за счет колдуний, которые могли выносить настоящего оборотня. Супруг ее был тут же, не далеко, он терпеливо подносил молодой жене закуски, от которых она брезгливо отмахивалась. Луна засмотрелась на то, как ласков этот большой мужчина по отношению к своей жене.
— Можете представить, что этот вот человек обращается в медведя, ростом почти в три метра? Мне кажется, он даже в зверином обличье носит своей супруге тапочки во рту. — Луна совсем не заметила, как около нее оказался незнакомец.
— Рафаил Разивил, — представился он. Он был удивительно похож на Ришара. То же породистое лицо, красивый длинный нос, брови в разлет. Только его лицо было целостным, а глаза искрились добротой, темно-зеленые, удивительного оттенка малахита.
— Луна, — представилась девушка и улыбнулась. Рафаил подал ей локоть, чтобы она могла опереться на него. Не зная, чем еще себя занять, Луна пошла с ним по отделанному зеркалами залу, и не заметила как они оказались среди танцующих. Заиграла веселая мелодия, и Луна позволила увлечь себя в танец. Эльфийка умела танцевать только мазурку и вальс, на большее перед балом времени не оставалось, но к счастью танцевать собирались как раз таки мазурку. Девушки оказались в кругу, мужчины стояли на коленях по внешнему кругу, призывно хлопали. Легким движением Луна подошла к своему избранному кавалеру и вложила ему в руку ладошку. К счастью на Луне были перчатки, девушка не знала, насколько восприимчив Рафаил к эльфийским прикосновением. Но судя по тому, насколько уверенно он держался, он не боялся ее. Луна улыбнулась мужчине, в конце концов то, что Ришар притащил ее на этот бал без особенного ее желания, не значит, что она не может получить удовольствие от танцев. Тем более, что сам Де Крафт пропадал неизвестно где.
— Прошу меня простить за бесцеремонность. Вы и вправду полукровка? Наполовину эльфийка, наполовину оборотень? — Фигуры танцы менялись стремительно, а пар становилось все больше. Вот с четко спланированным опозданием появилась юная Де Шталь, голова ее была украшена венком из живых цветов. Взгляд сияющих глаз обратился в зал, разя наповал перспективных холостяков. Внешне девушка смогла взять лучшее от обоих родителей, а еще, растопырив пальцы умела создать небольшой ледяной вихрь, чем очень гордилась. Она справедливо полагала, что должна заполучить лучшего холостяка в Разрозненных землях, а лучшим — по крайней мере самым богатым и знатным был Ришар Де Крафт. Не без разочарования девушка заметила маску, скрывающую от нее половину его лица, но другая была прекрасна, поэтому она задержала на нем взгляд, мысленно умоляя пригласить ее на танец. И герцог подался к ней, но влеком он был не ее призывным взглядом, а видом Рафаила Разивила, кружившего в танце Луну. Мужчина только что пережил очень неприятный разговор с Маркизом, оказалось, что среди приглашенных гостей значился шевалье Кирис, который уже прибыл в замок и сейчас приводил себя в порядок, прежде чем явиться в зал. Зная, как реагируют савойя на Луну, Ришар хотел немедленно покинуть владения Де Шталей.
К несчастью он совершенно не заметил хорошенькую Алину Де Шталь на своем пути, вернее заметил только тогда, когда едва не влетел в хрупкое создание, пронзившее его острым взглядом серых глаз.
— Прошу прощения, — сказал Ришар, даже не замечая девицу, вот только Алина, пусть полагалось ей согласно возрасту быть доброй и немного наивной, совершенно таковой не являлась. Она тут же поняла, куда смотрит ее предполагаемый жених, и ненависть, которая уже успела обосноваться в ее сердце по отношению к эльфийке, глубже пустила корни. Этот мужчина, которого родители прочили ей самой выгодной партией, которого она пусть и не знала, но уже мысленно называла своим мужем, просто ее не заметил! А худшим было то, что Алина поспорила с несколькими своими подругами о том, что сможет очаровать безобразного графа лишь пару раз взмахнув ресницами. В ее разуме, воспитанном на наставлении матушки, нянек, а также чтении фривольных романов, значение имели юность и красота. Себя Алина де Шталь полагала первой красавицей во всех Разрозненных землях. И теперь, когда она ясно видела, что Ришар де Крафт даже не замечает ее присутствия, вспыхнула от злости.
— Я согласна на вальс с вами, — произнесла девушка звонким голоском к удивлению Ришара. Мужчина рассеяно кивнул, что еще ему оставалось сделать? Сказать, что девушка ошиблась, и он не собирался приглашать ее на танец, означало опозорить ее перед всеми гостями. Вальс должен был прозвучать после небольшой паузы на отдых для музыкантов, Ришар надеялся, что шевалье побоится в одиночку появиться в бальном зале. Маркиз уверял, что кровопийца явился без охраны, и просил Ришара быть благоразумным. Ведь владения де Шталь граничили на севере с владениями Кириса и добрососедские отношения были столь важны для маркиза особенно в это неспокойное время. О шевалье Кирисе Ришар знал не много, только то, что тот был единственным из обращенных кровопийц в совете Тринадцати. Пожалуй он также был исключением, потому что не обращал новых кровососов сотнями, пополняя этим армию мертвых.
Никогда Ришару не приходилось видеть савойя вне поля боя. Если бы маркиз сказал ему, кого именно собирается позвать на зимний бал, то герцог Аршарского озера непременно бы пропустил это празднество. Лицезрение возможной невесты Ришара занимало не больше, чем убранство этой комнаты. Он не отметил свежего юного лица, волос, украшенных сияющими бриллиантами, ярких глаз. Больше всего Ришару хотелось забрать Луну из объятий Разивила и увести из этого замка. Вспышка ревности вкупе с беспокойством мешала ясно мыслить. «Эльфы, что ветер», — бесконечно повторял он себе, пока искал Анатоля. «Эльфы, что ветер». Анатоль уже получил распоряжения герцога и знал, что ему полагалось следить за дверьми и оберегать Луну от внимания савойя. Эльфийка, со злостью отметил Ришар, проводила время весьма не плохо. Она что-то рассказывала Разивиллу, почти касалась губами края его уха. Вот только Ришар не знал истинного разговора этих двоих и ревновал совершенно напрасно.
Молодой мужчина уже поведал Луне о своем состоянии, приняв ее за хорошенькую эльфиечку, которая устраивала свою сытую жизнь с помощью богатых аристократов. Он не слушал о победах девушки над кровопийцами, слишком занимала его ее хорошенькая шейка, округлая грудь и мысли о том, каково ее ладное тело в постели. Он даже решил для себя, что непременно оставит девушку для себя, после того, как дело будет сделано. Тихо промолвил он ей на ухо:
—
