В голове Гая стал постепенно складываться план. Если притвориться, что он находится в Палм-Бич, хотя на самом деле его там не будет… Здесь существовала серьезная опасность, он может иметь большие неприятности. Тем не менее он должен купить Уилмингтон-Холл. Он должен достать деньги, и если семья их не даст, он отыщет иной способ.
Диана раскинулась в расслабленной позе, испытывая чувство удовлетворения и покоя во всех членах. Марк лежал рядом, небрежно разметав руки поверх простыней, расслабленно растопырив пальцы. Он спал, морщинки на его лице расправились, густые черные ресницы отбрасывали тени на скулы. Диана наклонилась над ним, ее длинные золотистые волосы свесились вниз, коснулись его лица и вместе с ее легким дыхание пробудили Марка.
– Доброе утро, любовь моя, – пробормотал он, и на его губах появилась улыбка.
– Доброе утро, любимый. – Диана провела пальцем по его губам, наслаждаясь их чувственной упругостью.
Это была их третья ночь, проведенная в номере в Дорчестере. Три ночи возбуждения, страсти и исполненных желаний. Любви, которая была нежной и в то же время бурной. Диана никогда не подозревала, что можно быть до такой степени счастливой.
– Ты хорошо спала? – Марк приподнялся на локте, любуясь ее лицом, лебединой шеей и округлостями ее маленьких грудей.
Диана, улыбаясь, кротко кивнула.
– Что мы будем делать сегодня?
– Прежде всего мы позавтракаем. Я умираю от голода! – шутливо прорычал Марк, хватаясь за телефонную трубку. Он заказал полный завтрак для себя и легкий утренний завтрак для Дианы.
– После завтрака я позвоню домой и справлюсь, как дела у Майлза, – решила Диана, накидывая на себя халат. Она сказала Бентли и няне, что пробудет у друзей несколько дней.
Когда спустя полчаса она дозвонилась до Бентли, дворецкий с присущими ему обстоятельностью и серьезностью проинформировал Диану:
– Для вас есть сообщение от мистера Эндрюса, миледи.
У Дианы екнуло сердце.
– Да?
– Я объяснил ему, что вы на несколько дней уехали к друзьям, миледи, и он попросил меня передать вам, что задержится в Америке дольше, чем предполагал.
– О! – На миг Диана озаботилась мыслью о том, как прореагировал Гай на ее отсутствие. Но Бентли был по своему обыкновению корректен, официален и скрытен, поэтому она лишь спросила: – Он не сказал, как долго пробудет в Америке, Бентли?
– Я понял так, что деловые переговоры могут затянуться по крайней мере еще на две недели, миледи.
– Еще две недели! – словно эхо, повторила Диана его слова, не в силах сдержать радости от перспективы побыть на свободе еще целых две недели. – Хорошо, спасибо. – Она положила трубку.
Из ванной вышел Марк с обмотанным вокруг бедер голубым полотенцем.
– Все в порядке, дорогая?
– Просто фантастика, Марк! Гай намерен задержаться в Америке еще на две недели! Ну разве это не чудо? – Диана приподнялась на кровати, лицо ее разрумянилось, спутанные волосы разметались по плечам.
Сделав прыжок, Марк оказался на кровати, повалил Диану и стал, смеясь, щекотать ее.
– Это чудесно! – воскликнул он. – Теперь ты моя! – Он игриво схватил ее за щиколотки и стал дуть на пальцы ног. Диана извивалась и смеялась от щекотки.
– Перестань! Ой, перестань, я больше не могу! – сумела выговорить она. Но Марк двинулся дальше, подбираясь ртом к коленям и наконец стал дуть на завитки волос между ног. Тогда Диана принялась щекотать его.
– Страшная женщина! – завопил Марк и, схватив подушку, сделал вид, что хочет ею накрыть Диану. – Я тебе покажу, как меня щекотать!
Они катались по огромной кровати, словно расшалившиеся дети. Затем, вдруг став серьезным, Марк сжал Диану в объятиях, крепко прижался ртом к ее губам и ловко и быстро подмял под себя. Он энергично и легко вошел в нее, заполнив собой пышущее жаром лоно, и вскоре смешки Дианы превратились в судорожные всхлипы удовольствия. Их движения навстречу друг другу все ускорялись, комната наполнилась криками, и жаркий зев впитал в себя до последней капли отданные ему животворные соки.
Когда все закончилось, лицо Дианы было в слезах, рот ее дрожал – она еще не оправилась от пережитых столь сильных ощущений и эмоций.
Марк, нежно прижимая Диану к себе, слегка баюкал ее, как ребенка.
– Боже мой, Диана, я ведь люблю тебя, – хрипло проговорил он.
Она еще сильнее прижалась к его груди.
– Я тоже люблю тебя, и ты никогда не узнаешь, как сильно я люблю.
Они лежали долго, умиротворенные и успокоенные. Вдруг Марк пошевелился, лицо его засветилось.
– У меня родилась блестящая идея, – сказал он. – «Санни» стоит на якоре в Сен-Тропезе. Почему бы нам не слетать на юг Франции и не совершить недельный круиз?
– А это можно?
– Никаких проблем! Сегодня я возьму еще одно интервью в журнале – и буду свободен.
– А как же… – Диана была не в силах произнести имя его жены.
Марк понял ее с полуслова.
– Карлотта? Ах, эта чертова Карлотта… – Внезапно на его лице появилось выражение то ли гнева, то ли горечи. – Пусть Карлотта идет ко всем чертям! Я позвоню в Нью-Йорк и скажу, что у меня здесь еще есть дела. – Соскочив с кровати, он натянул синий халат и схватился за телефонную трубку. – И еще я позвоню капитану и скажу, что мы приедем. И закажу билеты на самолет на вечер. Уже завтра вечером мы будем плыть под звездами Средиземного моря.
Глава 11
Франческа велела остановить машину на углу Седьмой авеню и Двадцать восьмой улицы.
– Дальше я прогуляюсь пешком, – сказала она шоферу.
Из соображений безопасности Франческа никогда не подъезжала на лимузине к самому входу. Чем меньше людей будет знать, где находятся мастерские, тем лучше, ибо именно здесь камни стоимостью в миллионы долларов стараниями квалифицированных дизайнеров, мастеров и рабочих превращались в ювелирные изделия. Франческа шла быстро и целеустремленно. На ней был элегантный кремовый костюм, поверх которого надет не бросающийся в глаза плащ. В руке она несла коричневую бумажную сумку. На взгляд случайного обывателя в ней мог находиться фунт яблок. На самом деле в сумке лежали завернутые в шелковый шарф десять великолепно обработанных изумрудов стоимостью в два миллиона долларов. Приблизившись к обветшавшему зданию, в котором размещались также меховая мастерская, фабрика кожаных товаров и компания по взысканию долгов, Франческа огляделась по сторонам. Удостоверившись, что за ней никто не идет, она вошла в здание и через несколько секунд оказалась в скрипучем стареньком лифте. Он отчаянно задрожал, набирая скорость, и доставил ее на пятнадцатый этаж. Выйдя из лифта, Франческа повернула налево, прошла по короткому коридору и остановилась в конце его перед тяжелой металлической дверью без какой-либо таблички. Нажав на звонок внутренней связи, она услышала по громкоговорителю мужской голос:
