Читаем без скачивания Шантаж от Версаче - Татьяна Светлова

Тогда взятки? Надо будет созвониться с этими людьми. Если взятки давали — то, конечно, не признаются, но вдруг это просто деньги в долг? Тогда хоть одна загадка отпадет…

Кис решил приступить к прозвону немедленно и, вооружившись списком клиентов, направился к телефону.

«Вы давали суммы в долг Тимуру Рустамовичу? Нет? А брали у него взаймы? Тоже нет? А что может означать сумма в тридцать тысяч долларов, проставленная против вашей фамилии? Ах, понятия не имеете…» — в таком примерно роде происходили разговоры. Кису наскучило слушать одни и те же фразы, и на седьмом звонке он это занятие оставил.

В еженедельнике была еще одна таблица, состоящая из цифр, например: 2-37, 5-24, 9-18, и так далее. Цифры в левой колонке шли до двадцати восьми, и можно было бы предположить, что под ними значатся те двадцать восемь фамилий, что были указаны в списке с денежными суммами. А вот что могли означать цифры справа? Порядковый номер… Полки? Ящика? Папки?

Хрен его знает. Право, чувствуешь себя полным идиотом, когда у тебя в руках такие неразгадываемые шарады.

От чувствования себя идиотом Киса оторвал телефонный звонок. Это был «культурный человек» Валентин, который сообщил, что сейчас детективу подвезут ключи от квартиры на Ленинском.

В ожидании этого Кис приступил к разгадыванию другой загадки: где Тимур должен был хранить документы? Ну-ка, на выбор: за железной дверью, на даче или на набережной? Железная дверь — это надежно. Ее нельзя ни вскрыть, ни взломать. Во всяком случае, с ходу. Нужны специальные инструменты для взлома и время. А рядом все-таки соседи живут, могут милицию вызвать. Маловероятно, что кто-нибудь мог пойти на подобный риск, и Тимур не мог этого не понимать. Кис бы на месте Тимура хранил свои секреты именно там.

На даче — там все время люди, ненадежно… Конечно, там ворота тоже не слабые, да и искать тайник на даче — задачка не для нервных. И все же там слишком много народу, а Тимур бывал там только по выходным, и желающие запустить руку в его секретные папки имели предостаточно времени… Варя с Пашей в качестве охраны? Кис бы, к примеру, только поглядев в светлые очи этой девчонки, не доверил бы ей даже хранение батона из ближайшей булочной…

С другой стороны, Тимур забрал в пятницу какие-то папки с работы. Все? Частично? И зачем, интересно? Поработать над ними дома? Перепрятать? Боялся оставить на работе? Или там только текущие дела были, а основной архив он где-то прятал?

После чего он поехал на дачу. Мог оставить папки там, рассчитывая вернуться в субботу и посидеть над своими многотомными трудами. Или — доложить их к основному архиву?

Но он вернулся в Москву. Была назначена встреча? Но с кем? Еженедельник умалчивал о свидании, предполагавшемся в пятницу… Если оно, конечно, предполагалось.

Папки он мог и до Бережковской довезти, рассчитывая вечером же над ними посидеть. Без Вари с Пашей, без свидетелей, один. Или он привез их в Москву, чтобы кому-то показать? Тому, с кем встречался? Не устоял, начал шантажировать? И оттого-то в речку и попал? Но снова: была ли у него назначена встреча?

Или он решил их дома спрятать? Да, но меньше всего Кис стал бы полагаться на надежность квартиры на набережной. Обычная дверь, хоть и с тремя замками. К тому же у Андрея Зубкова могли остаться ключи — что-то Кису не верится в то, что он все отдал жильцу. Тимур был человеком осторожным и хитрым, следовательно, мог предполагать, что у хозяина остался доступ в квартиру… Нет, Кис голосует за Ленинский.

Тут и посыльный подоспел с ключами от железной двери, и Кис, оставив Ваньке записку, убыл на Ленинский.

Барбара жалобно хрюкала в туго затянутой на ее шее петле, и в глазах у Паши Реми приметил самый настоящий страх. Это его порадовало — на крепком витом шнуре, стало быть, он мог удерживать не только Варю, но и как минимум ее мужа тоже. Он приотпустил веревку, и Варя шумно задышала. Паша смотрел на нее с ненаигранным состраданием.

Вернулась Ксюша, одетая, причесанная, умытая. Она затравленно посмотрела на Реми, и тот не выдержал, притянул ее к себе, держа одной рукой Варю.

— Как ты? — тихо прошептал он. — С тобой все в порядке? Они не успели ничего с тобой?..

— Не успели, — кивнула Ксюша. — Ничего не успели. Мне повезло, что ты за мной следил… Я, кажется, сделала жуткую глупость, приехав сюда.

Реми ограничился ласковым поцелуем в ее разгоряченный лоб и легонько отодвинул ее от себя: Ксюшина близость стесняла его действия.

