Читаем без скачивания Чего хотят демоны - Андрей Белянин

Халай помолчал, справляясь с подкатившим к горлу комком. Он все ещё переживал тот липкий страх, что нахлынул в тёмной роще.

Потом он заговорил снова:

— Гаситель Света — это вампир. Как я и предполагал, все эти убийства — дело вампира. Но не обычного вампира-нежити. Гаситель Света — чудовище, не имеющее ничего общего с людьми. Я не знаю, откуда оно здесь взялось, но подозреваю, что тут приложил руку тот колдун, что раньше жил возле этой рощи. Не знаю, откуда и зачем он его приволок… да и какая теперь разница? Этот глупец теперь во мраке Кура и ничего не расскажет. А Гаситель Света — здесь. И охотится. Эта тварь почти невидима и не отбрасывает тени даже в самый яркий полдень. Зато во время охоты её всегда сопровождает чужая тень — тень намеченной жертвы. Правда, ночью её всё равно не видно… но я её видел. Гаситель Света опасен, очень, очень опасен. Он слышит мысли противника, чувствует его намерения, даже видит на несколько секунд вперёд будущее! А ещё он чувствует магию — заранее знает, какое заклинание будет использовано, и всегда успевает уклониться. Гаситель Света движется с невероятной скоростью, с лёгкостью ускользая и от стрелы, и от копья, и от молнии мага. От него же самого защититься очень сложно. Гаситель Света ломает ментальную защиту, лишает воли, опутывает жертву незримой паутиной страха и безысходности, вселяет в душу непереносимый ужас, а когда жертва уже напугана до смерти и бежит без оглядки — нападает. Нападает всегда сзади. Вонзает жало в шею и высасывает… высасывает саму жизнь!

— Но как же тогда остался жив ты, учитель?

— Только благодаря тому, что я маг, — горестно посмотрел на свои руки Халай. — Маги для Гасителя Света — особенное лакомство. По нашим духовным линиям циркулирует мощная энергия — нет большей радости для Гасителя Света, чем напиться этой блаженной сомы! Вонзив жало в мага, тварь выпивает из него… выпивает… высасывает магическую силу! Моя седьмая оболочка теперь суха и безжизненна, ученики! Гаситель Света превратил меня в простого смертного! Я больше не могу колдова-а-а-а-а-а-а-ать!!!

Креол и Шамшуддин снова переглянулись, ошарашенные такой новостью. Теперь стало понятным, почему их учитель так на себя не похож. Магия для мага — это всё. Маг, утративший власть над заклинаниями, подобен безрукому ремесленнику, подобен безногому скороходу. А если пострадавший маг — дряхлый старец, уже не способный нормально существовать без чар…

Неудивительно, что Халай Джи Беш так страшно подавлен.

Осознав, что их учитель теперь столь же слабосилен, что и всякий старик его возраста, Креол и Шамшуддин неуверенно улыбнулись. Обменялись понимающими взглядами. Посмотрели на горько плачущего Халая. А потом одновременно воскликнули:

— Бей его!!!

Халай Джи Беш истошно завопил, закрывая лицо руками. Налетевшие ученики принялись безжалостно дубасить его кулаками и пинать сандалиями. Креол вырвал у учителя жезл и что есть мочи ударил воющего старика по затылку. Траву оросила кровь.

— Хватит, довольно, пощадите!.. — тоскливо заскулил Халай, безуспешно пытаясь отползти.

— Смерть тебе!.. — пропыхтел Шамшуддин, залепляя учителю ногой с разворота.

— Сдохни, мерзкая тварь!.. — рявкнул Креол, снова размахиваясь жезлом.

Через пару минут престарелый маг замер неподвижно. На нём не осталось живого места. Слегка уставшие Креол и Шамшуддин остановились и радостно переглянулись.

— Мы победили Зло, брат, — тяжело дыша, сказал Шамшуддин.

— Теперь мир сможет вздохнуть спокойно, — кивнул Креол, отбрасывая жезл Халая. — Только вот…

— Только вот?..

— Надеюсь, он всё-таки не до конца сдох. Если в Гильдии узнают, что мы прикончили учителя…

Шамшуддин в страхе выпучил глаза. Ему, полукровке, незаконнорождённому ребенку, прижитому от раба-кушита, нечего и надеяться на милосердие имперского суда. Креолу с этим проще, он всё-таки единственный наследник двоих архимагов — своих отца и деда. Юноша знатнейший из знатных.

— Вроде жив, — приложил ухо к чахлой груди учителя Креол. — Я слышу стук.

— Сердце?..

— А что, там что-то ещё может быть? — хмуро посмотрел на товарища Креол. — Эй, старый урод, ты меня слышишь?..

Халай слабо застонал. Тонкая рука, увитая синими венами, шевельнулась, цепляясь за край набедренника Креола. Веки поднялись, открывая помутневшие глаза.

— Жив, — облегчённо вздохнул Шамшуддин.

