но Полночь расстраивало их присутствие — они воспринимались ей, как напоминание о долгой болезни.
Потом, всё потом. Сперва — спасти Арчибальда и, желательно, вернуть в рабочее состояние мастерскую артефактов.
— У вас есть чертёж кольца?
— В голове как наяву. Этого количества сырья должно хватить.
— Для сотворения нового предмета, без прилагающегося опыта, стоит удвоить необходимые ресурсы. Обычная практика.
— Я это учёл ещё с прошлого вашего урока, и захватил в три раза больше.
— Тогда приступим?
Не вдаваясь в тонкости, я мог сказать лишь одно — создавать кольцо для очень специфической цели, даже вместе с опытным наставником, оказалось невероятно сложно. В разы сложнее, чем клепать браслеты с защитой от проклятий. Из плюсов — Жнец теперь был на моей стороне, и никак не мешал, когда подошло утро. Из минусов — Кас и Лита все ещё оставались заняты на ритуалах Зури, и не могли оказать помощь.
Стабильный образец я получил в конце следующего дня, чуть не засыпая на ходу. Но «Взгляд библиотекаря» утверждал, что созданного кольца хватит на десять минут воплощения души, без малейшего вреда и даже с небольшим эффектом восстановления. Этого бы не хватило, чтобы вернуть Арчибальду утерянные силы, но должно было хватить на другой мой план.
— Куда дальше, лорд Виктор?
— В вашу личную мастерскую.
Теоретически, весь этаж являлся мастерской по созданию артефактов. Но дух Арчибальда провёл полторы тысячи лет в одной-единственной комнате, запертый ото всех и погружённый в иллюзию работы. Там не осталось ничего ценного, а уцелевший интерьер был уничтожен проклятыми доспехами, в их чрезмерно активной ржавой форме.
И всё-таки, это место оставалось самым близким к тому, что творец артефактов мог назвать своим домом.
Добравшись до комнаты, я поднял зеркало на уровень глаз и внимательно посмотрел на лицо Арчибальда. Когда он впервые «вселился» в новый сосуд, он выглядел в отражении, как обаятельный мужчина лет пятидесяти, седой, но энергичный. Сейчас на меня смотрел усталый старик далеко за восемьдесят, прилагающий массу усилий, чтобы сохранить концентрацию. Внешний вид в зеркале отражал состояние души Арчибальда, и несмотря на его браваду о «паре-тройке месяцев», выглядел он весьма паршиво. Как человек, которому остались в лучшем случае сутки.
— Готовы? — коротко спросил я.
— Я… я не уверен, — сказал он, слегка запнувшись. — В теории, Полночь использует тот же механизм, дабы окутать душу живым телом, но на это уходят силы её собственной великой души. Возможно, лучше подождать до следующей ночи… или провести дополнительные опыты в течение месяца…
Вместо ответа я глубоко вздохнул и швырнул ручное зеркало о ближайшую стену. Брызнули осколки стекла, а вместе с ними из глубины артефакта высвободился едва заметный полупрозрачный силуэт, тающий на глазах.
Ну же! Работай!!
Кольцо, лежащее у меня на ладони, вдруг мелко задрожало и стало таким тяжёлым, что моя рука дрогнула вместе с ним. Силуэт неуверенно протянул руку, касаясь свежеизготовленного артефакта, и в следующий миг обрёл чёткость. За несколько секунд Арчибальд прошёл путь от исчезающей тени до двухмерной картинки, до осязаемого призрака, до живого человека. Очень старого — как он и отображался в зеркале — с трудом дышащего, но однозначно живого. В глазах Полуночи он всё ещё числился загрязнённым слугой, но впервые за очень долгое время получил возможность это исправить.
— Добро пожаловать назад, Арчибальд, — сказал я, направляя Райнигун на плечо старика.
Ещё вопрос, кому будет хуже от этого очищения. Мастеру артефактов, едва не разваливающемуся на части, или мне, только что вернувшему в строй слугу, возрастом в полторы тысячи лет?
Глава девятнадцатая
— Благородные гости! Перед вами хозяин Полуночи, носитель Райнигуна, очищающий и милосердный, властитель бесчисленных земель! Сжигающий древнее зло, владыка драконов, рыцарь вечности, спаситель Авалона — лорд Виктор! Возрадуйтесь, ибо он почтил вас своим вниманием!
Нельзя сказать, что я полноценно спас Авалон — так, подсобил в паре моментов, пусть и достаточно важных. Древний мир только начал своё движение из глубин кошмара, его жители всё ещё страдали от гнёта проклятья нежити. До настоящего спасения могли пройти столетия — и всё же, Кас выбрала именно такую строчку, с полного одобрения Полуночи. Возможно, потому, что такая формулировка лучше звучала. Возможно, чтобы одно рыцарство в титуле не пересекалось с другим.
Кирпичики моей судьбы укладывались друг на друга, и только благодаря крепкой основе эти метафорические стены держали удар. Полгода… да что там, пару месяцев назад, до визита в Авалон, очищение Арчибальда уложило бы меня на месте. Не знаю, потерял бы я сознание, как после очищения Хвои, или просто бы обессилел, но факт фактом — до тронного зала пришлось бы добираться ползком. Даже с помощью Кас, даже предприняв меры против Жнеца — не то событие, через которое хотелось бы проходить уважающему себя хозяину.
Вчера — слегка покачнулся, как если бы на плечи взвалили пару наковален драконьей кузни. Покачнулся и устоял. Убедился, что Арчибальд пережил очищение. Добрался до выхода из артефактного этажа, позволил Кас перенести меня в основной коридор. Сел на трон, закрепляя свою волю. Поспал битый час. И… пошёл принимать гостей — в последнюю из оставшихся трёх ночей перед визитом в Полдень. Полночь совершенно по ним истосковалась.
— Достопочтимый лорд Виктор!
Бас братьев Смелтстоунов было невозможно перепутать даже с голосами других цвергов. Две крепкие фигуры в богатых одеждах отвесили мне низкие поклоны, а я тепло поприветствовал их в ответ — как дорогих гостей и надёжных торговых партнёров.
И судя по их намерениям, этому партнёрству суждено было расти и расти.
— Слухами Вольные Города полнятся, — осторожно начал Эрик, как обычно первым забрасывая удочку разговора. — Что в вашем великом замке появилась рабочая драконья кузня…
— Слухами? — невозмутимо переспросил я. — Или рассказами предприимчивых отпрысков?
Эдвард и Хельга, дети Эрика, присутствовали при торжественном запуске кузни — и я не заставлял их подписывать соглашение о неразглашении информации. Но с тех пор они не покидали замок, продолжая в поте лица расчищать сокровищницу. Неужто смогли подать отцу сигнал аж в другой мир? Или встретили его на входе, быстро рассказав свежайшие новости?
— Не серчайте, лорд Виктор, — прогудел цверг. — Мои дети подслушивать и наушничать не обучены. Просто драконья кузня — мечта любого цверга, святыня, источник легендарной благодати! Нам бы только удостовериться, что не имело место… преувеличение.
— Не имело, — слегка усмехнулся я. —
