Читаем без скачивания О завтрашнем дне не беспокойтесь - Николай Симонов

Мелисса почти свыклась с тем, что никогда уже не вернется к своей дорогой мамочке, как рядом появился огромный бурый медведь.

Инструктор забрался на дерево, коварно бросив ее на произвол судьбы. Она освободила левую руку и схватила инструктора за ногу.

Нога оторвалась, потому что была искусственной. Этим-то протезом она и ударила медведя по голове, которая разлетелась на мелкие кусочки. Горе-инструктор слез с дерева, вырвал у нее из рук протез, зажал его под мышкой и поскакал на одной ноге к машине, да так быстро, что она едва за ним поспевала. Инструктор просочился в шикарный автомобиль типа «Мерседес» и поехал. Она побежала за машиной, на ходу заскочила в открытую заднюю дверь и с удивлением увидела за рулем Менахема Бегина[8], который заявил, что выдаст ей права только в том случае, если она согласится выйти за него замуж. Она согласилась… Открыв глаза, Мелисса приподнялась, отодвинула плотную занавеску и выглянула в окно. Их поезд стоял на каком-то маленьком полустанке в ожидании, когда пройдет встречный или догоняющий состав.

«Морадыковский, Морадыковский», — монотонно-усталым голосом повторяла по громкой связи дежурная станционного поста. Мелисса перевела свой взгляд на спящего Павлова, и невольно залюбовалась прекрасным и одухотворенным выражением его лица. Кряхтя и чертыхаясь, спустилась с верхней полки Наденька и села рядом с Мелиссой. Одежды на ней не было никакой, если не считать полупрозрачный бюстгальтер с аппликацией в виде бабочек и супермодные трусики thong, которые, если что-то и прикрывали, то чисто символически. Ах, если бы подобные предметы дамского туалета существовали во времена А.С.Пушкина, то великая русская поэзия, вероятно, обогатилась бы такими перлами, что читать их ныне пришлось бы, держа в левой руке валидол, а в правой что-нибудь от давления! Наденька была крайне недовольна. Мало того, что эта влюбленная парочка (Мелисса и Павлов) оставили ее наедине с храпящим Фишманом, так, вернувшись, даже не поинтересовались ее самочувствием. Не пожалели. И конечно она ревновала Павлова к Мелиссе, а Мелиссу к Павлову. Вот, такое в ее чувствах, совершенно внезапно, возникло странное бисексуальное раздвоение. Попробуем объяснить, почему это произошло. Когда-то, на заре становления регулярных половых отношений, у Наденьки был молодой человек, которого она безумно любила. Проводила в армию и два года терпеливо его ждала, не давая никому из мужчин даже до себя дотронуться. А когда ее любимый, наконец, вернулся, она его не узнала: он стал грубым, черствым и отвратительно похотливым, причем, не чуждым садистских наклонностей. И она с ним рассталась. Он угрожал убить ее и себя, порвать на флаг британский всех ее, реальных и мнимых, поклонников, которых он и за людей-то не считал, поскольку они не служили в воздушно-десантных войсках. В конечном итоге его осудили за развратные действия в отношении несовершеннолетней соседки и отправили на 7 лет в колонию строгого режима, где он повесился. После этого она перестала влюбляться в мужчин, рассматривая интимные отношения с ними исключительно с точки зрения материальной выгоды.

— Как голова болит! — пожаловалась Наденька, раздирая рот зевком, и предложила чем-нибудь опохмелиться.

— От минералки я бы тоже не отказался— с верхней полки раздался басовитый голос проснувшегося Фишмана. Свесив голову, Аркадий Моисеевич увидел Наденьку в negligee и, посмеиваясь, произнес сакраментальную фразу из феерической комедии В. Маяковского «Клоп»:

— «Какие аристократические чепчики!»

— Это не чепчики. Это…, — повелась Мелисса, но, догадавшись, что дядя Аркадий шутит, шепотом одернула: «Тише, еще не все проснулись», — а Наденька поспешно прикрылась ее шерстяным пледом. Подруги оделись. Наденька сразу отправилась занимать в туалет очередь, а Мелисса, порывшись в «закромах родины», обнаружила четыре бутылки «Боржоми», одну из которых открыла и подала Фишману. Хлебнув прямо из горлышка, Фишман почувствовал, что ему тоже пора вставать и одеваться. Вскоре в купе остался только один Павлов, который продолжал витать во сне, постепенно возвращаясь в реальность. Вначале он ничего не мог понять. Вроде бы он дома. На своей кровати. Дабы убедиться в том, что это не сон, он плюнул на ковёр и долго смотрел, как слюна загадочно пузыриться и тонет в щетине ворса. На прикроватной тумбочке зазвенел будильник. Время: 7.30.

