Люди столбенели, провожали его взглядами, шептались за спиной. К счастью, никто не бросался к нему, и это радовало. Хотелось отдохнуть от толпы, которая окружала арестованного офицера каждый раз, когда его выпускали из карцера. До собственного пляжа он добрался быстро, прислонил браслет к сканеру и заблокировал вход.
Спускаясь к воде, заметил на берегу тоненькую фигуру и прищурился. Работница отеля? Может, он пришёл во время уборки? Нет, на девушке купальник. Неужели нашлась ещё одна умелица, которая взломала систему уровней отеля? Как Эйла! Доброжелательно улыбаясь, он приблизился к нарушительнице, и, когда она повернулась, полотенце выскользнуло из его ослабевших пальцев и упало на мокрый песок. Это же она…
Казалось, глаза Эйлы стали ещё больше и светлее, а улыбка ещё очаровательнее.
– Ты? – прошептал Дэсвал. Протянул дрожащую руку и недоверчиво прикоснулся к мягким волосам, провёл пальцами по щеке, тронул нежные губы. – Это ты!
Эйла выдохнула и, часто-часто заморгав, шагнула к нему, обняла за талию и прижалась лицом к его обнажённой груди. Дэсвал ощутил, как по его коже стекают капли влаги и, прикрыв веки, тихонько сжал подрагивающие плечики жены. Молча наслаждаясь прикосновением её тела, гладил шёлк волос, целовал в макушку. Пляж словно стал ярче, солнце теплее, мир радужнее. Теперь планета действительно превратилась в рай!
Дэсвал приподнял лицо жены за подбородок и, посмотрев в блестящие от слёз глаза, прошептал:
– Рад, что на тебе нет того ужасного платья! Как ты двигаешься в этом кошмаре? На вид оно тяжелее тебя самой раза в три!
Она невольно улыбнулась и тихо ответила:
– Королева надевает его лишь два раза в жизни – на коронацию и венчание. Я лишь добавила ещё один очень важный повод – возможность увидеть любимого!
Он судорожно вдохнул – в носу стало мокро, – прижал к себе жену и, опустив лицо, нашёл её мягкие податливые губы. Сминая их, ощущал вкус соли, и в груди стало так нестерпимо тепло, что захотелось продлить этот миг счастья до бесконечности.
Эйла запустила в его отросшие за несколько месяцев волосы свои нежные пальцы и, массируя затылок, слегка отстранилась. Не глядя в глаза, строго проговорила:
– Я прилетела на Рай с официальной просьбой.
Дэсвал вздрогнул и затаил дыхание. Неужели она попросит о разводе? Сердце пропустило удар. Ну конечно! Эйла стала королевой, никто больше не покушается на её трон и руку, а значит, ей без надобности муж-офицер. Уронил руки и проговорил чужим голосом:
– Слушаю вас, королева.
Эйла лукаво улыбнулась и прошептала:
– Народ Оудрума выдвинул ультиматум. Подданные требуют наследника. Не знаю, что и делать!
– О, – протянул Дэсвал, ощущая себя, будто гора упала с плеч. Наклонился к ней так, что их носы соприкоснулись, и, щекоча жарким дыханием её губы, прошептал: – Полагаю, мы что-нибудь придумаем…
Жадно накрыл её рот страстным поцелуем и ощутил, как мир словно взорвался брызгами ярких красок. Подхватил на руки свою «звёздочку», опустил на чёрное полотенце, заскользил рукой по изящным изгибам и, сминая ягодицу, прижался к желанной женщине. Хмельная радость пронизывала душу, член встал колом и натянул ткань плавок, а Дэсвал всё медлил. Ласково убрал волосы с красивого лица любимой, провёл пальцем по приоткрытым губам, заглянул в затуманенные глаза, прикасался к персиковой коже легко-легко, дразня и Эйлу, и себя. Дикий восторг от осознания, что эта прекрасная сильная женщина вся его, кружила голову, рвала дыхание, пронзала сердце.
Задыхаясь от мучительного желания, Дэсвал прижался к губам Эйлы, жадно пил её стоны, ощущал на груди шаловливые пальчики, обрисовывающие напряжённые кубики его пресса. «Звёздочка», шепча его имя, запустила коготки в кожу на его пояснице, и Дэсвал, застонав, дрожа от возбуждения, стянул с жены трусики.
Жарко, тягуче, щекочуще погружаясь в мир порочного желания, он возносился в пронзительную небесную лазурь затуманенных страстью глаз любимой. И каждый толчок дарил ещё более жаркие, по-настоящему страстные чувства. Эйла царапала его спину, словно дикая кошка, стонала, приподнималась, стремясь навстречу его ритмичным движениям, чтобы ощутить ещё более глубокое пронизывающее наслаждение, кричала и, задыхаясь, жмурилась. По щекам её текли солёные капли, которые Дэсвал нежно слизывал, дрожа от приближающегося пика. Зарычал, извергаясь в ослепляющей разрядке, а Эйла под ним протяжно выдохнула и, запрокинув голову в безмолвном крике, содрогнулась.
Тяжело дыша, Дэсвал опустил голову и, нежно целуя постанывающую жену, пытался прийти в себя, остановить вращение мира, понять, где небо, а где пронзительный взгляд любимой женщины. Сердце колотилось сильно и размерено, спину саднило от острых ноготков страстной королевы, но плоть его оставалась твёрдой. Эйла приподняла голову и, болезненно щурясь от яркого солнца, хрипло проговорила:
– Кажется, нам удастся порадовать подданных хорошей новостью…
– Обязательно, – тихо ответил Дэсвал и, жарко целуя её, прошептал в мягкие податливые губы: – Стоит закрепить результат…
Продолжая ритмично двигаться, опустился к груди и, обхватив ртом набухшую горошину соска, подразнил языком, Эйла тут же отозвалась приятным для слуха стоном. Глядя на любимую, любуясь её расслабленной улыбкой, блеском глаз, он двигался мягко, бережно и осторожно, подмечая любое изменение выражения её лица. Лежать на ней, чувствовать кожей её разгорячённое тело было так интимно, так волнующе, так возбуждающе…
Выдохнул и вновь завладел опухшими губами, ощущая, как жена тает от его ласк. Отрываться от этих сладких губ не хотелось ни на секунду, а огонь в жилах разгорался всё ярче, овладевая мыслями и чувствами. Дэсвал готов был сгореть в этом обжигающем душу пламени, погрузиться в него навечно, ни на миг не выпускать из рук свою звезду. Отстранился и, находя в голубых глазах Эйлы отблеск собственного пожара в крови, тихо зарычал и, теряя контроль, сжал жену в объятиях, вновь изливаясь в горячее пульсирующее лоно.
Эйла задрожала всем телом и, едва дыша, прижалась к нему, продолжая подрагивать от тающих спазмов оргазма. Попыталась что-то сказать, но через миг расплакалась. Дэсвал бережно обнял её и, прижав к себе трепещущее тело, нежно прошептал:
– Тише, тише. Всё хорошо…
Она зажмурилась и помотала головой.
– Нет, не хорошо. – Посмотрела в глаза и, едва дыша, добавила совершенно счастливым голосом: – Всё прекрасно!
Обняла и, покрывая лёгкими поцелуями его грудь, виновато добавила:
– Но нам пора возвращаться.
– Куда возвращаться? –
