восторги совершенно не похожи на правду. Потому что сама я была не похожа на себя. Софи видела – женщина, которая сидит перед ней, кто угодно, но только не Лив.
Смутившись под пристальным взглядом подруги, я принялась рыться в сумке в поисках фотографий.
– Ух ты, какая красавица! – воскликнула Софи, увидев снимок Жасмин. – И внешность такая экзотическая… Впрочем, ничего удивительного – с таким-то отцом! Редко говорю так про мужчин, но Дануш – прямо супермодель!
Промолчав, я достала остальные фотографии. Сначала показала Билли, потом Фредди. Софи, как и положено в таких случаях, умилялась не меньше двух минут, но я чувствовала – подруге не терпится узнать, с кем я сошлась после Дэна.
– Ну, показывай своего принца на белом коне. Нечего скрытничать.
Я уже успела рассказать Софи, при каких обстоятельствах мы встретились. Я достала одну из редких фотографий, на которых мы с Робертом были вдвоем. Снимала Жасмин – когда в последний раз ездили отдыхать, позволила дочке поэкспериментировать с моим фотоаппаратом. Софи широко улыбалась. Когда увидела снимок, выражение лица не изменилось, но улыбка сразу сделалась натянутой.
– Ну-ка, повтори еще раз, как вы познакомились, – произнесла Софи, не сводя глаз с фотографии.
Я поведала всю историю снова, хотя уже объясняла, что Роберт купил у меня квартиру. Рассказала, как он выручил и поддержал меня, когда одно за другим произошли два ужасных события. Как был добр ко мне. И это была правда. Конечно, сейчас я несчастна, но нынешнее состояние наших отношений не перечеркивает того, что было в прошлом.
– А где он учился? – спросила Софи.
Странный вопрос, но я ответила – там же, где и мы с ней, в Манчестерском университете.
– И что, ты его там ни разу не видела? – спросила Софи.
Я занервничала. Зачем подруга задает все эти вопросы? Тут она вернула фотографию, потом подалась вперед, взяла меня за руки и пристально посмотрела в глаза – в первый раз с тех пор, как увидела на снимке Роберта.
– Помнишь, я говорила, что парни в университете проходу тебе не давали? – Не дожидаясь ответа, Софи продолжила: – Так вот, один меня реально беспокоил. Всюду за тобой таскался, но близко не подходил – только издали пялился. Помнишь, я тебе говорила, но ты только посмеялась? Я его еще называла стремным парнем.
Я не понимала, к чему она клонит, и просто молча смотрела на Софи. Подруга заметила мою растерянность.
– Верю – в первый раз ты встретила Роберта, когда он купил твою квартиру, а до тех пор в глаза не видела. Зато он на тебя насмотрелся как следует и отлично знал, кто ты такая.
– Да я тебе клянусь, мы ни разу не встречались. Я бы запомнила.
– Лив, этот тип за тобой ходил как хвост. Ты мне тогда не верила, но я-то заметила – где ты, там и он. Уф, даже не знаю, как сказать… Короче, твой Роберт и есть тот самый стремный парень.
Глава 33
Роберт Брукс лежал на линялом персиковом хлопчатобумажном покрывале и осматривал грязную комнатенку. Роберт не ожидал, что дело закончится этим и придется скрываться от полиции в каком-то занюханном дешевом отеле в неблагополучной части Манчестера. Но выбирать не приходилось. Теперь пользоваться кредиткой нельзя, и он был вынужден искать место, где принимают наличные.
Роберт заглянул во все банки и снял с каждой карты максимально допустимую сумму. Лимит по золотой карте составил семьсот пятьдесят фунтов. Роберт возлагал большие надежды на платиновую, о которой Оливия ничего не знала, но получить удалось ту же сумму и не больше. С дебетовых карт Роберт тоже снял сколько мог. В результате набралось две с половиной тысячи – на первое время хватит. Еще Роберт заглянул в офис и взял служебную машину на чужое имя. Оставалось надеяться, что никто не хватится хотя бы пару дней.
Если повезет, уловка с такси сработает и поможет отвлечь полицию. Неужели и впрямь поверили, что он такой дурак? Вызвать такси из собственного дома! Первый звонок был ложным вызовом. А потом Роберт пошел в прямо противоположную сторону, добрался до ближайшего супермаркета и позвонил в другую службу из автомата.
Оставалось еще одно дело – избавиться от мобильного телефона. Роберт был так взвинчен, что не мог вспомнить, можно ли отследить человека по самому устройству или только по сим-карте? Роберт где-то читал, что в Америке власти могут включить микрофон мобильного телефона, даже если он отключен, и подслушивать, что происходит вокруг. Рисковать было нельзя. По пути в супермаркет Роберт вытащил сим-карту и сквозь решетку бросил в люк. Потом скрепя сердце скрылся за рядом магазинчиков и топтал свой новенький айфон до тех пор, пока не убедился, что телефон восстановлению не подлежит. Все, что осталось, Роберт выкинул в огромный мусорный бак за лавкой мясника, полный остатков туш и потрохов. Уж там точно никому не придет в голову рыться.
Доехав на такси до офиса, Роберт позаимствовал машину, а заодно захватил айпэд, который втайне ото всех прятал в ящике стола. Теперь можно было заняться поисками Софи Дункан. В университете они с Оливией были неразлучны, а потом к дружеской компании присоединился Джахандер. Оливия встречалась с парнями и до Дануша, но это все было несерьезно. Роберт решил просто выждать. Следил за ситуацией и ждал подходящего момента. С тех пор как он увидел в баре Оливию, смеющуюся над какой-то шуткой, Роберт решил, что эта девушка создана для него. Казалось, все остальное вокруг померкло и стало черно-белым, и только одна Оливия оставалась цветной и яркой. Так он ее и видел – всегда в центре. А потом вмешалась эта стерва Софи, и Роберт больше не смог наблюдать за Оливией.
Роберт постарался вспомнить все, что знал о ней. Он вообще выяснил все, что мог, о друзьях Оливии, и Софи в этом списке значилась первой. Девять лет назад он с легкостью от нее отделался – даже стараться особо не пришлось. Нельзя было допустить, чтобы они с Оливией продолжали общаться. Оливия должна во всем полагаться на него, а не на каких-то сомнительных подруг, которые не смогут позаботиться о ней так же хорошо, как он. Когда же они снова встретились? Видимо, Роберт проявил небрежность, однако не понимал, как это могло произойти.
Наконец Роберту удалось припомнить, где живет мать Софи. Роберт отправился по нужному адресу и не мог поверить своей удаче: миссис Дункан созналась – правда, не обошлось без принуждения, – что дочь временно живет
