До наступления ночи, которая в этих широтах Гамму всегда наступает со зловещей стремительностью, оставалось около двух часов. Убежище пряталось в прохладе — на небо постепенно наползли облака. Дункан по распоряжению Луциллы занимался во внутреннем дворе физической самоподготовкой.
Преподобная Мать наблюдала за ним, стоя возле парапета, на том самом месте, с которого она впервые увидела мальчика.
Дункан передвигался по лужайке резкими скачками, отрабатывая последовательность из восьми элементов боевых искусств Бене Гессерит. Он изгибался, подпрыгивал, перекатывался по траве, вскакивал и снова падал, кувыркался и перемещался из стороны в сторону.
Это было прекрасное показательное выступление. Не было ни одного предсказуемого движения и выполнялись они с головокружительной быстротой. Мальчику только что исполнилось шестнадцать стандартных лет и пора было приобщать его к прана-бинду.
Поразительное владение телом говорило о многом! Он очень быстро понял, что от него требуется, когда Луцилла впервые велела ему проводить эти вечерние занятия. Первая часть задания, полученного от Таразы, была, таким образом, выполнена. Гхола полюбил ее, в этом не было никаких сомнений. Она стала для него родной матерью. Причем достичь этого удалось, не ослабив юношу, хотя Тег очень волновался по этому поводу.
Моя тень распростерлась над гхола, но он не проситель и не зависимый последователь, уверила себя Луцилла. Опасения Тега совершенно напрасны.
Только сегодня утром она сказала Тегу: «Каковы бы ни были сейчас его силы, он совершенно свободно выражает свои чувства».
Тег должен увидеть его прямо сейчас, подумала Луцилла. Многие из трюков, которые выполнял сейчас Дункан, были плодом его собственного творчества.
Преподобная Мать едва удержала вздох восхищения при особенно удачном броске, после которого Дункан оказался практически в центре двора. Гхола достиг такого совершенства в достижении нервно-мышечного равновесия, что скоро достигнет и психологического равновесия, соперничая в этом с самим Тегом. Культурное воздействие этого достижения сможет поразить воображение. Стоит посмотреть на всех тех, кто инстинктивно отдавал должное Тегу и через него Общине Сестер.
За то, что мы научились это делать, надо сказать спасибо Тирану, подумала она.
До Лето II не существовало распространенной системы культурного регулирования для достижения баланса, который Бене Гессерит всегда считал идеальным. То было равновесие — скольжение по острию меча — сам принцип которого восхищал Луциллу. Именно из-за этого восхищения она дала втянуть себя в осуществление проекта, целостный замысел которого был ей неизвестен. Этот проект требовал от нее проведения еще одного мероприятия, которое вызывало у нее инстинктивное чувство протеста.
Дункан еще так молод!
Следующим шагом, который она должна была сделать по приказу Общины Сестер, было завуалированно сформулировано Таразой: Образование Сексуального Впечатления. Только сегодня утром, стоя у зеркала, обнаженная Луцилла отработала мимику и движения, которые ей придется использовать для того, чтобы выполнить приказ Таразы. Искусственно меняя позы, Луцилла вдруг ощутила себя доисторической богиней любви — обильная плоть и обещание мягкости и ласки для жесткого мужского естества, которое войдет в ее лоно.
Во время обучения Луцилла видела статуэтки Первых Времен, маленькие каменные фигурки женщин с толстыми бедрами и обвислыми грудями, которые обещали много молока будущему младенцу. По своему желанию Луцилла могла, возвратив юность, симулировать такие формы.
Тем временем Дункан остановился на мгновение, обдумывая следующее упражнение. Приняв решение, он кивнул, подпрыгнул вверх, перевернулся в воздухе и приземлился, как горный козел, на одну ногу, потом дугой развернулся в движении, которое больше напоминало танец, нежели боевой бросок.
Решившись, Луцилла плотно сжала губы.
Сексуальное Впечатление.
