– Луиза…
– Возражения не принимаются. И кстати, я беру назад свои слова про хладнокровного мерзавца.
– Я тебя тоже очень люблю, Луиза.
Кортни и Фланнаган прибыли одним поездом, так что и до Рэйвенвуда добрались вместе. Поверенный прижимал к груди папку с бумагами, а Мортимер мрачно сверлил эту папку взглядом. Луиза все эти три месяца получала письма от Фланнагана, в основном деловые, но в каждом из них Мортимер не упускал случая отметить какое-нибудь несовершенство графа, напомнить о его ошибках и сообщить, что Луиза всегда может на него положиться. Она не знала и не хотела знать, что именно он имеет в виду.
Обед прошел в атмосфере, далекой от непринужденной, хотя граф и мистер Кортни приложили все усилия, чтобы в столовой не висела напряженная тишина. После обеда поверенный и Руперт удалились в кабинет, чтобы еще раз обсудить все вопросы передачи права управления, Луиза и Мортимер должны были вскоре к ним присоединиться, чтобы мистер Кортни и Фланнаган засвидетельствовали подпись Луизы. Едва за графом и поверенным закрылась дверь, Мортимер вскочил со своего места, не спросив разрешения, уселся на диван рядом с Луизой и завладел ее рукой.
– Подумай еще раз, что ты делаешь! Ты же отдаешь себя и компанию в его власть! Во власть никчемного обманщика-аристократа!
– Я и так в его власти, а что делать с компанией – решать мне и только мне.
– Луиза! Одумайся! – Фланнаган горячился все больше и больше. – Ты не можешь так поступить со мной!
– Тебя это мало касается, Мортимер. Ты останешься на своем месте и продолжишь получать свои деньги. Если же для тебя так невыносимо работать с его светлостью, то ты всегда можешь оставить место и просто получать доход.
– Как ты можешь так говорить! Ты же знаешь, что компания – это моя жизнь.
– Я знаю, Мортимер, как ты относишься к компании. Но сейчас ты влезаешь не в свое дело. Я распоряжаюсь лишь тем, что принадлежит мне.
– Но ты же не хотела отдавать контроль над компанией! Что же изменилось?
– Теперь у меня будет мало времени для того, чтобы вникать во все эти дела. Скоро у Рэйвенвуда появится наследник.
Мортимер на мгновение покраснел до кончиков ушей, а потом так же быстро побледнел, словно вся кровь отлила к сердцу. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут дверь распахнулась и мистер Кортни пригласил всех в кабинет.
Фланнаган и Кортни уехали еще до ужина, рассчитывая до ночи вернуться в Лондон. Граф и графиня Рэйвенвуд провели тихий вечер за чтением и беседой и рано отправились спать. Луиза уже начала чувствовать легкое утомление, связанное с ее положением, что, впрочем, не мешало ей наслаждаться совместными ночами с мужем. Все проблемы и все недоверие, когда-то стоявшее между ней и Рупертом, растаяли как дым.
Ночью Луиза проснулась из-за какого-то неопределенного ощущения духоты, пусть и не сильного, но раздражающего. Руперт крепко спал, завернувшись в одеяло и не оставив жене ни кусочка. Луиза не сильно расстроилась, все равно сон сбежал, так что она решила выйти из дома прогуляться, благо ночь была на удивление теплая, словно в Англию вернулось лето.
Флигель стоял на возвышенности, и вся долина Рэйвенвуда казалась погруженной в чернильную тьму, в то время как вершина холма купалась в свете почти полной луны. Луиза поплотнее завернулась в шаль и решила обойти вокруг дома. Легкий ветерок чуть касался ее лица, но ощущение духоты не проходило, Луиза решила сойти с холма и посидеть немного на скамейке под старым дубом, высившемся у его подножия.
Флигель со скамейки виден не был, но Луиза знала, что волноваться не о чем, никто чужой в Рэйвенвуд не забредал. Тем удивительней оказался шорох, донесшийся от дома. Может быть, это Руперт вышел, увидев, что ее нет рядом? Луиза встала и прислушалась. Нет, муж позвал бы ее, а шорох, теперь уже явственно похожий на крадущиеся шаги, перемещался вокруг флигеля. Нельзя сказать, что Луиза испугалась, но все же легкий озноб пробежал по спине. Кто-то бродит вокруг дома. Что делать: закричать, спросить, кто там ходит, позвать Руперта? Пока Луиза принимала решение, шаги как будто бы удалились. Луиза начала подниматься на холм, когда услышала их снова. И, что гораздо хуже, до нее донесся резкий запах керосина – довольно нового изобретения, запатентованного всего лишь три года назад. Луиза прекрасно знала этот запах, керосином во всех прогрессивных домах уже заправляли лампы. Эта жидкость отлично горела. Что, дьявол и преисподняя, все это значит? Теперь Луиза уже испугалась всерьез.
Однако страх не заставил ее потерять голову, а лишь подтолкнул к решительным действиям. Луиза подхватила подол ночной рубашки и тихо, но быстро продолжила путь к дому. Она не дошла до вершины буквально несколько шагов, когда почувствовала запах дыма, смешивающийся с запахом керосина, и услышала потрескивание пламени. Поджог? Луиза подошла к задней стене флигеля, куда выходило окно спальни, но оно было слишком высоко, чтобы можно было забраться, а кричать Луиза не решилась: поджигатель еще мог находиться здесь. Отдышавшись, Луиза пошла вокруг флигеля, к входной двери. Запах дыма усилился, а пламя уже не просто потрескивало, а трещало и ревело, но пока Луиза не видела, где горит, только чувствовала запах керосина. Повернув за угол, Луиза увидела, что восточная стена уже практически объята пламенем, а плющ на фасаде полыхает весь целиком. И на фоне огня четко выделялся черный силуэт мужчины, наблюдавшего за разгоравшимся пожаром. Луиза шагнула назад, стараясь укрыться в тени куста жимолости, только было уже поздно: каким-то шестым чувством поджигатель ощутил, что кто-то на него смотрит, и оглянулся. Сначала Луиза не смогла рассмотреть его лица, но потом он приблизился – и она его узнала. Это был Мортимер Фланнаган.
Луиза сделала шаг назад, еще один, но Мортимер уже увидел ее и быстро двигался в ее сторону. Прятаться было бесполезно. Оставалось встретить поджигателя лицом к лицу. Больше всего на свете Луизе хотелось развернуться – и бежать, бежать в темноту. Только за спиной у Мортимера горел флигель, где спокойно спал Руперт, а спал он всегда очень крепко, так что мог и не проснуться, пока не стало бы слишком поздно. Кроме беспокойства за мужа, Луизу удержало на месте нестерпимое любопытство: она страстно желала узнать, зачем Мортимер это сделал, даже была готова рискнуть ради этого жизнью. Ради этого – и ради Руперта.
– Добрый вечер, Мортимер, – самым светским тоном поздоровалась Луиза.
– Был бы добрый, – ответил он, – если бы ты спокойно спала рядом со своим графом.
– Как видишь, мне не спится. – Луиза сделала шаг направо, обходя куст так, чтобы он оставался между нею и Мортимером. – Зачем ты это делаешь?
