момент стена позади нас взорвалась. В проём влетели три дрона, стреляющие лазерами. Маг развернулся и дал длинную очередь, снося одного. Двое других уклонились и открыли ответный огонь.
Я пригнулся за серверной стойкой. Рядом со мной оказался Шторм, его механическая нога гудела, перезаряжая встроенный бластер.
— У нас нет на них времени! — крикнул Маг, отстреливаясь в ответ.
— Кай, если ты можешь что-то сделать с этими тварями, сейчас самое время!
Дроны метались по залу, стреляя во всё, что движется. Один из них задел Байта. Он вскрикнул и схватился за плечо, но продолжил набирать код. Флинт, не отрываясь от работы, ругался сквозь зубы.
Я снова активировал нити. На этот раз они вырвались быстрее, увереннее и мгновенно потянулись к дронам. Три дрона — три цели. Нити впились в них одновременно.
На секунду я увидел их код. Сложный, по сравнению с виртуальностью. Команды «атаковать», «сканировать», «передать».
Я нашёл команду «атака». И просто стёр её!
Дроны замерли в воздухе, огни погасли, и они рухнули на пол, как подбитые птицы.
— Есть! — заорал Маг. — Босс, ты гений!
Я перевёл дыхание, чувствуя, как нити неприятно втягиваются обратно. Рука пульсировала, но терпимо.
— Готово! — крикнул Байт, отрываясь от терминала. — Сигнал тревоги заблокирован. У нас есть минут десять, пока они не включат резервную систему.
— Десять минут хватит, — сказал Шторм. — Вперёд, к центральному залу.
Мы побежали дальше, оставляя за спиной поверженных дронов и гудящие серверы. Впереди была цель, и я чувствовал, как нити в руке пульсируют в такт сердцу, предвкушая финальную схватку.
Центральный зал оказался огромное помещением, уставленным голографическими экранами, в центре — массивная консоль. За ней, в креслах, сидели операторы в белых костюмах. Они обернулись на звук, и в их глазах мелькнул ужас.
— Ни с места! — рявкнул Шторм, наставив на них оружие.
Но один из операторов уже тянулся к красной кнопке.
Я не думал — нити вырвались снова, впились в консоль. Я увидел код системы тревоги, увидел, как он активируется. И просто стёр команду. Кнопка под пальцем оператора погасла.
— Что за… — прошептал он.
— Всем лечь на пол! — скомандовал Гектор, и бойцы быстро скрутили персонал.
Я подошёл к консоли. На главном экране висела схема Системы — та самая, что управляла миллионами капсул, в которых спали люди, тысячами тюрем! Мигали красным точки активности.
— Кай, — сказал Коршун, появляясь в зале с другой группой. — Твой выход. Сделай с ними то же, что сделал с виртуальностью. Стань вирусом. Выруби всё.
Я подошёл к консоли. Положил руку на пульт. Нити вырвались, впились в систему.
Мир вокруг взорвался тысячами строк кода — энергоснабжение, связь, управление дронами, базы данных заключённых.
Нити уже направлялись к главному процессору, чтобы отключить его, когда за спиной раздался ровный, спокойный голос:
— Остановись. Или твои друзья умрут прямо сейчас.
Я замер. Нити дрогнули, но не втянулись.
Когда я обернулся — всё уже было кончено.
Вход в зал заблокирован. Полтора десятка тяжёлых бойцов в тактической броне с гербом Центра на плечах держали на прицеле всех — Лиру, Гектора, Шторма, Мага, братьев, каждого бойца сопротивления. Их уже разоружили и поставили на колени.
Лира смотрела на меня с отчаянием, её светящиеся глаза горели яростью, но она молчала.
Бойцы расступились.
И между ними шагнул человек.
Высокий, жилистый, в идеально подогнанной броне тёмно-серого цвета с золотыми вставками с накинутым на лицо капюшоном. На плече — массивный плазменный карабин, явно не штатный, а штучный, дорогой. На поясе — несколько пистолетов и тактических ножей.
Голос. Ровный, чуть насмешливый тон я слышал несколько раз. Там… За столом переговоров. Когда он холодно ронял слова, от которых зависели жизни.
— Ты…
Я почувствовал, как нити в руке напряглись.
— Сайленс.
Глава 34. Истинные лица
Человек в броне скинул капюшон и склонил голову набок, и на его губах расцвела знакомая до дрожи усмешка. Но главное — лицо. Холодные, чуть прищуренные глаза, тонкие губы. И короткий, аккуратный ирокез на выбритой голове.
Нити всё ещё пульсировали, впившись в консоль. Я не отключал их — просто замер, чувствуя, как код течёт сквозь меня, смешиваясь с бешеным стуком сердца. Один жест, одно движение — и я могу выжечь всю эту систему дотла. Могу.
Но за спиной были Они.
Сайленс неторопливо обвёл взглядом зал, скользнул по пленникам, по бойцам на коленях, по Лире и остановился. На мне.
— Признаю, — сказал он. Его голос звучал почти задумчиво, будто он обсуждал погоду. — Я не ожидал. Совершенно. Странный архивариус с глючным плащом, который едва не сдох в Глюк-Тауне… кто бы мог подумать, что он причинит столько проблем. Я тебя недооценил, Кай.
Из-за спин охраны выступили двое. Первый — массивный, с трудом втиснутый в дорогую броню, расшитую золотом под стать обстановке. Его маленькие глазки-буравчики смотрели на меня с плотоядным интересом. Второй — худой, высокий, с цепкими пальцами и нервной улыбкой.
Я выдохнул имена, которые всплыли из глубины памяти:
— Баргест… Дека…
Баргест захохотал самым хриплым, утробным смехом, от которого в таверне «Разбитый Циферблат» утихали все разговоры.
— Удивлён? — Он развёл руками, демонстрируя размеры своей реальной плоти. — Думал, мы просто пиксели?
Вопросов было столько, что они распирали череп. Но я выбрал один, самый главный:
— Зачем? — Голос прозвучал хрипло, но твёрдо. — Зачем вы скрывались там, под личинами сломанных? Если вы часть их, — я кивнул на эмблемы Центра, — если вы с самого начала были по ту сторону — могли просто привести Валидаторов. Стереть всех. И меня, и Глюк-Таун, и всё дерьмо, которое вам мешало. Зачем спектакль?
Баргест перестал смеяться. В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.
— Хороший вопрос. Правильный, — он шагнул ближе, и охрана расступилась. — Видишь ли, Архивариус… Если Система станет идеальной — абсолютно отлаженной, без единого сбоя, — инвесторы мгновенно потеряют к ней интерес. Зачем платить за шоу, в котором не происходит ничего неожиданного? Рейтинги упадут. Финансирование схлопнется. Наш бизнес, — он обвёл рукой зал, подразумевая, видимо, всю эту огромную корпоративную машину, — держится на балансе. Между порядком и хаосом.
Дека подхватил. Нервные пальцы теребили какую-то деталь на поясе:
— Мы наблюдали. Всегда. Следили за количеством поломанных персонажей, за рейтингами самых ярких «кривых». Вы, отбросы, приносили нам деньги. Вы тоже были контентом. Не только Рейды, арены и подземелья питают виртуальный мир.
— Но вы перестарались, — холодно добавил Сайленс. Он стоял неподвижно, как статуя, и только его чёрные, пустые глаза, что я помнил по таверне, жили своей жизнью. — Инвесторы взбесились. Слишком много багов
