в свете моего артефакта всеми оттенками зелёного и жёлтого. Они медленно пульсировали, словно дышали в едином ритме.
Всё же это впечатляющая адаптация. Я даже присел на корточки, чтобы получше рассмотреть монстров с безопасного расстояния.
Они должны были вымереть без кристалла очага, а вместо этого восстановились и расплодились.
Уникальный случай. И чрезвычайно ценный для исследований.
Так или иначе, это открывало интересные возможности.
Столько биоматериала! Слизь и кислоту этих существ можно было использовать в алхимии, а тела в качестве материала для некоторых видов химер.
Уже не говоря о других возможных применениях.
Я даже начал обдумывать возможность создать здесь своего рода ферму. Контролируемое разведение слизней с регулярным сбором «урожая». Можно было бы даже подключить гремлинов. Они обожают возиться с такими проектами, особенно если речь идёт о чём-то необычном и потенциально взрывоопасном.
Хотя нет, с гремлинами надо быть осторожнее. Зная их склонность к экспериментам, они могут вывести какого-нибудь супер-слизня размером с дом, который растворит половину пещеры, прежде чем его удастся остановить.
Впрочем, это всё планы на будущее. Сейчас главное — выбраться отсюда, не привлекая лишнего внимания.
Особенно внимания самих гремлинов.
Я поднялся и продолжил путь, стараясь двигаться тихо и выбирая маршрут так, чтобы обходить коридоры, ведущие к их поселению. Зная гостеприимство этого народца, если они меня заметят, не отстанут, пока я не соглашусь остаться на очередной пир.
Это, конечно, весело, но у меня сейчас нет столько свободного времени.
А обижать их отказом не хотелось.
Так что я крался по тоннелям, как вор в собственном доме. Слизни расступались, чувствуя мой энергетический щит.
Без влияния очага, их агрессия упала до минимума.
Это облегчало задачу, хотя бы не приходилось драться с каждой встречной тварью.
Так что минут через пятнадцать я вышел на поверхность.
Свежий воздух ударил в лицо, и я с удовольствием вдохнул полной грудью. За те несколько часов, что я тут оставался, мои лёгкие успели устать от сырости и затхлости пещер.
Вокруг раскинулся знакомый скалистый пейзаж. Серые камни, покрытые мхом и лишайником. Редкие кустарники, цепляющиеся за жизнь в расщелинах скал. Вдали виднелись горные хребты, а над ними чистое небо с плывущими облаками.
Я прошёл к небольшой площадке у входа в пещеру и устроился на одном из камней, ожидая Ольгу.
Ждать пришлось недолго.
Минут через десять на горизонте появилась знакомая тёмная точка, которая, приближаясь, быстро росла.
Костиус. Его массивные крылья размеренно рассекали воздух, а на спине я различил фигуру наездницы.
Дракон, снижаясь, сделал круг над площадкой и мягко приземлился в нескольких метрах от меня. Камни под его когтями заскрежетали, а от взмахов крыльев поднялось облако пыли.
Ольга спрыгнула с седла ещё до того, как Сэр Костиус полностью остановился. Она буквально сбежала по боку дракона и бросилась ко мне, и на её лице было написано такое облегчение и счастье, что я невольно улыбнулся.
— Макс! — она остановилась в шаге от меня, словно проверяя, что я действительно настоящий. — Ты… ты действительно жив!
— А ты разве сомневалась? — спросил я с усмешкой.
— Ни на секунду! — горячо возразила она, но по блеску в её глазах было видно, что всё-таки волновалась. — Я с самого начала говорила, что какой-то там взрыв тебя не остановит. Ты же Макс Рихтер!
Она говорила это с такой уверенностью и гордостью, что я не смог не улыбнуться шире.
— Рад слышать, — я не удержался и потрепал внучку по голове, а затем направился к Костиусу.
— Подожди! — Ольга метнулась обратно к дракону и начала рыться в одной из сумок, закреплённых на седле. — Фред быстренько приготовил это перед взлётом.
Она вытащила термос и небольшой лоточек, завёрнутый в ткань.
— Кофе, — пояснила она, протягивая мне термос. — И свежие оладьи. Ещё тёплые.
Я принял термос, и меня неожиданно накрыла волна тепла. Как от кофе, так и от трогательной заботы внучки.
Она подумала о том, что за эти несколько часов, пока со мной не было связи, я мог проголодаться, а также не забыла, что лучшим лекарством для меня является кофе.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я, откручивая крышку термоса.
Аромат свежего кофе ударил в нос, и я сделал глубокий глоток. Горячая жидкость разлилась по телу приятным теплом, и я почувствовал, как вместе с ней в меня вливается жизнь. Энергия. Бодрость.
Магия магией, но хороший кофе творит чудеса.
Я сел в седло Костиуса, продолжая пить. Ольга устроилась впереди, взяв управление на себя, а я разместился сзади, устроив термос и лоточек с оладьями у себя на коленях.
— Полетели? — спросила она, оглядываясь через плечо.
— Полетели, — кивнул я, откусывая кусок оладушка.
Как всегда невероятно вкусно. Повезло, что Фред тоже участвовал в войне и оказался неподалёку.
Костиус расправил крылья и взмыл в воздух. Земля стремительно удалялась, пещеры превращались в тёмные точки на фоне скал, а впереди расстилались бескрайние просторы.
Я продолжал есть оладьи и пить кофе, наслаждаясь полётом и простыми земными удовольствиями. После пробуждения в тёмной пещере, окружённым слизнями, это казалось особенно приятным.
Через какое-то время впереди показалось место нашей битвы со Штайгером.
То, что раньше было полем боя, теперь выглядело как место активных раскопок. Повсюду сновали умертвии, методично собирая что-то с земли и складывая в стерильные контейнеры. Гремлины в отдалении копошились вокруг останков колосса, продолжая его разбирать на запчасти.
А в центре всего этого, координируя процесс, находились Алина и дед Карл.
Костиус приземлился неподалёку от них, и мы с Ольгой спрыгнули с седла.
Алина радостно улыбнулась и помахала рукой.
На её лице читалось явное облегчение. Я помахал в ответ и подошёл ближе.
Дед обернулся, увидел меня и усмехнулся.
— О, очнулся наконец, — проворчал он. — А я уже почти закончил инвентаризацию твоего имущества в качестве нового главы клана.
— Конечно закончил, — парировал я. — Небось уже и новый трон себе присмотрел в замок.
— Само собой, я бы сделал его сам. До сих пор считаю недоработкой, что ты в этот раз отказался от классического некротрона из плоти и костей. Обычно, это сразу настраивает гостей и просителей на нужный лад.
Мы переглянулись и одновременно усмехнулись. После чего Карл вернулся к своим контейнерам, а я подошёл ближе, разглядывая их содержимое.
Куски плоти. Обломки костей. Клочки ткани и металла. Всё, что осталось от Гюнтера Штайгера после взрыва, аккуратно разложено по категориям и упаковано.
— Что думаешь? — спросил я деда. — Можно из этого что-то получить?
Карл задумчиво почесал свой костлявый подбородок.
— Пока не ясно, — признал он. — Этот гадёныш использовал очень сильную бомбу. По предварительным
