И, обойдя остальные комнаты, затормозил, завороженный, у домашнего кинотеатра.
— Ух ты! — совсем по-мальчишески восхитился Васька. — Я такое только в Инете видел! Что, действительно как в кино?
Он засыпал Дениса вопросами про звук, разрешение экрана.
— А ты сам проверь, Василий Федорович, — предложил Денис обрадованно. — Выбери фильм, вон в шкафу видеотека.
— Ни фига себе! — совсем одурел Васька, распахнув дверцы вместительного, разумеется, старинного шкафа, оборудованного внутри под собрание фильмотеки.
— На этом классно было бы «Гарри Поттера» посмотреть и «Властелина колец», вообще фэнтези, компьютерные фильмецы!
— Там все есть, и «Поттер», и «Властелин», — усмехнулся его восторженности Денис.
— А можно? — копаясь в дисках, поражался Васька.
— Да сколько угодно!
— Что, Василий Федорович, — мягко улыбалась Лена, — теряешься перед масштабностью выбора?
— «Властелин колец», — решил окончательно Васька.
— Одну часть! Нам еще домой ехать! — утихомиривала Лена.
— Тогда последнюю, там съемки классные! — определился с выбором он. — Давайте посмотрим!
— Нет, — отказалась Лена, — ты наслаждайся, а мы с Денисом, раз такое дело, поработаем.
Арбенин показал Василию, как что включать, управлять, Лена заботливо порасспрашивала, может, чего принести для трехчасового просмотра: бутерброды, чай, воду?
— Ничего не надо, — отказался он, — идите работайте.
Денис нежно, неторопливо целовал Лену, держа обеими руками за голову, как только захлопнул дверь в кабинет.
Соскучился.
Прервав с сожалением поцелуй, Лена уткнулась головой Арбенину в грудь, а он легонько поглаживал ее по волосам большой, теплой ладонью.
Помолчали, переводя дыхание.
— Нам лучше остановиться, — пробормотала она.
— Да.
— И поработать.
— Да.
— И дверь оставить распахнутой, чтобы самим не поддаться искушению и Ваську не конфузить, когда сунется.
— Да, — третий раз повторил Денис.
В прошлое свое пребывание здесь Лена скопировала на диски и оставила у Дениса все свои снимки, чтобы не таскать лишний раз ноутбук. Так что фронт работ у них имелся. Хорошо, что им не меньше, чем целоваться, нравилось работать. Они с неохотой и приступили, каждый по-своему думая о других интересных занятиях, но сразу же увлеклись, погрузились полностью в дело и не заметили, как пролетело время.
— Понятно! — услышали за спинами Васькин веселый голос. — У вас, ребята, заболевание одно на двоих. Трудоголизм называется! Фильм кончился.
— Ну и как? — поинтересовался впечатлениями Денис.
— Классно! Офигенно! — И без перехода:
— Может, поедим чего?
Они и поели, и чаю выпили, выслушивая Васькины расширенные и дополненные подробностями впечатления от просмотра фильма.
Все хорошо, но ехать надо!
Доехали быстро и весело, под анекдоты, в основном рассказанные Василием Федоровичем, и музычку из радиоприемника, которой сын с мамой громко и немного фальшиво подпевали.
Денис отказался от предложения зайти, Лена не настаивала, он придержал ее за руку, когда Васька, попрощавшись, выбрался из машины.
— В понедельник?
— У меня машина в ремонте, если сделают, приеду.
— Я тебя заберу, — пообещал Арбенин.
— Тогда в понедельник, — сверкнув глазами, согласилась Ленка и, быстро чмокнув его в губы, выбралась из машины.
Утро озадачило Елену Алексеевну сюрпризцем. Оказалось, что за компанию с Василием Федоровичем собрались идти в зоопарк еще четверо его одноклассников. Лена прибалдела от такой перспективки — это же банда! Они разбегутся, как исследуемые ими животные, а она их лови! И спешно принялась обзванивать родителей беспечных.
— Да что вы, Елена Алексеевна! — уверяли ее родители Васькиных друзей. — Да они вашего Василия как генерала слушаются, беспрекословно! Нас бы так слушались! Вы не беспокойтесь!
«Не беспокойтесь!» Хорошенькое дело — пятеро тринадцатилетних пацанят в зоопарке! Попахивает анекдотом! Вот бы и шли сами, сопровождающими!
Но, как говорится, «поздно пить боржоми», и Лена подстраховалась единственным возможным способом, пригласив присоединиться к их походу Зою Львовну, на что та выказала живой интерес и готовность.
Солнышко по-весеннему припекало, территория зоопарка радовала чистотой и свеженькими «улучшениями» после зимы, перед новым сезоном. Народу куча, но ребята и на самом деле держались возле Васьки, которому Лена дала наистрожайшие инструкции перед выходом из дома.
Они с Зоей Львовной под ручку медленно прохаживались от вольера к вольеру, наслаждались солнышком и обогащались новыми знаниями о братьях меньших.
Вернувшись домой, Лена усадила всех обедать. Шумно, крикливо, куча эмоций и обсуждений! Обычное в их доме дело, Васькины одноклассники в их квартире не переводились, и мальчики и девочки, каждый день кто-то да приходил.
Василий Федорович был в авторитете и полной «уважухе».
Отобедав, Зоя Львовна ушла к себе отдыхать, Лена занялась работой за ноутбуком, которая не переводилась — отпуск или не отпуск, книга не книга. Прервалась, вынырнув из Инета, потянулась и направилась в кухню, чайку попить.
— Мальчишки, вы тут как? — заглянула к Ваське в комнату.
— Нормально! — ответили дружным хором.
— Есть-пить хотите?
— Не-е-е!
Заварила неспешно чай настоящий, в чайнике, достала варенье…
В передней, у нее в сумке зазвонил сотовый. Лена специально себе такую трубку подбирала, чтоб звонил очень громко, бросая вечно сумки где ни попадя и зная, что тихий звонок ни за что не услышит.
Посмотрела определитель — неизвестный номер. Вообще не московский.
— Да!
— Елена Алексеевна Невельская?
— Да.
По мере того как она слушала сообщение, начиная с мозга, вниз, до самых ступней, Лену выхолаживало морозной волной, так что кончики пальцев на руках и ногах стало покалывать.
— Да, — твердо сказала она, — я приеду. Завтра. — Послушана говорящего и командирским тоном уверила: — Я возьму организационные и денежные вопросы на себя! Спасибо, что позвонили.
Она вернулась в кухню, позабыв про чай, встала у окна, глядя в начинающиеся сумерки за стеклом, до боли сильно сжав телефон в руке.
Так тошно, мерзко и больно.
Лена услышала развеселый взрыв мачьчишеского смеха, долетевший из Васькиной комнаты, как очнулась.
— Так! — приказала себе. — А ну, взяла себя в руки! Давай думай, что сейчас надо делать!
Ваське пока говорить не надо, врать ему она не может, а правда ему сейчас не нужна! Значит, надо срочно уйти из дома, чтобы не объясняться с ним!
