Если будете хорошо себя вести, я подкину адресок.
— Мои поклонницы? — он закатил глаза и сделал вид, что его полностью не интересует данная информация, а затем украдкой коснулся ее руки: — Меня интересует внимание лишь одного человека во всем этом мире, Мэйгрид.
— И чье же? — она невольно вскинула брови. Затем представила манящую мушку над губой у первой красавицы драконов. — Неужели той, чья брошь не украшает ваш камзол?
Мэйгрид замедлила шаг, вспомнив, что ей полагалось идти чуть позади корри, хоть она и носила звание личной помощницы. Он же, в свою очередь, лишь развернулся к ней лицом, поняв, что она больше не идет рядом, и мягко улыбнулся, передав все цветы.
— Тебе они больше к лицу, чем мне.
Комнаты, которые им ответили, не уступали по роскошеству тем, что были в родовом замке Аластера. Украшения из золота на потолке и мебели, стены из цельных камней, гладких и отполированных, а одна непременно — голая скала, чтобы никто не смел забыть, откуда пришли драконы. Комнат было ровно четыре: две спальни, для приема гостей, еды и ванная комната.
Для участников турнира подготовили сытный ужин, позаботились о том, чтобы те смогли принять горячую ванную и впрочем то все. Кроме того, что король пригласил к себе на ужин несколько избранных лиц, среди которых значился Аластер, поэтому Мэйгрид осталась в полном одиночестве.
Ужин принесли на двоих. Она недовольно поковырялась в запеченном ягненке, скушала несколько томленых картофелин и выпила чаю. Остальное унесли по ее команде. Среди служек значились лишь взрослые девки, поэтому, потеряв всякий к ним интерес, Мэйгрид осталась ждать. Будь она храбрее, отправилась бы рассматривать окрестности, тем более что ее передвижение, официально никто не ограничивал. Только вот страх перед возможным повтором полета давил на виски.
Она, вообще, не думала о том, что ей может стать страшно. Однако пространство комнаты давило на плечи, Мэй забралась под одеяло и попыталась представить, что она дома. В коридоре иногда слышались голоса, а от звонкого и резкого смеха она и вовсе вскочила с места и бросилась в комнату, в которой подали ужин, чтобы схватиться за вилку или нож, но все прибрали.
Страх вернулся к ней столь внезапно, словно никуда и не уходил.
Аластера нет здесь, чтобы помочь в трудную минуту. Сумеет ли он почувствовать, если вдруг кто-то ворвется в комнату и выволочет ее прочь?
Они затеяли опасную игру, так почему же думают, что враг их глупее?
Мэйгрид, привычным движением, сжала амулет пальцами и, почувствовав тепло немного успокоилась. Она выпила воды и ополоснула лицо, чтобы прийти в чувство. Затем вновь забралась в кровать и принялась ждать, когда Аластер вернется в покои. Через какое-то время к ней прислали служку, круглолицую девушку в белом чепце, стильно съехавшим на лоб. Та удивленно уставилась на раздетую и расплетенную личную помощницу благородного корри, осведомилась, нужна ли ей еще какая-то помощь и, получив отказ, удалилась, так и не заметив, что за спиной та сжимала отполированный до блеска подсвечник.
Время вновь растянулось, минуты казались вечностью, сон не шел, и дракон не возвращался. Мэй лежала на боку, обхватив амулет, и пыталась расслабиться. Через какое-то время, а может, и вечность, наконец-то, замок щелкнул, послышалась возня, а она затаилась под одеялом, не спеша выбираться из своего укрытия. Пусть думает, что она спит и не беспокоится.
Гость вел себя тихо, не зажигал огня. Хотя Мэй и так прекрасно знала, что драконы видят в темноте. Она замерла, чтобы не издавать лишних звуков, Аластер, по всей видимости, прошел к себе в спальню. Теперь можно выдыхать и засыпать. Сразу же стало хорошо и спокойно и ее потянуло в сон, пока нос не почуял легкий запах хмеля.
Мэй открыла глаза, прежде чем поняла, что ей заботливо поправляют одеяло.
— Прости, не хотел тебя будить.
Она лишь улыбнулась одними уголками губ.
— Ничего, как прошел вечер?
Она облокотилась о спинку кровати, спрятавшись за одеялом. Хотя в присутствие дракона в комнате стало тепло, если не сказать жарко. Поняла она это не сразу, а лишь когда стали пылать щеки.
— Разговоры, немного вина и карты… Можно считать, что хороший. Мы были не одни с Робертом, так что он не пытался выведать мои секреты, скорее всего, следил, чтобы я не натворил глупостей. Спокойной ночи, Мэйгрид, завтра нас ждет первое испытание.
— Это тебя ждет, — она лукаво улыбнулась и тут же спрятала подбородок под одеялом. — Я видела карту первого поединка, твой соперник корри Кельвин.
— Отлично, тогда тем более не возникнет вопросов, когда после поединка я попрошусь в лазарет. На моей памяти там всегда работало много девчонок, которые начинают обучаться лекарскому делу в юном возрасте.
— Да, а я проверю кухню, а вечером разберусь с горничными… Надеюсь, мы справимся. Пока наши поиски — это как иголка в стоге сена.
В целом у них был небольшой план, они заранее составили список мест, в которых могли бы прислуживать юные служки, в особенности девочки. Оставалась еще проблема в том, что к каждой из них необходимо прикоснуться мазью, той, что они носили в медальонах на шее.
— Главное — будь осторожна.
Мэй коротко кивнула. Она хотела бы быть осторожной, но разве так они смогут выполнить, что задумали?
— Ты тоже береги себя. Я слышала, что корри Кельвин — опасный соперник.
— Не переживай, я не собираюсь ему поддаваться уж слишком. Так дам пару раз ударить себя для правдоподобности, не больше…
— Ну, надо же, — Мэй рассмеялась. — А знаешь, что еще говорят про корри Кельвина, что он гроза дам этого сезона. Любая мечтает выйти за него замуж.
Аластер, по всей видимости, хмыкнул:
— Этот рыцарь года… Знаешь, откуда он получил свой знаменитый шрам? Я скажу тебе. Об этом не принято говорить, что он в стельку пьяный возвращался из борделя, и в полете впечатался в башню родового замка. Вот и все благородство. Его родня хорошо постаралась, чтобы придумать красивую историю на этот счет…
Теперь она смеялась в голос.
— Не может быть.
— Еще как может. Так что если это предел девичьих мечтаний, то я даже не знаю.
Одеяло сползло с плеч.
— И что тебе он тоже понравился? — в голосе дракона проскользнула нечто уловимо напоминающее ревность.
— Нет, конечно.
Мэй сидела на кровати, поджав под себя ноги, волосы струились по плечам, и меньше всего сейчас она выглядела как образцовая помощница для благородного дракона. Скорее как ночная бестия, которую хотелось прижать к себе. Почувствовать ее тепло, понять это