Он зорко следил за двумя весьма крупными мужчинами, стоявшими в отдалении. На обоих были черные трико в обтяжку — обтягивать было что: мощные тела были впечатляюще красивы, мускулы вздымались под тонким трикотажем, как и все прочее, что могло вздыматься. Лицом, правда, негр не был так красив, как Паша, но и безобразен, впрочем, тоже не был. Так себе, ничего особенного… Вот только это черное лицо отчего-то показалось Реми знакомым. Впрочем, подобное предположение было совсем невероятным.

— Документы! — бросил Реми негру. Тот было поплелся в сторону раздевалки, как Реми рявкнул:

— Стоять! Ксюша, пойди найди его документы, пусть объяснит где.

Коротко переговорив по-русски с негром, Ксюша ушла искать.

«Позвать русскую милицию? — размышлял Реми. — Смысла нет: сцену насилия они не застанут, я буду иметь неприятности — у меня ведь нет лицензии на работу в России, и ничего мы с Ксюшей не докажем, только все испортим. Киса сюда вызвать? Но пока он доедет… Сам управлюсь», — решил он.

Ксюша принесла ему студенческий билет и перевела: «Рональд Нтихемука. Студент Университета дружбы народов». Нет, разумеется, нет — Реми не мог быть знаком с этим человеком.

Студенческий билет Реми сунул к себе в карман — этот подонок перебьется без него, а они с Кисом будут знать, где его найти.

— Что вы собирались ввести Ксюше в вену? — Ксюша вопрос перевела, и Реми для пущей убедительности кольнул Варю в бок. Та вскрикнула.

Павел, умоляюще глядя в глаза Реми, приблизился услужливой трусцой и протянул ему пузырек. Покрутив в руках маленькую бутылочку из темного стекла с наклейкой, написанной по-русски от руки, Реми и ее отправил в карман.

— Наркотик? — уточнил он, получив в ответ два кивка. — Какой?

— «Забывчивый», — торопливо пояснил Павел. — Память отшибает. А состава я не знаю…

— Что вы собирались делать с Ксенией? — Этот вопрос потребовал от Реми усилий, и он придал голосу максимальную суровость — не для них, для самого себя, чтобы голос не дрогнул.

— Ничего! — быстро дернулась в его руках Варя, пытаясь повернуть голову в веревочной петле и посмотреть на Реми. — Просто попугали, и все.

— Ах, ничего? — Реми притянул ее к себе поближе и, затягивая веревку, прошептал ей на ухо по-английски:

— Так-таки ничего?

Варя не ответила — не поняла или не хотела отвечать, но зато ответил негр:

— Мы поиграть просто хотели…

Реми с удовольствием дал бы ему в морду, но не мог — надо было держать эту паршивку Барбару. Поэтому он просто спросил у Ксюши:

— Зачем ты сюда приехала, детка? Ты что-то хотела узнать?

Но и Ксюша молчала, глядя на него исподлобья. Он был прав, она что-то пытается скрыть от него… Ну, с этим он после разберется.

— У вас тут все неплохо налажено, я смотрю, для подобных игр. И часто вы так развлекаетесь?

— Первый раз! — просипела Варя.

Реми заглянул ей в лицо:

— Первый?

Варя молчала, сверля изо всех сил Пашу фарфоровыми глазами. Тот, не слишком уверенно, подтвердил:

— Правда первый…

— И вы хотите меня убедить в том, что вы срочно вызвали сюда этого Рональда вот так, ни с того ни с сего? Что же вы ему по телефону объяснили? Что у вас пожар?

Рональд, невозмутимо глядя на Реми, спокойно произнес:

— Я просил, если вдруг встретят хорошенькую девушку, то меня позвать для знакомства. Я красивых девушек люблю, а русские девушки — красивые девушки! — И он мечтательно закатил глаза.

Убил бы сволочь!

Но убить его не представлялось возможности, пришлось ограничиться разговорами под тихий перевод Ксюши.

— Так это у вас, значит, такой способ знакомиться? — хлестко проговорил Реми. — С раздеванием и наркотиком в вену?

— Рональд тут ни при чем! — Варя снова дернулась в петле, поворачивая к Реми профиль. — Это Пашка придумал, а он у нас глупенький. Умственно отсталый. У него это в медкарте написано!

Ага, валит вину на того, с кого спроса меньше…

— А почему ты не возразила? Ты тоже умственно отсталая?

— Так девушка была согласна! Мы ей предложили поиграть, сказали — ощущения испытаешь — потрясные! — она и согласилась. Правда, Ксения?

Ксения даже не сумела перевести, задохнувшись от негодования.

— Это не правда, Реми, она лжет!

— Переведи сначала, детка, — попросил он, — а потом объяснишь.

— Она сказала, что я сама хотела! Но это не правда!