Избитый до потери сознания учитель приходил в себя довольно долго. Но в конце концов всё же сумел усесться ровно и даже начал кое-как ворочать языком.

— Неблагодарные мерзавцы… — всхлипнул Халай, утирая глаза. — Как вы могли так со мной поступить?!

И это после всего того, что я для вас сделал!.. Разве не кормил я вас хлебом, разве не поил ячменной сикерой?..

Креол и Шамшуддин угрюмо промолчали. Ужасно хочется завершить начатое и добить учителя. Но неприятности могут быть и вправду нешуточными, так что лучше всё же подавить благородные желания.

— Слушайте меня, ученики, — проглотив гордость, заговорил Халай. — Гаситель Света высосал досуха мою седьмую оболочку. Лишил меня магических сил. Но именно благодаря этому я остался жив — поглотив мою силу, тварь вполне насытилась и оставила меня в покое. Сейчас Гаситель Света спит в какой-нибудь норе, переваривая то, что сожрал. Вы должны помочь мне вернуть способности!

— А это возможно? — с явным сожалением спросил Креол.

— Да. Способ есть. Нужно убить эту тварь до того, как зайдет солнце. Убить и принести мне её внутренние органы. Там есть такой особый орган… как бы желудок, но не желудок. Этой штукой Гаситель Света переваривает украденную у людей энергию. И если до захода солнца я этот желудок съем, мои способности ко мне вернутся! Может быть, не в полном объёме, но вернутся!

Креол и Шамшуддин опустили глаза, делая вид, что не понимают, о чем речь. Не очень-то хочется идти в эту страшную рощу и сражаться с тем, кто с такой лёгкостью одолел их учителя.

Тем более что выгода весьма сомнительна.

— А другого способа нет? — с надеждой спросил Шамшуддин.

— Есть, как не быть… Я могу просто обучиться всему заново, как учитесь сейчас вы, — пробурчал Халай. — Конечно, повторно я обучусь гораздо быстрее — знания-то никуда не делись, по-прежнему здесь, в черепе… Просто снова натренироваться… снова развить седьмую оболочку… но даже так это займет многие месяцы, если не годы…

— Мы тебе в этом поможем, учитель! — оживился Шамшуддин.

— Ты же никуда не торопишься? — поддакнул Креол.

— Не тороплюсь?! — зло сверкнул глазами Халай. — Я очень даже тороплюсь! Посмотрите на меня, глупцы! В отличие от вас я не зелёный отрок, лишь недавно отлучённый от материнской груди! Мне сто четыре года! Уже лет тридцать я поддерживаю жизнь магией! Теперь, когда я её лишился, я могу умереть в любую минуту! Умереть просто от старости, как мне давно положено!!! Вы этого хотите?!

— Нет, нет, не хотим! — истово закивали ученики.

— Сожри вас Нергал, а почему вы тогда киваете?!! О-о-о, я всё вижу, я всё понимаю! Ваши презренные уста лгут, но ваши члены выдают истину! Вы хотите, вы жаждете моей смерти, мерзавцы! — захрипел Халай, потрясая высохшей десницей. — Но у вас ничего не выйдет! Ничего не получится! Я пока ещё не собираюсь в Кур! Мне ещё рано становиться добычей Безголовых! Клешни асакку до меня не дотянутся!

— А жаль, — вполголоса пробормотал Креол.

— Я это слышал! — гневно выпалил Халай.

— Ну и что с того? — дерзко посмотрел на него Креол.

Халай Джи Беш плотно стиснул челюсти. Всё тело ломит от ужасных побоев. Утратив магические способности, он уже не способен просто исцелить синяки парой заклятий.

И эти два юных ублюдка могут сделать с ним всё, что пожелают. Здесь, в уединённом месте, вдали от людей, он совершенно беспомощен. Кричи не кричи — никло не услышит, никто не поможет.

— Креол, Шамшуддин, но я же всё-таки ваш учитель!.. — попытался ласково улыбнуться Халай.

Ученики невольно отшатнулись — такая мерзкая гримаса появилась на морщинистом лице.

— Вы же мои любимые ученики! — протянул руки Халай. — Я люблю вас, как родных внуков! Я прошу вас… нет, я вас умоляю! Вы просто обязаны мне помочь!

— Чего ради, старый урод? — хмыкнул Креол.

— Неужели вас нисколько не беспокоит судьба вашего бедного учителя?!

— Нисколько.

— Тогда подумайте ещё вот о чем! Если я не верну своих способностей, то больше не смогу вас обучать!

Шамшуддин посмотрел на Креола с лёгким беспокойством. Креол тоже помрачнел.

— А ещё я нажалуюсь на вас в Гильдию! — зло пообещал Халай. — Уж я позабочусь, чтобы больше никто и никогда не взялся вас обучать! Я это сделаю, клянусь своей печёнкой, обязательно сделаю!

Шамшуддин забеспокоился ещё сильнее. Креола в крайнем случае может обучить собственный отец или дед — Гильдия подобного не одобряет, но и не запрещает. А вот что делать ему, Шамшуддину?