головой:
— Нет. Саша обыкновенный человек, который польстился на деньги. Он верит, что ради них сможет вытерпеть всё. После Никиты и Ирины я решил, пусть всё идёт само собой и может быть всё получится. Но ничего не выходит.
— Но что-то можно сделать? — спросил Максим настойчиво.
— Да, можно. Но спасти себя может только сама Лена. Она должна полюбить, искренне и по настоящему. Кого угодно. Человека, собаку. Главное — искренность чувства. Тогда мы проведём ритуал замены имени.
— Всего-то… — пробурчал Максим.
Андрей с досадой посмотрел на него:
— Всего-то?! Ну так попробуйте!
Максим пару минут думал, потом сказал:
— Нужно всего лишь достучаться до её души. Ничего больше. Тогда Елена очнётся. В каждом человеке есть что-то хорошее.
— И как нам добиться этого? — спросил Андрей с видом человека, хватающегося за соломинку.
— Вы мне поможете. Устроим всё прямо завтра, когда у неё будет болеть голова. Подкатим, пока она будет мягкой и беззащитной.
Часть 4 Пёстрая лента. Глава 16
Из клуба Елена вернулась под утро. Одна. Её «Масик» видимо отправился домой. Максим слышал, как она ковыляет по лестнице, как пьяно хихикает, спотыкается. Он не спал, никак не заспалось. Всё размышлял о том, что предстоит и думал — получится, или нет?
Сперва мысль вспыхнула, как идея, он поскорее поделился с Андреем и Нуэ, но теперь вдруг понял: его предложение — полная фигня. Ничего не получится, если Елена в глубине души сама не хочет «очнуться». И никакие мистификации не помогут.
Затем он начал думать о Нуэ. Её образ стоял перед глазами и никак не шёл из головы, хотя он понимал: это не прекрасная девушка, это демон соблазнения.
Но как же она хороша! Как она красива! Максим со стоном повернулся в постели. Невозможно изгнать из головы её образ! Вот бы встретить её где-нибудь в другом месте, например когда он вообще ничего не знал о демонах! Например, Нуэ пришла бы в отдел, когда он там работал…
Села бы на стул, напротив: «Старший сержант Светлов, я потеряла всё — документы и друзей. Я не знаю, что мне делать!». А он бы, не отрываясь от бумаг: «Я помогу вам».
И она нежно: «Вы правда мне поможете? Я буду очень благодарна!» И он сурово кивнул бы: «Если вы будете называть меня просто Максимом».
— Называйте меня просто Максимом, — проговорил он, поворачиваясь на спину и вдруг увидел — у окна что-то шевельнулось.
Он резко поднялся и понял: Нуэ! Как только она оказалась в комнате? Дверь вроде бы не открывалась.
— Называйте меня Максимом? Да, Максим, я готова так называть вас... вы такой добрый! — насмешливо проговорил чарующий голос.
Максим прикрыл глаза — неловко вышло. Что она подумает?
Раздался шорох — Нуэ сделала шаг в его сторону.
Максим напряжённо застыл.
— Посмотри на меня, — прошелестело в воздухе. — Просто посмотри.
Он открыл глаза и молча всмотрелся в изгибы её фигуры, видные на фоне окна.
— Тебе нравится? — её рука коснулась собственного тела. Он сглотнул, глядя как она скользит вдоль крутого бедра, к талии, выше…
— Не забывай дышать, — усмехнулась она и Максим шумно вздохнул. — Так что, тебе нравится?
— Очень, — пересохшими губами проговорил он.
— Правда? А что нравится больше всего? Моя талия? Грудь? Длинные ноги?
Он вздохнул:
— Да.
— Я понимаю. Всё, что ты видишь устроено так, чтобы сводить тебя с ума, — сказала она и подошла ещё на шаг ближе. — Всё это состоит из твоих тайных мечтаний. Эту грудь ты видел где-нибудь на игральных картах в третьем классе. Эти глаза, волосы, голос — всё это из твоих мечтаний.
Она села на краешек постели. Локоны упали рядом, распространяя невероятный аромат.
— Даже этот запах… ты его уже слышал… в один из лучших моментов своей жизни… просто вспомни. Вспомни!
Максим почувствовал, как её рука коснулась лба. Лёгкое, приятное прикосновение. Он закрыл глаза, сосредоточившись на нём. Прохладная рука будто дуновение ветерка на веранде. Ветерок шевелит листья донося из сада аромат цветущих яблонь. Её духи тоже пахнут яблоками. Он слышит голос:
«Я принесла чай. Сегодня такой хороший день, правда, Максим?»
Он улыбается и отвечает:
«Нет, Таня! Это лучший день в моей жизни!»
— Теперь ты вспомнил?
Максим отодвинулся немного:
— Да. Я вспомнил.
— Всё самое важное и дорогое для тебя заключено в моем образе. Поэтому тебя так ко мне тянет. Теперь, когда ты это узнал, тебе стало проще?
Он внимательно посмотрел на неё, но честно сказать, проще после её слов совсем не стало. И до того он знал, что перед ним демон, демонесса-соблазнительница, вернее. Что от её слов изменилось? Да ничего.
— Знаешь, давай проверим! Я хочу тебя обнять, можно? — её рука легла на плечо и Максим замер.
Вздох и он почувствовал её тело совсем рядом. Её руки осторожно легли на плечи, затем она склонилась к нему и шепнула:
— Хочешь меня?
Её дыхание обжигало.
— Да, — хрипло выдохнул Максим. — Да, я хочу.
Ещё вздох и Нуэ вдруг оказалась у него на коленях. Её тело удивительно удобно разместилось в его руках, будто было специально предназначено для этого. Ещё вдох и её губы коснулись щеки, руки обвили за шею:
— Да, ты хочешь… и я хочу.
Максим повернул голову, ища её губы. Прижал к себе, сжав покрепче. Она прошептала:
— Но сперва я хочу, чтобы ты увидел меня. Не дурман, который ты ощущаешь… меня, настоящую. Хочешь этого?
Максим ничего не понял, кроме вопроса «хочешь». В голове гудело от толчков крови. Он кивнул и впился в её губы.
Да, он хочет. Конечно хочет.
— Тогда смотри…
Он и не заметил, когда всё изменилось. Там, где он только что касался шелковистой кожи, оказалась что-то шершавое, грубое. Вместо чувственного рта, в который впились его губы, появилось нечто склизкое, макарообразное, отвратительное. Максим попытался оттолкнуть её. Куда там — руки крепко сплелись за его спиной. Ноги обхватили тело.
Максим открыл глаза. Прямо на него смотрел белёсый, студенистый глаз с красным зрачком. Он попробовал вывернуться, но ничего не вышло.
— Куда же ты, мой пылкий возлюбленный? — прохрипела она и расхохоталась,
