из малознакомой мне Ноктии, часть — из пока ещё неизвестных миров. Я присмотрелся к гноллам, но тем явно недоставало самообладания и профессионализма Кары и Крома, и уж тем более Зверобоев.
Наёмный инженер-крылатый — сперва выглядел неплохо, но быстро сдулся под градом наводящих вопросов от Хагги, и позорно ретировался.
Наёмный некромант — редкая птица, хоть и не крылатый, а человек. Вступил в жаркий спор с Лаахизой, после чего передумал наниматься, зато продал ей какой-то невероятно редкий артефактный камень.
Две танцовщицы из Йхтилла… стоп, что?
— Терра! — прошипел я в сторону, когда обе девушки распластались перед троном ниц. — Что это такое⁈
— Я им говорила, Вик, — спокойно отозвалась целительница, подходя поближе. — Я настаивала, что им не нужно дожидаться приёма, чтобы получить порцию вашего внимания. Я… в первый раз столкнулась со столь невероятным упрямством.
Танцовщицы, принесённые мне в дар посланником Князя в Жёлтом, проспали колдовской дрёмой долгие месяцы, пока их не разбудил Асфар. Признаться, с походом в Авалон и последующей суматохой я едва не забыл об их существовании, и уж точно не думал, что получу такое напоминание.
— Встаньте, — коротко, но мягко сказал я. — Встаньте и назовите свои имена.
— Сия недостойная зовётся Рани.
— Сия недостойная зовётся Рати.
Дальше последовала длинная, весьма витиеватая речь, суть которой сводилась к одному — величайшей благодарности от двух «недостойных», а также клятв в верности. Кажется, для подкрепления крепости клятв, Рани и Рати всерьёз собрались отрезать себе по фаланге пальца, но Терра мигом отобрала у них ножи. Школа Йихтилла была заметна даже после освобождения от уз Князя — в глазах танцовщиц горел фанатичный огонь. Таким дай работу по специальности — затанцуют до полного изнеможения, если не до смерти…
Из плюсов — девушки не собирались никуда уходить, а это был единственный проблемный пункт. Я терпеливо выслушал благодарности, принял клятвы и определил их на временную работу в лазарет, с условием полного послушания Терре. При желании, эти двое могли сменить род занятий на более предпочтительный, и отсутствие глубокой связи с замком здесь шло на пользу. Территорию вокруг Полуночи рано или поздно тоже придётся осваивать, расчищать и укреплять. Возможно, в этом деле капля фанатизма окажется к месту.
Асфар не пришёл — а жаль, мне было, что с ним обсудить по поводу стычки с Князем и дальнейших планов. Но финал приёма всё-таки оказался громким, когда в главном коридоре раздался стук тяжёлых шагов. В тронный зал вошёл Мордред, а за ним ещё двое бронированных великанов.
Очередь из просителей как-то сама собой рассосалась, давая дорогу сынам Камелота. Они остановились возле трона и опустились на одно колено.
— Лорд Виктор, — сказал Мордред, снимая шлем. — Вик. Друг мой, брат мой. Я вернулся, дабы нести службу как посол Авалона и защитник Полуночи. Со мной пришли наши братья — Галахад и Кей.
Я не поленился спуститься с трона, чтобы обнять Мордреда и лично поприветствовать каждого из его спутников. Мерлин предупреждал меня, что двое рыцарей хотели посетить Полночь — и это оказались именно те, кто стоял на стороне справедливости. Именно Галахад с Кеем не пропустили ни одной ночи, отражая натиск кошмара на Камелот, без остановки сражаясь на протяжении многих тысяч лет. И лишь убедившись, что их родина в безопасности, хотя бы на время, решили отправиться за Мордредом, чтобы избавиться от проклятья.
Пока что я мог организовать им лишь минимальный «пакет» помощи — тот же, который предоставил Мордреду. Конструкт пустого дыхания, стабилизирующий внутреннюю силу для разумной нежити, и амулеты для общей защиты от высших проклятий. Их действие не возвращало мёртвых к жизни, но останавливало разложение плоти и, что важнее, влияние чёрного колдовства на разум. С очищенной мастерской артефактов я надеялся получить и более специфические обереги, но для начала хватит и этих.
Благодарность рыцарей была более сдержанной, чем от танцовщиц ранее, но не менее искренней. По правде говоря, я получал от этого союза гораздо больше, чем они. Каждый из рыцарей Авалона стоил целой армии обычных бойцов, а Галахад и Кей дали обет вместе с Мордредом защищать Полночь наравне с родным Камелотом.
Учитывая, что у меня на носу висел новый поход с неизвестным исходом, это было как нельзя кстати.
Перед смертью не надышишься, а перед визитом в Полдень не успеешь закрыть все дела за три жалких ночи. После приёма у меня оставалось несколько часов на подготовку — телепортироваться стоило днём, учитывая особенности суточного функционирования вечных замков. Кулина пыхтела, собирая мне походный рацион — а вдруг повар Полудня решит отравить неудобного гостя? Луна закончила обработку магических доспехов, и теперь занималась каким-то новым оружием. Кас, Лита и Зури проводили последние настройки перед большими дверями, и их не следовало отвлекать.
А я накинул «Покров» и шагнул в зеркало — чтобы выйти прямиком в мастерской артефактов.
— Я ждал вас часом ранее.
Я обернулся на знакомый голос, теперь не искажённый через ручное зеркало. Арчибальд стоял рядом, вновь помолодевший на тридцать лет, и успевший в рекордные сроки изготовить новое большое зеркало. Без оправы, слегка неровной формы — но абсолютно рабочее! Его упрёк звучал как всегда мягко, но был вполне понятен — мастеру пришлось торопиться, а лишний час позволил бы провести работу получше.
— Приём гостей растянулся, — пояснил я. — Но теперь Полночь может спать… спокойнее.
Во-первых — потому, что я нанял свежих гвардейцев, вернул Мордреда и получил в придачу ещё двоих рыцарей. Во-вторых — поскольку удалось немного утолить голод Полуночи по посетителям. Надеюсь, она будет счастлива сотне жителей Авалона, когда те заселятся в новые дома…
К слову, о новинках.
— Арчибальд, вы не планируете завесить зеркало, пока оттуда не вылез доппельгангер?
— В этом нет нужды, лорд Виктор. Этот эффект был направлен лишь на врагов Полуночи, но исказился со временем. Теперь я могу провести отладку всех уцелевших зеркал, дабы вернуть им изначальные свойства.
— Что же вы раньше не сказали? — шутливо проворчал я. — Я бы очистил вас ещё до Авалона.
— Оплошал, каюсь, — столь же шутливо и немного печально улыбнулся Арчибальд. — Но сей процесс можно отложить. Полагаю, сейчас вы хотели бы получить новую силу?
— Если… возможно.
Я относился к этой затее с некоторой осторожностью, но Арчибальду не требовались лишние объяснения.
— Полагаю, поцелуй не подойдёт — я не в вашем вкусе,