Пора вставать и собираться на работу. Не нашарив у кровати домашние тапочки, он полез под кресло. Ну, почему они всегда не на месте?

Хотя нет, иногда их не находишь совсем. Или находишь, но один. Так, с тапочкой на одной ноге, он и заглянул на кухню. Отец был дома и готовил на газовой плите традиционный утренний кофе и хлебные тосты.

— Ну, что, котяра блудливый, выспался? — спросил его отец вместо положенного «доброго утра». Послышался легкий шелест закипающей воды, и белесая кофейная пенка весело перекатилась через край бронзовой кофейной турки.

— Доброе утро, батя! — Павлов поприветствовал отца и сразу поспешил озаботиться:

— Мне никто не звонил?

— Как же не звонили! Поздно ночью, когда ты уже спал, тебя спрашивала какая-то баба из Смоленска. Но разговаривать со мной не стала и бросила трубку.

— Я душ сначала приму, а потом все объясню… — попытался он оправдаться непонятно за что.

— Да не интересуют меня твои мокрощёлки! Тебе минут десять тому назад с работы звонил какой-то мужик и просил передать тебе, чтобы ты не суетился. Вопрос удалось уладить, и твоя командировка на периферию переносится на неопределенный срок — отец завершил отчет об отклоненных и принятых вызовах.

— Тогда я отбываю в термы Каракаллы — с облегчением сказал он.

— А я в универсам за можайским молоком и сметаной, пока гости столицы не разобрали — улыбаясь, предупредил отец. Перед тем, как принять душ, Павлов осмотрел то место на животе, которое, приехав рано утром домой, заклеил пластырем, чтобы унять боль от ожога, образовавшегося у него после встречи с НЛО. Никакого пластыря и ожога не было и в помине. В этот миг он понял, что, наверное, сошел с ума или произошло что-то невероятное. Он включил воду. Смеситель фыркнул, дёрнулся, и вода нервной струёй полилась на дно ванны. Горячая вода почему-то не появлялась. Наверное, отключили.

Пришлось обливаться холодной, что, кстати, помогло собраться с мыслями:

— Неужели путешествие в поезде «Москва-Новосибирск», знакомство с Фишманом, Мелиссой и Наденькой, это — только сон? Тогда что считать реальностью? Бред какой-то! А может быть кто-то решил вернуть его на целые сутки назад, чтобы он не ехал ни в какой Новосибирск? Тем более что этот Фишман, несмотря на «пятый пункт» — очень милый и порядочный человек. А его племянница Мелисса — такая секс-бомба, что впору голову потерять! Хлопнула входная дверь, оставив лёгкий звон в ушах. Звон пустоты. Приняв душ и одевшись в махровый халат, он зашел на кухню и со словами: «Нетушки, живым не сдамся», — пододвинул к себе стоявший на холодильнике «Бирюса» телефонный аппарат с дисковым набором номера и позвонил другу Терехову. Трубку взял сам именинник, который, оказывается, не сном ни духом, не ведал ни о каком семинаре для студентов-вечерни-ков. Выслушав его поздравления по поводу Дня рождения, Терехов напомнил ему о том, что в 18.30 он ждет его в Софрино возле вокзала, чтобы отвести к себе на дачу. А потом он передал трубку своей младшей сестре Анюте, которая, томно вздыхая и хихикая, поведала ему о том, как сдавала экзамен по сопромату. «Какой сопромат? Она же еще школьница…», — никак он не мог понять происходящее. И еще его поразило, что Анюта говорит с ним, хоть и непонятно о чем, но как с очень близким человеком. Даже звук поцелуя изобразила, шепотом сказав перед этим по-английски: «I love you, my macho!» Разговор с Тереховыми вначале навел его на дичайшую мысль о том, что он не просто переместился во вчерашний день, а, возможно, нечаянно, попал в параллельную Вселенную. Существование таковой, как утверждал его старший брат Сергей, теоретически возможно, если признать правомерность постулата американского ученого Хью Эверетта о том, что все математические структуры реализуются физически. При этом сон, возможно, является естественным мостом между двумя или несколькими мирами с различными вариантами развития событий.