— Делай все, что считаешь нужным. Хуже не будет. Да и вдруг у меня осталась капелька удачи и что-то получится.
Лелька попросила проводить ее в кухню. Там, пока закипал чайник, она смешала непонятные для Сашки травки и листочки и залила кипятком и едва слышно зашептала: «Здравница-девица, ивина сестрица, отведи беду, нам зажги звезду. Пусть звезда горит, нам покой дарит. Пусть уйдет хвороба в огонь через воду. Огонь взовьется, беда не вернется». Под этот тихий наговор травинки в большой кружке сами собой закружились, огонь на плите вспыхнул и опал, в кухню вернулись привычные звуки.
— Вот, отдай Лере. Ей надо это пить потихоньку, но до утра выпить. Я попробую узнать, что можно сделать, но не факт, что у меня что-то получится.
Когда гостья ушла, Саша отнес Лере питье. Из кружки мягко пахло чем-то хвойным, примешивались запахи чабреца и душицы. В этот вечер больная смогла сама взять ложку левой рукой, и Александр приободрился.
При других обстоятельствах Лелька бы с утра рванула в лес. Но помнились слова лешего: «Каждый сперва соблюдает свой интерес». Лесная мудрость девочку еще не подводила, так что Лелька отправилась в школу. За раздумьями о странном кольце уроки пролетели быстро.
— Хорошо еще, что к доске не вызывали, а то бы опозорилась, — мелькнула мысль.
Она собиралась забросить школьную сумку домой и с верным рюкзачком наведаться к дядьке Ермолаю. Вот только не было у нее уверенности, что старый леший захочет разговаривать. Девочка уже поняла, что людей он не жаловал и по непонятным причинам благоволил только ей. Однако мы предполагаем, а жизнь располагает. Едва Лелька заступила во двор, как появился Дрон. Воровато оглядевшись по сторонам, дворовой шепнул:
— Тут до тебя из леса прибегали, просили пожаловать побыстрее.
Девочка удивилась. Такого еще не случалось. Однако пренебрегать лесными жителями она не собиралась, так что быстро переоделась и отправилась к знакомому пню. Леший был уже там. Лелька первый раз видела его таким взбудораженным.
— Веда, помощь твоя нужна, поможешь?
— Дядька Ермолай, здравствуйте. Что случилось? — леший Лельке был скорее симпатичен, но давать опрометчивые обещания она не собиралась. Уже усвоила, что здесь за каждое слово спрос особый.
— Да вот этот ушастый поганец случился! — Леший откуда-то вытащил за ухо странного старичка.
Старичок едва достигал Лелькиного колена, носил роскошную бороду, которой подпоясывался вместо кушака, и шляпу от белого гриба.
— Вот-те на-те… — протянула Лелька. — А кто это и как он случился?
— Аука я, — сварливо ответил старичок, — Какая же ты, к ежикам, веда, если ауку не знаешь!
— Поговори мне ищщо! — взвыл леший и, схватив бедолагу за химок, основательно его тряхнул.
— Ау-у-у-у! — возопил несчастный. — Ты чаво, Ермолай, дерешьси!
— Я тебе говорил, чтобы ты местных не трогал? Предупреждал, чтобы к Михалычу не лез? Объяснял что будет если кто из местных в лесу моем пропадет? — каждый вопрос сопровождался встряхиванием грибного старичка, как будто леший выбивал коврик.
— Предупреждаааал! Говориииил! Объясняаааал! — подвывал обреченно субъект разборки.
— Так чего, грибная твоя морда, ты Михалыча заплутал-запутал? Ногу ему поломал? Он тебе чаво сделал? Ведь вся деревня ищет, вертолет грозятся вызвать!
Через весь комизм разворачивающегося спектакля до Лельки постепенно доходила глубина западни, в которой оказался несчастный Ермолай. Вертолет и группа поисковиков-спасателей, да еще и вместе с волонтерами, вытоптали бы его лес, как ордынское иго Русь-матушку.
— Дядька Ермолай, — вмешалась Лелька в диалог, который пошел уже на третий круг. — От меня-то что хочешь?
— Ох, веда, скажи ты им во имя предков, где Михалыча искать! Я и дорожку подстелю, только бы лес мне не вытоптали. Сейчас в зиму все уйдет, ежели ягодники вытопчут, а листву пожгут, весной у меня не лес будет, а чистое позорище. Помоги, а? Я в долгу не останусь!
— Дядька Ермолай, да какие могут быть счеты! Я тебе помогу по-соседски, ты мне. Только вот как бы этот старичок-боровичок снова кого-нибудь не заблудил.
— Ты, гнилая сыроежка, пошто Михалыча увел? — уже спокойней спросил леший.
— Скууууучно мне — провыл воспитуемый. — Тебе хорошо, ты на зиму в дупло заляжешь и нет тебя. А мне как жить? С Зюзей в карты играть? Так ты запретил.
— Ясное дело запретил. Тебе разреши, так ты весь лес проиграешь и меня на кон поставишь.
— Ну вот. А зима длиииинная…
— Ну и зачем тебе зимой дохлый Михалыч?
— Ты ж мне на лес запретил играть и на то что в нем. А о людских душах разговору не было.
— Охти мне… Что ж ты паскудник такой удумал-то!
Скандал собирался разгореться с новой силой.
— Погодите уважаемые, — вмешалась Лелька. — есть у меня мысли, как помочь такой беде. Только давайте по порядку действовать будем. Где, говорите, Михалыча искать?
— Помоги, веда, коль сможешь. А в свой час и я тебе помогу. А Михалыча этот бородатый злыдень аж за болото увел, к Глухариной гряде.
— Ого! — Лелька уже знала лес, до той гряды не каждый лось доскачет.
— Азартный он, Михалыч-то. — вякнул аука. — И до грибов страсть жадный.
— Ладно, уважаемые, я уйду ненадолго, расскажу, где искать потеряшку, и захвачу кое-что.
Хорошо подумав, Лелька не стала заявляться в поисковую группу и сообщать, что знает точную дорогу к потерявшемуся. Во-первых, ей бы вряд ли поверили, а во-вторых, после такого заявления, да когда Михалыча найдут по указанным координатам, как бы односельчане ее не притопили для проверки на ведьмовство. Рисковать не хотелось, так что девочка пошла другим путем — она отправилась к Сашке.
Предварительно Лелька заскочила домой, прихватила смесь трав, ту что заваривала для Леры, и отправилась с визитом, имея железобетонный предлог. Сашка, к счастью, оказался дома.
— Привет. Я принесла еще травок для Леры, давай заварю. С кольцом вопрос еще не решен.
— А долго еще надо ждать?
— Дело было бы быстрее, но тут Михалыч пропал. Может слышал?
— Да только глухой не слышал, да и тот бы увидел. А какая разница пропал Михалыч или нет?
— Тот, кто может ответить мне на вопросы,
