Во-первых, Стивен стал сам заниматься своими коммерческими и финансовыми делами, которые до этого по его поручению вел мой муж, и вопреки его воле стал производить крупные рискованные операции, манипулируя не только своими, но и чужими деньгами. И каждый раз получал огромный барыш. Одновременно с этим произошло еще одно важное событие, превратившее галантного, доброжелательного Стивена в холодного циника.
Стивен унаследовал от кузена своего отца, человека преклонных лет, три титула, в том числе титул графа Лэнгфорда, хотя обычно титулы переходят по наследству к старшему сыну. Но не бывает правил без исключения.
Некоторые титулы семьи Уэстморлендов были пожалованы еще королем Генрихом VII свыше трехсот лет назад. Среди них — три титула по просьбе первого герцога Клеймора, зарегистрированные в документах как исключения в законе о праве наследования. Эти исключения давали возможность владельцу титула в случае бездетности назначать наследника по собственному усмотрению, но при условии, что кандидат в наследники являлся прямым потомком одного из герцогов Клейморов.
Титулы, унаследованные Стивеном, древние и очень почетные, но земли вместе с титулами он получил мало, и доходы были незначительными. Между тем, вопреки здравому смыслу, Стивен уже увеличил свои богатства вдвое, а то и втрое. Он изучал в университете архитектуру, знает в ней толк и, купив пятьдесят тысяч акров первосортной земли, задумал выстроить загородный дом и там постоянно жить. Пока дом строился, он приобрел три чудесных старинных поместья в различных районах Англии и занялся приведением их в порядок. Итак, теперь вы получили полное представление о Стивене: красивый, богатый и знатный. Он неожиданно получает три высоких титула, накапливает огромное богатство и приобретает четыре превосходных поместья. Угадайте, что произошло дальше?
— Скорее всего он переехал в один из своих новых домов. Уитни рассмеялась, с восторгом глядя на Шерри, такую непосредственную и искреннюю.
— Именно так он и сделал, но речь не об этом.
— О чем же?
— А вот о чем. Тысячи семей, где были потенциальные невесты, жаждали заполучить титулованного жениха и буквально преследовали Стивена. Популярность его росла с умопомрачительной быстротой. В то время ему было под тридцать, самая пора жениться, и за ним отчаянно охотились. Где бы он ни появился, его осаждали целые семейства, шустрые мамаши подталкивали ему своих дочек прямо под ноги, стараясь, разумеется, делать это незаметно.
Титулы и богатства обычно переходят к мужчинам по наследству, и они принимают это как должное. Муж сам признался мне, что часто чувствовал себя зверьком, на которого охотятся. Но на Стивена все это навалилось сразу и как-то неожиданно. В противном случае он постепенно свыкся бы со своим положением и относился бы к нему более спокойно. Так, собственно, оно и было бы, не свяжись он с Эмили Кендал.
При слове «свяжись»у Шерри засосало под ложечкой, и она не смогла побороть в себе любопытство.
— И что же случилось? — спросила она, увидев, что Уитни заколебалась.
— Я расскажу вам, — решилась она наконец, — но дайте слово, что никому не разболтаете.
Шеридан кивнула.
Уитни в волнении поднялась и подошла к окну. Затем повернулась к Шерри и прислонилась к оконной раме, заложив руки за спину.
— Стивен познакомился с Эмили за два года до того, как унаследовал свои титулы, — сразу посерьезнев, начала Уитни. — Никогда не встречала женщины более красивой, более остроумной, более веселой и… более высокомерной. Так по крайней мере мне казалось. Во всяком случае, добрая половина неженатых мужчин Англии сходила по ней с ума, в том числе и Стивен, хотя у него хватило ума скрывать от нее свои чувства. Она с удивительной легкостью покоряла мужчин, но Стивена не поставишь на колени, и это, по-моему, одно из его главных достоинств.
И все же однажды на него нашло затмение, и он попросил ее выйти за него замуж. Услышав это, она остолбенела.
— Оттого, что он в нее влюбился? — спросила Шерри.
— Оттого, что он посмел сделать ей предложение.
— Не может быть!
— Стивен все рассказал моему мужу. Вначале Эмили была шокирована наглостью Стивена, а затем страдала, попав из-за него в неловкое положение. Ведь она была… то есть она является дочерью герцога, и родители ни за что не дали бы согласия на ее брак со Стивеном, не имевшим в тот момент титулов. Через неделю-другую должна была состояться ее свадьба с Уильямом Лэтропом, маркизом Гленгарменом, чье поместье находилось по соседству с поместьем отца Эмили. Об их помолвке еще не объявляли, поскольку дело было решено буквально за несколько дней до происшедших событий. Эмили, рыдая, сказала Стивену, что, не сделай он ей предложения, она могла бы хоть отказаться от брака с лордом Лэтропом, но теперь это невозможно, и жизнь ее превратится в настоящий ад. При одной лишь мысли о том, что этой прелестной молодой девушке придется рядом терпеть старика, Стивен приходил в бешенство, но Эмили уговорила его смириться, поскольку спорить с ее отцом бесполезно и долг дочери, согласно традиции, подчиниться воле родителей. Я, кстати, не подчинилась, когда отец заявил, что сам выберет мне мужа, — с улыбкой сказала Уитни после паузы, — однако Эмили объяснила, что отец изобьет ее до смерти, если узнает, что она пожаловалась Стивену на судьбу или призналась в том, что терпеть не может лорда Лэтропа.
— Значит, они расстались? — нетерпеливо спросила Шерри, заметив, что Уитни снова колеблется.
— Этого я желала бы больше всего на свете! Но Эмили, узнав, что Стивен ее любит, сказала ему, что единственным утешением для нее в ее ужасной судьбе будет их дружба… после того, как она выйдет замуж.
Мысль о том, что Стивен так сильно любит другую женщину, ранила Шерри, и она нахмурилась. Это не ускользнуло от Уитни. Герцогиня подумала, что Шерри осуждает Стивена, и поспешила вступиться за него, отчасти из лояльности, отчасти из желания предостеречь Шерри от поспешных выводов. Однако аргументы ее оказались весьма шаткими, поскольку она не могла открыть Шерри всю правду.
— В этом нет ничего необычного, а тем более скандального. Многие женщины из высшего общества ценят внимание мужчин, особенно красивых, им нравится… их… общество… очень нравится… в определенном смысле, — договорила наконец Уитни и перевела дух. — Впрочем, это дело вкуса, — добавила она.
— Вы хотите сказать, что после замужества они продолжают тайно дружить с другими мужчинами?
— Пожалуй, что так, — ответила Уитни, сообразив наконец, что Шерри находится в блаженном неведении относительно характера такой «дружбы». Но герцогиня не удивилась. Хорошо воспитанные английские девушки зачастую даже не представляют себе, чем занимаются женатые пары в постели, лишь краем уха слышат перешептывания старших замужних сестер и других женщин, а когда достигают возраста Шерри, то уже начинают догадываться, что отношения между супругами не ограничиваются дружескими рукопожатиями.