Тайна секса вовсе не является тайной, подумала она. Корни его накрепко связаны с самой жизнью. Это объясняло, почему лицо первого мужчины, которого она соблазнила по приказу Общины, до сих пор запечатлено перед ее внутренним взором. Селекционные Куртизанки сказали ей, что они ожидали именно этого и нисколько этим не встревожены. Но сама Луцилла отчетливо поняла, что Сексуальное Впечатление — это обоюдоострый меч. Ты можешь научиться скользить по острию меча, но он может разрезать тебя. Иногда, когда лицо того соблазненного мужчины внезапно появлялось в памяти, Луцилла чувствовала себя смущенной и беспомощной. Эта память являлась так часто в самые интимные моменты близости с другими, что Луцилле стоило большого труда не выдать ее.
— Эти переживания укрепляют тебя, — уверяли Селекционные Куртизанки.
Правда, иногда бывали моменты, когда она чувствовала, что приземляет то, что должно оставаться великим таинством.
При мысли о том, что ей предстоит сделать, Преподобную охватила боль. Такие вечера, когда она наблюдала за упражнениями Дункана, были самыми любимыми в нынешней жизни Луциллы. Рост мышечной массы у парня сочетался с усилением нервно-мышечных связей, что и являлось чудом прана-бинду, которым так славились воспитанницы Бене Гессерит. Следующий шаг надо было совершить, сделать это могла только она, поэтому надо было решаться и выходить из состояния задумчивой созерцательности.
Сейчас должен прийти Тег, подумала Луцилла. Он всегда приходил в это время и уводил мальчика в тренировочный зал, где для упражнений было приготовлено куда более смертоносное оружие.
Тег.
Вспомнив о нем, Луцилла в который раз поразилась этому человеку. Он привлекал ее, и это влечение она распознала мгновенно. Тот, кто занимался сексуальным импринтингом Луциллы, видимо, получал удовольствие, допустив некоторую широту ее впечатления, — она могла выбирать партнеров из некоторого множества, притом что она не имела опыта сексуального общения и не получала на этот счет никаких приказов. Тег был стар, но, судя по его досье, оставался полноценным мужчиной. Конечно, она не сможет зачать и выносить ребенка, но уж с этим-то она как-нибудь справится.
Почему нет? — спросила она себя.
План ее был до крайности прост. Завершить выполнение сексуального импринтинга с гхола, а потом испросить разрешения Таразы на зачатие ребенка от доблестного Майлса Тега. Требовалось предварительное искушение, которому Майлс против ожидания не поддался. Циничный ум ментата сыграл свою роль, и Луцилла получила отказ, когда заговорила с Тегом в раздевалке Оружейной Комнаты.
— Мое селекционное время давно истекло, Луцилла. Община Сестер может быть довольна тем, что я уже дал ей.
Тег, одетый в черный обтягивающий леопардовый костюм, вытер потное лицо полотенцем и произнес, не глядя в сторону Преподобной Матери:
— Вы не будете так любезны оставить меня одного?
Как он сумел разгадать ее предварительную игру?
Впрочем, этого надо было ожидать, зная, кто такой Тег. Однако Луцилла знала, что возможность соблазнить его остается. Ни одна Преподобная Мать с ее подготовкой не может потерпеть неудачу на этом поприще. Ее не остановит даже ментат с уровнем подготовки Тега.
Луцилла мгновение постояла в нерешительности, обдумывая, как можно обойти этот предварительный отказ. Что-то остановило ее. Это был не гнев и даже не осознание возможности того, что и впоследствии он разгадает ее хитрость и она снова получит отказ. Гордость и урон, который этот отказ сможет причинить ей, не играли никакой роли в чувствах Луциллы.
Достоинство.
В Теге было спокойное достоинство, и кроме того, сама Луцилла знала о его храбрости и доблести, которые Майлс поставил на службу Бене Гессерит. Не понимая до конца, что, собственно говоря, ею двигало, Луцилла в тот раз покинула Тега. Возможно, она преисполнилась чувства благодарности, которую испытывала по отношению к нему Община Сестер. Соблазнить Тега сейчас было бы унижением не только и не столько для него, сколько для нее самой. Она не могла, не имела права этого сделать, если, конечно, не получит прямой приказ Верховной Матери.
