то же мгновение накрывает их поцелуем.
Волна мурашек окутывает все тело, разливаясь приятным теплом.
В этот раз он не особо осторожничает и не стесняясь показывает все свои желания.
Его хвойный запах сводит с ума.
Я задыхаюсь от собственных чувств.
Знаю, это неправильно, но мне хочется получить от него больше, я хочу отдать ему больше.
Кларенс требовательно впивается в мои губы, кусает их и тут же зализывает рану. И я отвечаю ему с не меньшим напором.
Он притягивает меня к себе еще ближе, его рука медленно опускается с моей талии ниже, но останавливается в непозволительной близости от ягодиц.
Из моих губ вырывается непристойный стон.
— Я найду этот чертов способ все исправить, — рычит он в поцелуй.
Не поверить ему в этот момент сложно. Я тоже желаю повернуть время вспять.
Лишь он способен так легко разрушать мои границы, заставляет меня забыть о гордости и чести, усомниться в собственных принципах.
Лишь ему я могу позволить столько вольности.
Мое сердце выбрало его еще тогда, в порту, но только сейчас я способна признаться в этом себе. Только сейчас я готова признаться, что желаю его всем сердцем, телом и душой.
Кларенс с неохотой отстраняется. Его волосы взъерошены, глаза наполнены желанием, грудь вздымается от частого дыхания, а губы пылают от страсти. И все это кажется таким неуловимо знакомым.
— Я верю тебе, — шепчу я.
Он слабо улыбается и заключает меня в нежные объятия.
Глава 58
Хочу стоять в его объятиях вечно. Если бы я только знала, что существует такой мужчина, как он, ни за что в жизни бы не согласилась на тот брак. Но в ином случае я бы не повстречала Кларенса.
— Думаю, я близок к ответу, — внезапно говорит он.
Я резко отстраняюсь от него.
— Нужно было с этого и начинать.
— Прости, думал сказать тебе об этом завтра, но все снова пошло не по плану, — виновато смеется он.
Однако злится на него я не могу.
— По правде, я тоже близка к разгадке, думаю, через день или два смогу открыть проход и в оранжерее, — хитро улыбаюсь я.
— Замечательная новость, — воодушевляется герцог, — поговорим об этом завтра. А сейчас пойдем спать?
— Конечно, мы и так сильно припозднились, — смеюсь я.
Но уснуть после такого, оказывается, не так просто. Только ближе к рассвету я погружаюсь в легкий сон, однако мне едва ли удается поспать и пару часов, когда меня будит Люций.
Голова неприятно трещит от недосыпа, но винить в этом можно только себя. С трудом собравшись, я поднимаюсь с кровати, целуя сына в лоб. Он радостно смеется, и в свете солнечных лучей я замечаю, как его голубые глаза совсем потемнели, постепенно меняя свой оттенок.
«Он совсем не похож на Мориса», — вот о чем я думаю в последнее время, глядя на него.
— Госпожа, завтрак готов, — оповещает меня Эффи, выводя из мыслей.
Умывшись и переодевшись, мы спускаемся в столовую. За столом уже сидит и Кларенс, задумчиво попивая свой кофе. Выглядит он так, словно вовсе не спал.
— Доброе утро, — натягиваю улыбку и сажусь напротив него, усадив Люция в детский стульчик рядом.
— Доброе утро, — отвечает он и добавляет хитро: — Как спалось?
— Неплохо, а вам?
Он многозначительно пожимает плечами, не глядя на меня.
После завтрака я вручаю сына Эффи, сама же быстро наведываюсь в оранжерею, проверяя, как идут дела с магазином, а после запираюсь в кабинете. Около часа уходит на то, чтобы разобраться с текущими делами, и только после мне удается сосредоточиться на разгадке рун на дне фонтана. Хочется поскорее разобраться с этим вопросом.
Кларенс вновь проводит весь день в родовой библиотеке и выходит оттуда, когда весь дом уже спит.
— Еще не спишь? — спрашивает он, пугая меня.
— Нет, я наконец-то расшифровала символы в фонтане, — устало улыбаюсь я, откладывая перо в сторону.
— Отличная новость, я тоже нашел кое-что занимательное, но мне прежде, нужно кое в чем убедиться, — загадочно говорит Кларенс.
Его слова вселяют слабый огонек надежды, но я не позволяю ей возыметь надо мной верх. Лучше не иметь ожиданий, иначе будет слишком больно, если они не оправдаются.
— Я могу помочь чем-то? — интересуюсь я.
— Можешь, — хитро улыбается он, — хочу взглянуть прямо сейчас, что же находится в оранжерее.
Его любопытство превосходит даже мое.
— Если вы так желаете, то я не против.
Взяв лист с разгадкой, я поднимаюсь с места.
— Не будет откладывать, — улыбаюсь я и беру фонарь.
Под мерцанием звезд и полной луны мы преодолеваем сад в полном молчании, но даже так мое сердце не находит покоя. Все это кажется таким волнительным.
Дверь оранжереи неприятно скрипит. Крадемся в ночи словно воришки.
— Волнуетесь? — спрашиваю я.
— Нет, скорее, в предвкушении.
Кларенс забирает фонарь из моих рук и поднимает его выше, позволяя мне рисовать нужные руны.
— Какая загадка на этот раз? — интересуется он, когда я достаю чистую кисть из кармана платья.
— Центральная звезда и четыре спутника.
— И что это значит? — хмурится герцог.
Я хитро улыбаюсь и поворачиваюсь к фонтану, начиная рисовать символы. Даже спиной ощущаю, как внимательно он следит за мной.
Когда я заканчиваю, сердце бьется очень быстро от волнения. Надеюсь, я не ошиблась.
Всего мгновение и воды в фонтане исчезает, я отхожу подальше. Дно тоже открывается, и вокруг статуи появляется винтовая лестница, ведущая глубоко под землю.
Мы с Кларенсом переглядываемся.
— Получилось, — выдыхаю я.
— И каков же ответ? — настойчиво повторяет он свой вопрос.
— Символ звезды в рунах часто используется и как символ власти. Я пошла в этом направлении и решила, что центральная звезда обозначает центральное герцогство империи, а четыре спутника…
— Четыре герцогства: север, юг, запад и восток, — заканчивает Кларенс.
— Верно.
— А ты сообразительна, я бы не догадался, — не то дразнит, не то хвалит он меня. — Идем? — Протягивает мне руку.
Я неуверенно беру ее.
Мы осторожно спускаемся по винтовой лестнице вниз. Кларенс крепко держит меня, не давая упасть.
Пахнет сыростью, и здесь намного холоднее, чем снаружи. Жутковато.
Кажется, мы идем уже вечность, когда внезапно достигаем дна. Как и в прошлый раз
