— Но, Франклин, это был бы идеальный вариант — Если относиться к этому поверхностно, то да Но нельзя сказать, будет ли брак идеальным, пока не пройдет, по крайней мере, год.
— И все же мы будем очень рады, если доктор Хантер сделает Люси предложение и она согласится Мне бы очень хотелось, чтобы Люси удачно устроила свою жизнь. В конце концов, доктор Хантер — такая подходящая партия. Да я и не знаю никого другого, кто мог бы стать ей хорошим мужем.
— Я уверен, что ты права, но.. Я давно хочу поговорить с тобой об одном деле, Араминта.
Раз он называл меня полным именем, значит, намеревался сообщить что-то весьма важное. «Может быть, собирается сделать мне предложение?»— подумала я Если уж речь зашла о замужестве Люси Нет, Франклин никогда не сделает предложение под влиянием момента. А если бы он пришел за этим, то обставил бы все должным образом и сначала попросил бы папиного согласия — Слушаю, Франклин, — ответила я, несколько встревоженная тем, что ожидала услышать, так как вовсе не желала этого. Но то, что он сказал, принесло мне облегчение.
— Я пытался поговорить с твоим отцом, но он не пожелал меня выслушать. Вполне понятно, я не мог обратиться и к твоей матери. Думаю, у вас есть все основания для беспокойства.
— Ты имеешь в виду наше финансовое положение? Он ответил не сразу — Я убежден, что оно не самое хорошее Полагаю, дело не терпит отлагательств.
— Франклин, скажи прямо, о чем речь?
— Я землевладелец, — ответил он, — не финансист Но не нужно быть большим специалистом, чтобы не понять, что происходит на рынках Наши отцы дружат уже много лет У них один и тот же консультант, похожие вклады Мои средства в основном вложены в землю. У твоего отца все по-другому. У него есть Уайтледиз, и боюсь, это почти все. Несколько лет назад он продал собственность в Сомерсете и вложил полученные деньги, кажется, не лучшим образом.
— Ты хочешь сказать, что мы стали бедными, Франклин?
— Едва ли Но думаю, надо сократить лишние расходы по содержанию дома. Я предостерегаю тебя, ибо твои родители, похоже, не догадываются о том, что расходы не должны превышать доходы Прости, что я так откровенно говорю, но меня это беспокоит. Мне бы не хотелось, чтобы Уайтледиз начал постепенно разрушаться.
Сердце у меня заныло Итак, моему отцу следует подумать о деньгах, но, конечно, он не станет этого делать Он забудет обо всем, что ему неприятно Если я начну обсуждать это с мамой, она вообще не поймет, о чем речь. А Франклин? Какой у него интерес? Если он женится на мне, то станет жить в Уайтледиз, как и в свое время отец Если в роду не осталось наследников по мужской линии, дом может перейти к женщине, как когда-то к маме, а потом, вероятно, и ко мне. Фамилия может измениться, и дом достанется родственникам по крови.
Поэтому Франклин и думал об Уайтледиз, волновался, что нужда не позволит отцу содержать дом в надлежащем состоянии до тех пор, пока сам он не вступит в права владельца.
Я помню, как однажды сказала отцу, что в башенках завелся древоед, к тому же надо было срочно заменить некоторые доски в полу, но отец только отмахнулся от меня. Я хорошо представляла себе Уайтледиз, который будет все больше разрушаться, и отца, который запрется в своем кабинете и ничего не станет предпринимать.
— Но что я могу сделать? — спросила я.
— Попытайся ввести хоть немного экономии. При случае поговори с отцом. Многое изменилось за последние двадцать лет. Выросли налоги, и жизнь подорожала. К этому необходимо приспосабливаться.
— Сомневаюсь, что смогу добиться многого. Отец не слушает тебя, да и меня не послушает. Поверь, он ничего не станет делать. Он запирается у себя в кабинете и клюет носом над своими манускриптами.
Так! Я сказала об этом вслух. Я выдала папин секрет. Но, может быть, Франклин и так уже знал обо всем. Моя вина состояла в том, что я заговорила о вещах, о которых хороший тон требует молчать.
— Я посоветуюсь с Люси, — сказала я. — Думаю, она гораздо лучше меня знает, как надо экономить.
— Прекрасная мысль, — согласился со мной Франклин.
Выполнив свой долг, что он, не сомневаюсь, будет делать всегда, Франклин переменил тему разговора, и мы стали обсуждать деревенские новости до тех пор, пока я не услышала, что приехала Люси.
После той ночи, когда мама рассказала мне обо всем, она стала еще более раздражительной и почти все время проводила в своей комнате. Даже ела там, хотя, видимо, аппетит не покидал ее, так как Лиззи уносила подносы пустыми.
Иной раз мама просто не могла дождаться, когда за мной закроется дверь, и тут же начинала говорить Лиззи, своей наперснице: «Ты помнишь тот день, когда мы с мистером Херриком были в саду…» или: «Однажды папа пригласил его к ужину. У нас не хватало кавалера, а он был таким импозантным…»
Представляю себе, как она надоела Лиззи со своими воспоминаниями. Но, вероятно, Лиззи лучше меня понимала ее, поскольку своими глазами видела этого выдающегося джентльмена, которого с позором отправили в Австралию.
Бедный папа! Мама была с ним так резка. Казалось, она страшно невзлюбила его и не особенно заботилась о том, чтобы отвечать ему, как подобает людям их круга.
Поэтому все мы были очень рады, когда мама решила не спускаться в столовую. Я очень сожалела о том, что те незнакомцы появились в нашем доме, и была благодарна Люси, которая всегда была рядом и точно знала, что делать. Когда мама накидывалась на отца, Люси обычно говорила что-нибудь приятное о его работе, и он забывал об оскорблении. Жаль, что так получилось. Уж если кто-то и умел быть счастливым, так это мой отец, который отбрасывал от себя все неприятное. Он старался избегать жены, и Люси часто заходила к нему в кабинет, поэтому, надеюсь, работа над книгой продвигалась.
Но Люси, оказывая почтение отцу, в то же самое время жалела и маму. Это был, наверное, следующий после Лиззи человек, которому доверяла мама. Но атмосфера в доме постепенно накалялась.
Однажды Люси поехала к доктору Хантеру за лекарством для мамы и вернулась очень взволнованной. Когда она вышла из маминой комнаты, я позвала ее к себе.
— Входи и давай поболтаем, — сказала я. — У мамы сегодня ужасное настроение. Люси нахмурилась.
— Я знаю. Лучше бы эти люди сюда не приходили.
— Странно все это. Появляются какие-то незнакомцы, и жизнь меняется.
— Все началось еще раньше, — сказала Люси. — Просто эти люди напомнили ей о прошлом.
— Как бы мне хотелось увидеть это ее божество. Сейчас он уже старый, седой и совсем не такой красавец. Бедный папа! Мне так жаль его!
— Да, — сказала Люси. — Так легко сделать его счастливым и очень жаль, что это невозможно. И вдруг выпалила:
