— Почему Лелька точно сможет забирать энергию, а я — только после учебы, да и то не факт?
— Я же говорю — умная. В корень смотришь. А причина простая. Родители твоей сестры — ведьма и ведун, а твои — обычные люди. Сила передается по крови, только поэтому у тебя есть крохотный шанс. Нравится тебе или нет, но общая кровь у вас с ней есть.
— Но если ее мать — ведьма, значит и моя тоже?
— А вот тут другая история. Традиционно ведьмой становится старшая сестра, она же забирает себе всю, или почти всю силу. Но твоя мать когда-то отказалась обучаться у бабкиной сестры, решила, что все это чушь.
— Она и сейчас так думает.
— Вот именно. А ее младшая сестра отказываться не стала и обучение прошла. Она, конечно. оказалась слабее, чем могла бы быть твоя мать, но ей это не помешало. Ну и замуж правильно вышла.
Тут Инга скрипнула зубами. Прошло много лет, но испытанное унижение жгло ее словно каленым железом. К счастью Ирина, увлекшись своими мыслями, ничего не заметила.
— А сейчас моя мать может стать ведьмой?
— Уже нет. Она отказалась от силы, оскорбила ее, а такие подарки повторно не предлагают.
— Но у меня возможность есть?
— Есть. Пока слабенькая, но, если будешь учиться и слушать меня, сможешь все поправить.
— Что мне надо сделать, чтобы у вас учиться?
— Тебе придется мне довериться и дать ученическую клятву. Это очень серьезно. Те, кто такую клятву нарушал, умирали долго и очень неприятно.
Ирина подняла на будущую наставницу потемневшие глаза.
— Я готова на любые условия.
Начиная всю эту историю, Инга довольно долго раздумывала, как лучше обставить процедуру клятвы. Решающим фактором оказалась готовность потенциальной ученицы, так что принятие клятвы, состоявшееся через несколько дней, прошло буднично. Ира уронила несколько капель крови на самый настоящий пергамент, проговаривая тщательно заученный текст. Инга ощутила отклик силы — клятва, что называется, легла. Сама Ирина ничего не почувствовала, так что первым заданием наставницы стало упражнение на тренировку чувствительности.
Упражнение не шло, времени на тренировку уходило много. Стало некогда тусоваться с подружками, ходить с Сашкой в клуб. Ирину не покидала мысль, что не откажись мать от обучения, ей, Ирине, не пришлось бы сейчас так мучиться. И времени было бы больше, и Сашка бы никуда не делся. На себя было злиться неинтересно, на наставницу — просто опасно, а на мать можно. Впрочем, мысли девушки скоро сменили направление. В самом деле, разве могла мама сама отказаться от такой замечательной возможности! Явно же нет. Значит кто-то ее к этому толкнул, а кроме младшей сестры было некому. Так что Лелькина мать просто забрала обманом то, что должно было достаться Ирине, просто украла. И теперь Ирина сделает все, чтобы восстановить справедливость. Главное, чтобы проклятое упражнение все-таки получилось.
Лелька не сразу заметила, чем занята двоюродная сестра. Упражнения ей были незнакомы, ее ведь никто не учил, все приходилось осваивать самой. Подсмотрев у Ирины последовательность действий и покопавшись в интернете, благо из-за Ирининого нового увлечения их старенький компьютер был свободен большую часть времени, Лелька быстро получила результат. Теперь она могла ощущать всех, кто находится вокруг нее в радиусе примерно метров пяти. Интересно что в число «идентифицируемых объектов» попали даже Лапатундель и Кондратьич. Теперь девочка знала, что любимое место домового— между стеной котельной и плитой. Домовик явно любил тепло. Лельке было интересно, где сестра нашла упражнение, но беспокоиться было не о чем, сил у Ирины практически не было.
Незадолго до снега в село неожиданно приехал Сергей, тот самый, что подарил Сашкиной тете Лере непростой перстенек. Лелька про это узнала, только когда Лера попросила ее поговорить с нежданным гостем. Надо сказать, Сергей не то чтобы удивился, он дар речи потерял, увидев Валерию. Та, избавившись от сторожа клада, почти полностью восстановилась. Она еще пила отвар, который делала Лелька, но и это лечение через пару дней должно было закончиться.
Сам же Сергей чувствовал себя все хуже. До встречи с Лерой он планировал продать клад понимающим людям и прикупить себе участок в коттеджном поселке. Денег хватило бы и на землю, и настройку. Однако план осуществить не получилось. Сперва было некогда, пришлось по работе съездить в пару мест, а когда вернулся — навалилась болезнь. Врачи кивали на высокие онкомаркеры, но сказать что-то конкретное не могли, просто не видели опухоль.
В один из дней, взглянув на себя в зеркало, Сергей вспомнил Леру и набрал знакомый номер. Он был готов ко всему: что абонент не абонент, что ответит кто-то другой, ну или родственники в лучшем случае. Услышав в трубке голос Леры, он дико обрадовался, но снова глянув в зеркало, протрезвел.
— Лера, привет! Я так рад тебя слышать! Как твои дела?
— Здравствуй, Сережа. Нормально у меня все. А что ж раньше не звонил?
— Боялся. Боялся, что вместо твоего голоса будет чужой. А пока не звонишь, вроде все окей. Понимаю, что это поза страуса, но что ж сделаешь, если так и есть.
— А сейчас что случилось?
— Стыдно говорить, но беда заставила.
— Болеешь?
— Болею. И врачи ничего толком не говорят.
— А от меня чего хочешь?
— Лер, можешь мне рассказать про травницу, которая тебе помогла? Ты же знаешь, я жадным отродясь не был, отблагодарю по-взрослому.
— Видишь ли, Сергей, тут все не так просто. Если время и силы позволяют — приезжай, я тебе все честно расскажу, а там как сам решишь.
— Когда можно приехать?
— Да хоть завтра, сам смотри как у тебя со сроками.
— Спасибо, Лер. Завтра буду.
— Да спасибо-то за что?
— Что не погнала и в помощи не отказала.
— Да еще и помощи никакой нет.
— Что травница скажет, будет видно, а ты мне уже помогла. Спасибо.
Сергей честно признавался себе, что ехал с надеждой на помощь. Однако эта надежда приказала долго жить, едва он увидел травницу. В комнату, где Лера поила его чаем, вошла девчонка лет12, длинненькая и худая как
