бумаги, как будто это была наступательная граната, и подхватила следующий. «Ман», гласила следующая валентинка.
— Да чтобы вас всех! — заорала мандрагора. — Любви моей захотелось? Я вам сейчас устрою любовь, вот этим предметом!
Она трясла шваброй, как копьем.
Купидон воспользовался свободой и ловко юркнул в сторону.
— Люблю засранца! — взревела Ман. — И вас всех по одиночке переловлю и перелюблю!
Мандрагора увеличилась в размерах, ее кора́ излучала ядовито-оранжевое свечение. Казалось, еще немного — и она взорвется.
Все домочадцы кинулись на улицу. Ещё бы, когда Ман взрывается, лучше находиться подальше от эпицентра взрыва и желательно за бетонным ограждением.
— КАК ЖЕ Я ВАС ВСЕХ ЛЮБЛЮ!!!
* * *
Город сотряс жуткий взрыв. Жителей города накрыло плотной лавиной валентинок.
— Напомните мне, чтобы я больше никогда не поздравлял Ман с Днем святого Валентина, — сказал оглушенный кудесник, вытряхивая розовые сердечки из капюшона.
— Кто же мог подумать, что она так неудержима в любви? — Сказочник пытался выбраться из розового шуршащего сугроба. — Видимо, у нее аллергическая реакция на любовную интоксикацию.
— Нет, просто не рассчитали дозу, — усмехнулся кудесник. — Чья-то валентинка явно была лишней и вызвала цепную термоядерную реакцию.
— Да, любовь — страшная сила, — согласился сказочник.
С неба упал контуженый Купидон и, пошатываясь, побрел прочь, к месту следующего заказа.
На очереди были драконы…
Парле-ля-грамм и лайки
— Вот теперь давай объясняй мне, что такое парле-ля-грамм, — недовольно буркнула Тули́нэ, бросив на торговую стойку учебник.
Кудесник посмотрел на обложку: «Геометрия».
— А я-то тут при чем? — усмехнулся кудесник. — Это же ты студентка, а не я.
— Если ты мне не поможешь, то я буду тебе надоедать, — медовым голосом проворковала Тули́нэ.
— Попробуй, — пожал плечами кудесник, с любопытством глядя на девушку.
Тули́нэ полезла в карман бального платья.
— Ой, нет, только не смартфон, — взмолился хозяин лавки.
— У меня тут такие прикольные стикеры с котиками, — невинно продолжила наступление принцесса. — Я сейчас тебе пришлю.
Смартфон кудесника начал вибрировать. Видимо, это котики начали свою оккупацию его гаджета, заполняя своими смешными изображениями не такую уж обширную память телефона.
— А теперь я буду плакать, — Тули́нэ театрально сползла на стойку и, шмыгнув носом, открыла ящик стола. — О, да у тебя тут лапша быстрого приготовления!
Кудесник вздохнул и сунул девушке один брикет. Тули́нэ засунула добычу в карман бального платья и опять взялась за телефон.
— Сейчас мы тебя запо́стим… — она сделала пару снимков кудесника. — Хотя, посты с котиками идут гораздо лучше… Кстати, где Диод?
— Диодор! — возмущенно отозвался пушистый ассистент с верхней полки. — Не надо фамильярности.
— Сойдет, — хмыкнула Тули́нэ, фотографируя кота. — Сейчас мы тебя тоже запо́стим…
Тули́нэ не удалось договорить, потому что дверь магазина неожиданно распахнулась и в помещение влетела лайка.
— О, первый лайк! — усмехнулась девушка, наблюдая сердечко под фотографией кота. — Точнее, лайка.
Она хитро улыбнулась кудеснику:
— Ну так что? Парле-ля-грамм?
— Нет, — ухмыльнулся кудесник. — Сама, сама, сама.
— Хорошо, — с нажимом сказала Тули́нэ. — Буду брать тебя измором.
