людей чуть дольше поглядеть на красоту всадницы не позволило стражам дворца тут же выпустить стрелы. Один взрослый мантикор при желании мог разорвать всех гостей этого замка за жалкие часы. Ришар быстро сплел заклинание, придав голосу должную силу и возвестил о своем приезде.
— Герцог Ришар де Крафт, хозяин Аршарского озера и Серебряного замка, победитель Савойя шевалье Ле-Рвиля вместе с Луной из Касты Сиятельных, ее ручным Мантикором, Анатолем Мор и Милие Эспирит.
Паника прекратилась, хотя четверка теперь уже наверняка привлекла к себе всеобщее внимание. Ришар догнал Луну и внесся во внутренний двор первым, девушка заливисто рассмеялась, отчего сердце Ришара обдало сладкой болью. Он спешился, отдав поводья подбежавшему слуге, и сам направился к Луне. Он хотел помочь ей, но девушка легко спрыгнула на грязный снег, игнорируя правила хорошего тона, согласно которому она должна была дождаться мужчины, чтобы спешиться. Бросила быстрый взгляд на Ришара, хмыкнула вызывающе, а значит знала, что нарушает этикет и все равно сделала это. Сейчас, раскрасневшаяся от быстрой скачки на лошади, в подбитом мехом белой лисицы плаще, она была такой хорошенькой, что Ришар вдруг подумал, а может быть, савойя с этим балом, а заодно с этикетом и местными аристократами. Было бы правильно здесь и сейчас объявить Луну своей невестой, послать к черту обязательства и условности. Танцевать, обняв ее, и пусть давятся от зависти и злости, перечисляют родовитых предков хоть до седьмого колена.
Впереди раздался кашель, разбивающий заманчивый мир фантазий Ришара. Встречать их вышел сам маркиз Де Шталь в сопровождении супруги.
— Мой дорогой друг, — друзьями они не были никогда, Ришар видел Маркиза от силы трижды на протяжении своей жизни, каждый раз тот словно усыхал и терял все больше волос: — Как счастлив я приветствовать тебя в Голубином гнезде. — Он с гордостью развел руки в стороны, демонстрируя сверкающий чистотой двор. Ришар припомнил о своем, который выполнял скорее практические, чем декоративные функции. Ни изящных скульптур из Арсии, ни подвявших декоративных кустов.
Был ли маркиз счастлив, Ришар затруднялся ответить. Зато его супруга, — высокая, полнотелая и лучащаяся здоровьем, в отличие от самого маркиза, просто таки сияла улыбками. Балы и сводничество были тем единственным средством от скуки, которые знавала она еще со времен девичества. До сих пор Маркиза любила наряжаться, вот и сейчас в основном думала о том, как наденет на голову новый парик из золотых волос. Второй заботящей ее мыслью было, сумеет ли она в кратчайшее время просватать свою младшую дочь за уродливого герцога. В целом приезд Ришара приводил ее в восторг. Герцог Де Крафт считался крупной рыбой на брачном рынке, и раз уж он сам приехал, чтобы посмотреть на ее дочь, то ее ценность, как потенциальной невесты возрастала в несколько раз. Невидящими глазами маркиза смотрела на новоприбывших гостей, заученно рассказывала о красоте своих владений, обставленных по последней моде, а сама только и думала о том, как похвастается подругам, что красота ее дочери завлекла к ним самого охотника на савойя и хранителя венца. Зоопарк в виде Мантикора, некроманта и остроухой девки маркизу не впечатлял, скорее злил. Особенно девка, которая плыла вслед за герцогом Де Крафтом, будто сама была хозяйкой этого замка. Она то и дело прикасалась к вискам, будто ее мучала мигрень, но даже этот ее жест был исполнен тихого достоинства.
— Сто сорок комнат, шестнадцать малых башен и четыре больших, — возвещала маркиза, перебивая супруга, который хвастался землей. Земля в последнее время родила все хуже и хуже, маркиза понимала, что если так пойдут дела и дальше, им придется покупать провизию для стражи и слуг у того же Де Крафта. Если, конечно, до тех пор, он не жениться на ее младшенькой и тогда владения можно будет объединить. Маркиза аж покраснела от радости от подобной перспективы. Широкий подол ее яркого синего платья парусом рассекал коридор с мраморными полами, что заказывались из самого Арсийского княжества.
Герцог и его свита следовали молча, от трепа маркизы у Ришара болела голова, но он мужественно терпел, давая себе зарок запомнить, почему все эти годы избегал сборищ аристократов. Вещи их уже доставили в приготовленные покои. Эльфийку герцог приказал разместить как любую благородную особу, маркизы де Шталль прекрасно понимали причины его покровительства, особенно теперь, когда увидели девушку. Маркиза не сомневалась в том, что ее младшая дочь быстро заставит герцога позабыть об ушастой девке. Сама маркиза умела обучать любовниц мужа жить с собой в мире и гармонии, или избавлялась от них, если они забывали, кто является настоящей хозяйкой в Голубином гнезде.
— Ждем вас в апартамента сегодня после заката. Полагаю, служанка вам не требуется, — многозначительно поглядел на Ришара маркиз. В правилах его дома было предоставить девку для снятия напряжения после дороги, он по началу даже беспокоился, где ему искать неприхотливую, привыкшую к шрамам девицу. Но герцог пожаловал «со своим», на зависть всем. И где только смог отыскать эльфийку, да еще такую хорошенькую? И смотрит как на него, маркиз бы много отдал, чтобы на него кто-то так смотрел. Будто и не видит шрамов, уродующих лицо.
— Не откажусь от горячей воды и рыбы для мантикора.. Предупредите стражников, что зверь не опасен, он покинет территорию вашего родового гнезда ночью, чтобы поохотиться, но его нужно впустить внутрь. Помните, он – единственный в своем роде, я планирую начать с него разведение.
— Но как? — удивился маркиз, он уже успел вообразить, что сможет стать обладателем подобного животного. У маркиза, который никогда не отличался физической силой, вдруг вспотели ладони. Он представил себя рядом с гордым зверем, и сам показался себе выше и опасней. Ришар терпеливо объяснил, хотя ему очень хотелось рухнуть на кровать.
— Мантикоры-самцы растят детенышей вместе с матерью, они забирают себе детенышей после достижения ими определенного возраста и учат их охотиться. Так, котенок Мантикора, который изначально был привязан к Луне, теперь все чаще и чаще сопровождает меня. Своих детенышей он тоже приведет ко мне.
На самом деле Ришар был вовсе не уверен, что со временем мантикор не наброситься на него, с целью разорвать, но маркизу этого лучше было не знать. Точно Ришар уяснил, что мантикору нельзя причинять боль. Все попытки дрессировки этих животных провалились как раз потому, что мантикоры отвечали на насилие насилием. За долгую историю, Луна стала той, кто
