, и отвлекало это…, - он пожал плечами.
От этого движения его спина коснулась ее груди. Тимофей прикрыл глаза на мгновение. А она вовсе не собиралась облегчать ситуацию и, наоборот, нежно обняла руками его шею.
— Разве ты не хочешь спать? — все тем же хриплым голосом уточнил Тимофей и уткнулся носом ей за ухо.
— Нет, — Саша улыбнулась. — Совсем не хочу.
— Ты же всегда рано укладываешься, — возразил Тимофей, щекоча нежную кожу словами.
— А ты откуда знаешь?
Она немного отстранилась и удивленно посмотрела на него.
Тимофей усмехнулся и, отставив наконец в сторону бутылку с моделью, повернулся к ней и обхватил ее ноги своими коленями.
— Признаюсь, я следил за твоими окнами, — лукаво и совсем без раскаяния сообщил он, обняв руками талию Саши.
Она засмеялась.
— А я за твоими, — так же честно призналась Саша. — Лежала в темноте и смотрела на свет в твоем окне, и мне становилось не так страшно, не так одиноко, — она с удовольствием перебирала пальцами его волосы.
Он крепче обнял ее и прижал щеку к животу Саши.
— Иди спать, Саш, — опять попросил он, но уже с какой-то сомневающейся ноткой.
— Не хочу, у меня еще дела есть, — она весело улыбнулась, глядя на его макушку.
— Дела? — Тимофей широко усмехнулся и вздернул бровь. — Какие дела? Ты уже даже молока ежам налила, — он с насмешкой посмотрел на нее.
Она немного смутилась, ей казалось, что удалось проделать это тайком.
— У тебя слишком доброе сердце, — словно жалуясь, пробормотал Тимофей и, подняв руки, обхватил ее щеки горячими ладонями. — Они сами должны добывать себе пропитание, это закон природы, — будто бы укоряя ее, добавил он, но при этом так нежно гладил по щекам пальцами и настолько ласково смотрел, что Саша ощутила себя счастливой.
Протянув свои ладони, она повторила его жест, обняв пригоршнями щеки Тимофей. Он немного прикрыл глаза, даже потерся щекой о ее руки, но потом все же посмотрел с решимостью.
— Иди, тебе надо отдыхать, — велел он тоном лечащего врача.
Впрочем, Саша была готова к подобному и совершенно не собиралась уступать.
— Я уже отдохнула за день, — она наклонилась и нежно коснулась губами его губ, пусть и ощущала, как напряглись его пальцы.
И все-таки Тимофей не помешал этому поцелую. На какой-то момент даже сам сильнее прижал ее лицо к своему, углубляя ласку. Они оба знали, вокруг чего осторожно ходят, Саша видела это в его глазах, но Тимофей пока не собирался сдавать позиций. Как и она, впрочем.
— Саша, у меня не железное терпение, — его голос стал низким, а дыхание потяжелело, когда он на миг отстранился от ее губ.
Он пытался призвать ее к здравомыслию и осторожности.
— А мне, наоборот, показалось, что ты очень терпеливый. И выдержка у тебя потрясающая, — Саша кивнула головой в сторону моделей. — Не останавливайся, — шепотом попросила она, ни капли не скрывая реакцию своего тела, не прятала, что самой не хватало дыхания от желания. — Со мной все хорошо, просто замечательно, серьезно, Тимофей, — Саша потянулась вперед, пытаясь снова достать его губы.
Он помешал.
Несколько долгих секунд его руки удерживали ее, а глаза просто впились взглядом в лицо. В комнате стояла тишина, нарушаемая только их надрывными вздохами. И тут Тимофей резко потянул Сашу вниз, едва ли не заставив сесть ему на колени. Правда, она подчинилась с огромной охотой. И тут же его рот накрыл ее губы, буквально набросившись с поцелуем. Словно кто-то щелкнул переключателем.
