посмотрел вверх. Вон там на верхнем этаже в угловом блоке с панорамными стеклами будет его кабинет. Четыре бизнес-центра «Золотого квадрата» отныне принадлежат ему. Путь из мрачной камеры в сверкающий офис был долог и труден, но он того стоил. Он победил!
Да, появилась седина, гастрит заработал и нервы пошаливают. Чуть не сорвался, когда оперативники наехали на него в беседке у дома. Но вовремя сообразил, что представить себя жертвой насилия — выигрышная тактика. Ведь полицейский его толкнул? Еще как. Бил, пинал? А почему бы и нет. Со скандальной репутацией майора Валеева и его справкой о побоях все поверят жертве ментовского беспредела.
Тюрьма в прошлом, у него теперь деньги, а значит возможности для комфортной жизни. Назойливых ментов приструнит адвокат, а здоровье он поправит на лучших курортах. Да, так и будет! Но сначала он возьмет бразды правления на себя.
Вперед! Награда ждет героя.
С этими мыслями Самсонов съехал в подземный паркинг, занял особое директорское место и вошел в офис на цокольном этаже.
Кабинет оказался невзрачным и темным. Скряга Баринов довольствовался малым, набивая счета за границей. Крысятничал, гад, поэтому и переселился в подвал. Теперь он в тюрьме на долгие годы за организацию убийства. Но этого мало, он должен понести наказание за хищения в компании. Самсонов написал заявление, путь расследуют. А его юристы займутся возвратом денег с офшорных счетов.
Игорь сел в кресло, где еще недавно восседал его несостоявшийся убийца. Баринов хотел чужими руками провернуть грязное дело. Не вышло. Есть в жизни моменты, когда следует полагаться только на себя. Вот он решился на побег и победил. Смелость и холодный расчет принесли результат. Теперь он хозяин этого прекрасного здания и еще трех таких же столичных бизнес-центров.
Самсонов окинул взглядом пустой стол. Все электронные устройства и записные книжки прежнего хозяина изъяли при обыске. Сегодня в рамках нового уголовного дела следователи заберут бухгалтерскую документацию, чтобы разоблачить махинации Баринова. Пусть изучают, объемные папки с документами уже ждут их на стеллаже.
Игорь заглянул в ящики стола. Здесь следователи тоже покопались, оставив только личные безделушки прежнего хозяина. В глаза бросилась подарочная коробочка.
Самсонов достал, приоткрыл — так и есть, он угадал! Солидная авторучка с золотым пером и гравировкой: «Баринову от Золотова». Типичный подарок генерального на юбилей сотрудника. Старина Золотов ценил все, что связано с благородным металлом. Но кому нужны сейчас чернильные ручки? В мусор!
Хотя нет, эту вещицу можно оставить как напоминание о своей победе. Игорь водрузил раскрытую коробочку на стол, рядом поставил принесенную из дома фотографию погибшей жены Кати. Пусть подчиненные видят, что он скорбит. А ему образы из прежней жизни будут напоминать о тернистом пути к победе.
В дверь постучали:
— Добрый день. Разрешите?
В проеме приоткрытой двери Игорь увидел Маргариту Сергиенко. С минуту он изучал стройный силуэт девушки на светлом фоне, затем кивнул.
— Привет! Заходи.
Она вошла, сделала несколько шагов и замерла около стола. Теперь ее можно было разглядеть в деталях: черная обтягивающая юбка выше колен, белая приталенная блузка с расстегнутой пуговкой, светлые зализанные волосы собраны в улитку, в ушах жемчужины, на лице квадратные очки в коралловой оправе в тон помаде.
Привлекательные губы раскрылись, обнажив белые зубы, и произнесли:
— Я зашла поблагодарить тебя Игорь за то, что оставил меня на работе. И даже повысил в должности.
Накануне Самсонов назначил Сергиенко управляющей бизнес-центром. А почему бы и нет? Все ожидали мести за ложный донос и удивлены парадоксальным решением. Однако именно такие решения ставят в тупик противников и ведут к невидимой для них цели. Пусть верят в его великодушие.
— Хватит скандалов. Кто старое помянет, тот в тюрьму сядет. — Игорь мягко улыбнулся.
Девушке шутка не понравилась. Она чуть нахмурилась и спросила:
— Какие будут распоряжения?
— Хочу вернуть прежний кабинет Золотова на верхнем этаже. Там арендаторы, но ты придумай какой-нибудь форс-мажор.
— Постараюсь.
— Уж, постарайся. Постарайся, как следует. — Игорь встал из-за стола, сделал круг по кабинету, девушка сопровождала его взглядом. Он поморщился: — Не вертись.
Она отвернулась и стала смотреть в пустое кресло. За ее спиной щелкнул замок входной двери. На несколько секунд в кабинете повисла тишина. Потом она услышала приближающиеся шаги и почувствовала его дыхание на своей шее. Его ладони скользнули ей подмышки и сжали груди.
— Расстегни блузку, — прошептал он.
Она медленно пуговку за пуговкой расстегнула. Его руки легли ей на живот, погладили, скользнули ниже, но не смоги протиснуться под приталенную юбку. Он прижался пахом к ее ягодицам, потерся, ощущая нарастающую силу. Ладони поползли вверх, сбили лифчик и стали ласкать оголенную грудь.
Он задышал ей в ухо:
— Очки.
Она сняла очки, вывернула голову и поймала ртом его жадные губы. Он насладился долгим поцелуем, затем толкнул ее грудью на стол и задрал юбку. Черные чулки на ажурных резинках окончательно возбудили его, и он сорвал с нее трусики. Она красиво прогнулась и выставила женскую плоть навстречу мужскому напору.
У них уже был секс в отеле. После примирения в студии Игорь назвал ей отель, в котором поселился. Она не сказала ни слова. Он уехал, заказал ужин в номер и ждал, нетерпеливо отхлебывая вино.
Маргарита явилась поздно, когда ужин остыл, а он приступил ко второй бутылке. Ее одежда на грани вульгарности, распущенные волосы и томный блеск в глазах не оставлял сомнений в ее согласии. Они притронулись к еде спустя два часа, утомленные и обнаженные.
Тогда секс для него был лекарством после долгого воздержания. Он доверился ей, как пациент медсестре. Ее чувственные ласки возбуждали его и опустошали, затем давали передышку и готовили к новой процедуре. Она нежно управляла им, словно проводила сеанс лечебной физкультуры. Она приказывала, он подчинялся, его тело вспоминало полузабытые рефлексы.
Былая нерешительность прошла. Сейчас в кабинете он чувствовал себя полноценным мужчиной и хотел это доказать. Он доминировал и диктовал свою волю нарочито грубо, подчиняя женщину низменным желаниям.
От частых нарастающих толчков рамка с фотографией на столе упала, и Маргарита увидела перед собой глаза убитой женщины. Чувствовать в себе мужчину и смотреть на его жену не было сил, и она столкнула рамку на пол.
Позже, приводя одежду в порядок, он увидел разбитую рамку, хотел поднять, но она остановила его, требовательно заглянула в глаза и указала на корзину для мусора:
— Умей переворачивать прожитые страницы.
Они поговорили про Катю, про тот день, когда ее не стало, про то, что он пережил после этого. Маргарита стояла так, чтобы отгородить собой образ ушедшей
