Зачем же мстить мне? В отношениях с Эмиром я была лишь жертвой, я искренне любила его, не сделала ему ничего плохого, а он предал меня и столкнул в пропасть! И сам стал победителем! И я не убивала его, не подсылала к нему наемников… я и слышать о нем не хочу! Наверное, сами жрецы и убрали его, чтобы не болтал… Хотя, жрецы жадны! Они бы точно забрали назад свои деньги…
Вдруг Мириана остановилась, словно ее ударило током, и в это мгновение, пелена, окутывавшая ее сознание белым полупрозрачным шарфом, спала, и она увидела все совершенно отчетливо, так, словно видела поединок наяву своими глазами. Несколько секунд она стояла, замерев, погрузившись в созерцание своих мыслей, а потом медленно повернулась к Кайлу.
— Кайл! Это ты? Ты убил его?!
— Ну что ты, как бы я справился с ним! — Кайл деланно рассмеялся. — Твой Эмир был лучшим бойцом на всем белом свете!
Последние слова он произнес намеренно насмешливо, но Мириана продолжала смотреть на него в упор, не сводя с его лица больших серых глаз.
— Это ты украл Разящего у Джанджи! Украл, чтобы сразиться с Эмиром… Кайл, ты хотел отомстить? А потом бросил деньги в ущелье…. Но ты ведь рисковал… Своей жизнью, своей работой… Своим добрым именем… Зачем? Ради меня?!
Кайл, не говоря ни слова, пошел вперед, но девушка догнала его, схватила за плечи и развернула к себе.
— А что я должен был делать?! — крикнул он, — Я думал тогда, ты погибла! Думал, что он убил тебя! И я должен был спокойно смотреть, как этот мерзавец уходит со своими кровавыми деньгами?! А потом ждать, когда жрецы сделают его новым правителем?! Ведь это могло случиться, Мириана! Но уже больше не случится.
— Спасибо, что пытался меня защитить, — мягко сказала Мириана, взяв его за руку, — Но прошу, больше так не делай! Не нужно никого убивать. И тем более, не нужно убивать из-за меня. И Измира оставь в покое. Что бы ни случилось на турнире! Обещаешь?
— Хорошо, — Кайл недовольно высвободил руку. — А ты обещаешь больше не падать в пропасть?
— Я обещаю, — Мириана рассмеялась.
— И обещай больше не участвовать в турнирах!
— Это в последний раз. Мой траур подходит к концу. Я должна вернуться во дворец.
— Чтобы выйти замуж за Схайлайна?
— А ты видишь другие варианты?
Кайл пожал плечами, они уже вышли за пределы города и пошли по покрытой туманом дорожке, которая вела к находившемуся на вершине горы небольшому храму. По-прежнему никто не встретился им на пути.
— А ты слышала о том, что твой так называемый жених приказал забирать в армию всех молодых мужчин Туанга без их согласия? Знаешь, что на полях почти не осталось крестьян, что работают теперь женщины и дети? Многие семьи лишились кормильцев, в стране вот-вот начнется голод! Только тридцать два поста добавленных жрецами и спасают, — грустно пошутил он.
— Зачем же Схайлайн это сделал?
— А как еще ему защищаться от жрецов? Пытается укрепить свою армию, готовится к войне.
— Бедные крестьяне…
— Да, в деревнях стоит плач, женщины вцепляются в своих мужей, не хотят их отпускать, а солдаты отгоняют их, оттаскивают силой! И это только начало, Мириана. Он еще даже не стал королем.
— Невесело звучит, — откликнулась девушка. — Ладно, я подумаю об этом, когда вернусь в Город птиц. А пока нужно готовиться к турниру, который начнется уже завтра. Сейчас нельзя отвлекаться, можно потерять концентрацию.
— Да, я уже жалею, что все это тебе рассказал, не заснешь сегодня! А перед турниром выспаться не помешает.
— Не волнуйся, мы так долго гуляли на свежем воздухе, что я точно буду хорошо спать. Давай, зайдем в храм, а потом я пойду домой, уже поздно. Спасибо тебе за ужин и этот вечер!
Кайл согласно кивнул, и они вместе вошли в двери храма, который в этот час был совершенно безлюдным. Изваяние Великой птицы выступало из темноты, как всегда поражая своими размерами. И Мириана невольно вспомнила образ женщины с золотыми глазами, что видела на дне пропасти, прежде чем лишиться сознания.
Они прошли дальше, а потом девушка заметила пламя свечи, что мерцало в темноте, и пошла на его свет. Кайл последовал за ней. Как Мириана и думала, это пламя освещало ее портрет. На этом портрете королева Туанга была изображена в полный рост, с раскинутыми руками-крыльями, а перед ним, на небольшом постаменте разместилось множество свечей.
— Как это прекрасно! — с восхищением прошептала она, оборачиваясь к нему, — Посмотри, Кайл, какое чудо! Мои люди молятся о моем выздоровлении! Они обрадуются, когда увидят меня на турнире! Представляешь, я видела такие свечи по всей дороге отсюда до цитадели, а потом слышала, что они зажгли их по всему Туангу! Мне кажется, благодаря их молитвам я снова на ногах!
— Черта-с-два, — со злостью ответил Кайл в темноте.
— Что-что?! — не поняла Мириана.
— Я говорю, черта-с-два благодаря их молитвам! Ты на ногах благодаря целителям!
— Но… я долго лежала после целителей, целых пять месяцев! Я не могла подняться, не могла даже пошевелиться, а эти люди молились за меня и я снова встала!
— Нет, Мириана, — его голос стал мягче, и в нем послышалась улыбка. — Они не молились за тебя. Ты как всегда слишком хорошо думаешь о своих людях. Они и не думали молиться за тебя!
— Что же это означает? — она указала на свечи. — Чем еще ты можешь объяснить подобное?
Мириана почувствовала негодование, почему Кайл все время спорит с ней, да еще сейчас, в храме! Как можно спорить против очевидного, этот чужеземец ничего не знает ни о Туанге, ни его народе, ни его обычаях!
— Мириана, они молятся не о тебе. Не о твоем здоровье. Они молятся о себе. И своих мелких проблемах. Кто-то заболел. У кого-то заболела корова. У кого-то пропала овца. У одного нет урожая, а другого не любит девушка. У третьей захворал ребенок, а четвертая не может его родить. Они молятся не о тебе. Они молятся — тебе.
— Что?! — воскликнула Мириана, не помня себя от изумления. Это было последнее, что она ожидала сегодня услышать. — С чего ты взял?! С какой стати?!
— Потому что они считают, что ты — Великая птица.
— Я?! Но почему?!
— Считают, что ты — одна из ее детей, из тех, что могли летать без крыльев…
— Но я… Я… Кайл, ты что, тоже считаешь, что я могу летать без крыльев?
— А чем еще ты можешь объяснить, что не разбилась в тот день? Упасть на дно
