убегающим противником, держал его на прицеле и выстрелил только тогда, когда почувствовал неотвратимость поражения цели. Немец упал и замер, уткнувшись лицом в снег.
– Уходим, командир! Дело сделано! – орал позади Алексеев, пытаясь взглядом отыскать Егора.
Тот повернулся к нему и, осмотрев место короткого, но результативного боя, быстро направился в обратном направлении.
– Нормально покрошили! Долго оправляться будут, гады! – вертел автоматом по сторонам заведенный схваткой с врагом Рыжий.
Щукин обвел взглядом своих бойцов. Все пятеро были возле него.
Впереди, там, где предполагался захват машин-бензовозов, разведчиков встречал, размахивая над головой автоматом, Королев. Егор с остальными увидели его и побежали в том направлении, постоянно оглядываясь назад, на случай ответного огня со стороны тех, кто не попал под их прицельные выстрелы и не погиб.
– Все готово, командир! – улыбался младший сержант, демонстрируя своим поведением успешное выполнение задачи.
На лесной дороге, одна к другой, стояли две автомашины с огромными бочками на раме вместо кузова. Рядом с ними на снегу лежали три мертвых гитлеровца. Двигатели работали. В кабинах уже сидели разведчики, готовые тронуться с места и ехать вперед. Егор остановился. Беглым, но придирчивым взглядом оценил общее состояние людей и машин. Убедившись, что все готово, он дал отмашку на посадку тем, кто подошел вместе с ним. Бойцы по его указанию быстро оседлали все те части автомобилей, где можно было расположиться во время движения, уселись на крышах кабин, свесив ноги на капоты, и встали на подножках у дверей.
– Вперед! – скомандовал Щукин, встав у двери водителя головного бензовоза.
Двигатель заурчал, громко захрустела коробка передач, что-то заскрипело под днищем, позади образовалось огромное облако отработанных газов. Машина дернулась и медленно поехала вперед. Следом, прерывисто несколько раз взвыв мотором, двинулась следующая. Скорость медленно увеличивалась. Не очень уверенно, видно, что без привычки, Первяков вел автомобиль, упираясь грудью в рулевое колесо и выставив лицо вперед.
– Нормально все! Не суетись! – успокаивал его Щукин, видя, как нервничает разведчик, давно не управлявший автомобилем и вообще не имевший большого водительского опыта.
Дорога впереди была хорошо видна, несмотря на продолжительный снегопад накануне. Егор постоянно смотрел по сторонам и назад, беспокоясь об организации врагом погони. Машины оставляли четкие следы колес на мокрой и еще никем сегодня не тронутой снежной целине. Их могли преследовать, выслать погоню. Сообщить о дерзком нападении в другие подразделения, чтобы те пресекли отход разведчиков, устроили засады.
– Влево сейчас. Сбрасывай скорость и уходи влево, – стараясь оставаться спокойным, говорил Егор Первякову, считая, что тому нужно дать еще немного времени для освоения техники и обретения им уверенности.
Дорога перед ними раздваивалась. Та, что вела направо, уходила к польской деревне, где размещались остатки немецкой танкоремонтной части. Поворот налево означал выход к тому самому пути, что дальше мог привести разведчиков в направлении линии фронта, куда они и стремились. Едва машина вошла в поворот, как где-то вдали ударили раскаты грома. Щукин и остальные, все, кроме сидевших за рулем Первякова и Борисова, повернули головы на звук.
Где-то далеко, именно там, где ожидалось начало скорого наступления Красной Армии, в еще не полностью посветлевшем утреннем небе что-то сияло и вспыхивало полосой над чертой леса. Еле заметно поднимался кое-где низкими облаками черный дым. Раскаты грома все четче слышались разведчиками. Гремело не переставая.
– Наши наступают! Началось, началось, братцы! – радостно закричал Егор так, чтобы его слышали все остальные.
– Ура! Ура! – закричали разведчики, радуясь словам своего командира.
Все понимали происходящее.
– Надо спешить! – прокричал Щукин, обращаясь ко всем.
Едва он это произнес, как при очередном повороте головы в сторону заметил два немецких мотоцикла, следовавших как будто точно по следам трофейных бензовозов. Взмахом руки он предупредил об этом сидевшего во второй машине Алексеева. Бывший старшина кивнул в ответ. Егор посмотрел вперед, пытаясь оценить наличие места для остановки и встречи с немецкими мотоциклистами.
– Поворот влево ведет, там через сто метров вставай! – произнес он, обращаясь к Первякову, когда заметил участок пути, на котором можно было не увидеть издалека машины с той точки на дороге, где они сейчас ехали.
Алексеев понял ход мыслей командира. Ему все стало ясно. Без слов он дал понять Рыжему о своем намерении спешиться и внезапной атакой встретить мотоциклистов. Едва машины остановились, как оба разведчика спрыгнули с них и нырнули в кюветы на обочинах, на ходу приготовив к бою оружие. Остальные, кто не сидел за рулем, тоже заняли позиции для открытия огня, расположившись возле машин.
– Опасно! В них же бензин! – процедил сквозь зубы Егор, но не стал что-то менять, понимая, что уже поздно вмешиваться в организацию засады на преследующего их противника.
Первый мотоцикл, ревя мотором, появился из-за поворота. Было заметно, что для его водителя и сидящего в коляске стрелка-пулеметчика неожиданная встреча не сулила ничего хорошего. Трехколесная машина резко изменила направление движения, быстро вылетела с дороги и слетела в кювет, где перевернулась и замерла кверху колесами. Находившийся ближе к ней Рыжий резко встал и выпрямился во весь рост. Быстро отклонившись назад, он метнул в гитлеровцев гранату. Та упала точно за мотоциклом.
Ее разрыв совпал с появлением из-за поворота еще одной трехколесной машины врага. Среагировав на близкий удар и разлет осколков, перемешанных с мокрым снегом, второй водитель тоже ушел от прямой встречи с разведчиками. Он резко повернул руль влево и тоже, как и первый, слетел с дороги. Его мотоцикл не перевернулся, а ударился в ствол дерева, растущего у обочины. Оба гитлеровца вылетели вперед и упали точно перед своей остановившейся машиной.
Оценив произошедшее, Алексеев и Рыжий направились к ним. Тем временем гитлеровцы быстро приходили в себя. Прозвучала короткая автоматная очередь, которую дал бывший старшина. Водитель мотоцикла, получив ее, отлетел на снег и замер. Стрелок, до этого находившийся у пулемета в коляске, не сумев совладать с собой, побежал в сторону, пытаясь спастись бегством, но его также настигли пули. Оба разведчика бросились к последнему мотоциклу и начали собирать трофеи.
Егор понял это и молчал, не мешая им. Он знал, что его бойцы остались почти без гранат и патронов. Им нужно будет чем-то драться, если снова предстоит отбиваться от врага и принимать бой.
За последующие двадцать минут пути разведчики на бензовозах не встретили ни одного гитлеровца. Дорога была, вопреки ожиданию, пуста. Они миновали тот самый КПП, где взяли в плен первого своего за этот рейд немецкого солдата. Место было недавно заброшено. Повсюду присутствовали следы пребывания там людей. Дорога перестала казаться нетронутой. На снежной целине все больше виднелись следы
