я с самого начала знала, чьих это рук дело, - заявила Лидия Алексеевна. – Конфеты на верхней полке хранились. И варенье тоже. А Владушка тогда высоты боялся, он ни за что не встал бы на табурет, а без него не дотянулся бы ни до конфет, ни до варенья.
- Но ты наказала Влада, - напомнил ей Владимир.
- Всего лишь велела ему раньше лечь спать, - фыркнула она. – Надеялась, что совесть не позволит вам с братом промолчать.
- Но ошиблась. – Владимир развел руками.
- Вовсе нет. Вы же сказали правду.
- Когда Влад исчез…
- Этого я не учла, - согласилась Лидия Алексеевна.
- Так вот, - оживился Владимир. – Влад не из тех, кто прощает обиду. Ночью, когда мы крепко уснули, он вылил в постель каждому по стакану теплой воды. Марьяна, вы же понимаете, о чем мы подумали, когда проснулись?
Я прыснула, прикрыв рот ладонью. Может, мне следовало сделать круглые глаза, возмутиться… и всякое такое? Все же тут барышням не принято рассказывать такие истории. Но я отчего-то чувствовала, что в этом доме от меня не ждут «правильного» поведения.
- Так он отомстил за обиду нам, - продолжал Владимир. – А от матушки… сбежал. Посчитал, что не нужен там, где ему не верят.
- Нашли его быстро? – поинтересовалась я. – Далеко удалось убежать?
- Да на ближайшей ярмарке и нашли. Мы незадолго до того все там были, и Владу очень не понравились… звери в клетках.
Владимир внимательно на меня посмотрел.
- Ему стало их жаль? – догадалась я.
- Именно, - кивнул он. – Влад хотел выпустить их на свободу.
Что ж, история действительно оказалась занимательной. Я узнала о том, что Влад не прощает обид. А в том, что у него доброе сердце, я давно убедилась.
- Влад у нас такой… мягкий, - добавил Владимир. – Послушный. Мамин сын.
- Неправда, - возразила я с улыбкой. – Влад добрый и заботливый. Решительный и сильный.
- Приятно слышать, как вы его защищаете, - усмехнулся Владимир. – Кстати, вот и он.
Я не заметила, когда Влад вошел в гостиную, но едва увидела его, сердце замерло… от радости. Я вдруг поняла, как сильно по нему соскучилась!
И, повинуясь порыву, обрадованно бросилась к нему. Но остановилась, опомнившись. Что он обо мне подумает? Что я… притворяюсь перед его матерью и братом?
Влад поцеловал меня в щеку, взял на руку, поинтересовался, как я провела день. А я смущенно молчала, размышляя, не притворяется ли он. Правда, он уже целовал меня… в лоб. Но ведь я только и делала, что отталкивала его. И обижала. Мы вроде бы договорились о перемирии, но…
А ведь мне по-настоящему хорошо, когда Влад рядом! И пусть сердце бьется чаще, но на душе спокойно. Влад вернулся, я не одна. Только он знает обо мне всё! Ладно, почти всё…
Я пробормотала, что день прошел прекрасно, и Влад выпустил мою руку, приветствуя брата. Я поспешила отойти в сторону, чтобы не мешать. А Влад оглянулся и, не найдя меня рядом, нахмурился. Он хотел что-то сказать, но Лидия Алексеевна пригласила всех к столу.
Каким-то невероятным образом, Владимир успел первым предложить мне руку, и Владу ничего не оставалось, как проводить к столу матушку. Однако братья заняли, как я поняла, привычные места, и меня усадили рядом с мужем.
- Вижу, вы уже познакомились, - вроде бы непринужденно заметил Влад, обращаясь к брату. – И подружились?
- Ты ревнуешь? – Владимир приподнял бровь в нарочитом изумлении.
Глаза его смеялись.
- Разве есть повод? – прохладно парировал Влад. – Уверен, что нет. Мне приятно, что Марьяна произвела на тебя хорошее впечатление.
Владимир фыркнул и приступил к еде. Влад взялся за мной ухаживать: подкладывал на тарелку вкусные кусочки, наполнял стакан морсом. Лидия Алексеевна посмеивалась, поглядывая то на одного сына, то на другого.
Беседа продолжилась за чаепитием. Я запоздало вспомнила, что не поблагодарила Владимира. Ведь это он помог Владу отправить меня на конкурс. Однако Владимир отмахнулся, едва услышав мои неловкие слова.
- Пустое, - сказал он. – Откровенно говоря, младший брат весьма удивил меня этой просьбой, но лишь потому, что он никогда и ни о чем не просит. Я полагал, что это гордыня. Или какие-то старые обиды. Но он попросил… ради вас, Марьяна… и я не смог отказать. Хотя это не в моих правилах. И Влад не обманул, вы – настоящая красавица.
- Ах, перестаньте… - прошептала я, заливаясь румянцем, в лучших традициях барышень позапрошлого века.
То есть, в моем мире… позапрошлого. А тут это, пожалуй, выглядело естественно.
Лидия Алексеевна подхватила разговор. Она рассказала Владимиру о нашей подготовке к конкурсу. Он согласно кивал, причем с серьезным лицом, не выказывая недовольства. Хотя, казалось бы, зачем мужчине выслушивать эти подробности о платьях и танцах?
Влад тем временем наклонился к моему уху.
- Марьяша, как бы нам остаться наедине? Минут на пять, не более.
Всего на пять минут?!
- Зачем? – прошептала я в ответ.
И тут же рассердилась на саму себя. Неужели я такая… колючая? Ведь он не просит ни о чем невозможном. А я…
- О чем шепчетесь? – громко спросил Владимир.
- Простите, - сказала я, опережая Влада. – Это я… вспомнила, что хотела кое-что показать Владу.
- Ты о драгоценностях? – подхватила Лидия Алексеевна. – Позвать Таню, чтобы она принесла футляры? Разрешишь и Владимиру взглянуть? Все же он…
Лидия Алексеевна словно прикусила язык и виновато взглянула на Влада.
- Что же ты замолчала, мама? – произнес он невозмутимо. – Владимир старше и опытнее, это ты хотела сказать? Не знаю, о каких драгоценностях речь, но он определенно разбирается в этом лучше меня.
- Я хотела… чтобы ты… - возразила я тихо. – Это не срочно. Лидия Алексеевна говорит, что там какое-то ведовство… в камнях.
- Артефакт? – спросил Влад и посмотрел на матушку.
Та неопределенно повела плечом.
- Если артефакт, то Владимир, и правда, лучший, - продолжил он. – Пусть принесут.
- Я сама. – Я поднялась. – Влад, проводишь меня? Я еще плохо ориентируюсь… в комнатах.
Вот и повод остаться наедине, как он хотел.
Глава 40
Глава сороковая, в которой Владислав добивается благосклонности
Влад
Влад на брата не злился, привык уж давно