* * *
Вообще, со стороны сказочника это было настоящее сказочное свинство. Уматать в творческий отпуск и оставить одну свою подопечную под присмотром другого. Мол, у вас есть полная творческая свобода самовыражения и всё такое. Творите, что хотите, а он лично — на Бали, на писательский ретрит с дзен-буддистскими монахами, фикусами и прочими декорациями духовного просветления и писательского роста. На логичный вопрос кудесника, что он собрался там писать, сказочник ответил, что уж точно не сказки.
В последнее время в творческих изысканиях сказочника преобладали постоянные взрывы, и психологи «Fantasy resource» намекнули на его душевную напряженность. Поэтому он был направлен в творческий отпуск с заданием написать что-нибудь светлое и доброе, что-нибудь без криков мандрагор, пожаров и взрывов. Короче, написать что-нибудь, что заставит читателя погрузиться в легкий сюжет и расслабленно улыбнуться в конце произведения. Сказочник и сам понимал, что стал заложником жанра, поэтому, не раздумывая, согласился. Шутите, на Бали за счет компании! Кто откажется от таких подарков? Поэтому он быстро собрал вещи, экстерном устроил Тули́нэ в Университет Прекрасных Принцесс и поселил её в лавке «Залейся зельем», так сказать, под надзор своего более надежного персонажа. Напоследок он помахал своим сказкам рукой и со спокойной совестью свалил в аэропорт на встречу просветлению, солнцу, морю и черепахам.
* * *
Тем временем лаек в магазине прибавилось, а с их прибавлением появилась непонятная атмосфера суматохи и безудержного веселья. Конечно, ведь лайки всегда приносят радость.
Малышки-мандрагоры с визгом гонялись за стаей собак. Тули́нэ поймала особо пушистую псину и начала ее няшить и тятёшить. Лайка смешно тыкалась мокрым носом в оттопыренный карман бального платья, намекая на то, что лапша быстрого приготовления резко контрастирует с воздушными силуэтами наряда Тули́нэ и что эта самая лапша гораздо гармоничней смотрелась бы в её желудке.
Что поделать, некоторые лайки считают себя особенными и требуют от своих объектов определенных подношений. Тули́нэ не стала спорить с животным, решив не дожидаться, пока оно измусля́кает ей весь карман.
Кстати, если кто-то считает, что в бальном платье не должно быть карманов, то он глубоко заблуждается. Где, скажите на милость, принцесса должна носить мобильник с наушниками? Ведь не за пазухой же!
Лайка быстро умяла угощение и довольно посмотрела на Тули́нэ.
— Парле-ля-грамм? — спросила девушка у собаки.
— Ву-у-и! — ответила лайка.
— О, mon cher ami*, — проворковала Тули́нэ, целуя лайку в мокрый нос.
* * *
— Это-о-о что-о-о такое! — послышался рев старшей мандрагоры.
— Лайки, — отозвалась девушка.
— Немедленно убери их отсюда, — потребовала Ман, — тут же всё псиной провоняет!
— Не могу, — усмехнулась Тули́нэ. — Лайки нельзя убрать, это невежливо!
Мандрагора издала непонятный звук и поискала глазами кудесника. Тот продолжал сидеть за торговой стойкой и флегматично поглядывать на пушистых представителей социальных сетей. Издав боевой клич, старшая мандрагора полезла напролом сквозь стаю собак, периодически пресекая попытки ее обнюхать.
* * *
— Ты собираешься вообще что-нибудь предпринимать? — сурово спросила Ман, добравшись до хозяина лавки. — Или так и собираешься смотреть на весь этот бардак?!
— Да! — мяукнул со шкафа вздыбленный Диодор. Он был просто в ужасе от такого количества незнакомых собак.
— Тут я ничего не могу поделать, — развел руками кудесник. — Все лайки, которые сейчас находятся в лавке, непростые — это кармические лайки кота Диодора.
— Как, Диодора? — опешила мандрагора.
— Как, мои? — удивленно мяукнул кот.
— Вот так, — пожал плечами чародей. — По кармическим законам социальных сетей все отклики в виде лайков принадлежат не автору публикации, а объекту, который был опубликован. Поэтому что-либо сделать в данной ситуации может лишь владелец этих собак —
