оказывается позади и смотрит со мной на один и тот же экран. Его лицо спокойное, но на моем задеревенела каждая мышца.
Он знает о нас с Майком и не одобряет.
– Это значит, можно не волноваться? – с сарказмом спрашиваю, поздно сообразив, что разговариваю со своим начальником.
– Ну почему же, волноваться можешь. Это спорт, где есть свои герои. У них фанаты, группа поддержки и прочее, прочее, – тон дружелюбный, но нутро противится этой дружбе. И вообще, я чувствую себя как никогда уязвимой. Особенно потому что одна, без Майка.
Боевая Эльза тоже нуждается в защите.
– Сегодняшняя гонка – экватор Чемпионата. Майк занимает третью строчку. Все может измениться, но… – Паоло, наконец, опускает свой взгляд на мои плечи, потом смотрит в глаза, – его популярность растет. Майк Марино один из претендентов на звание чемпиона.
Возвращаюсь к экрану. Дождь, слава богу, не усиливается. Стихает, но на трассе сохраняется хаос, который может привести к аварии с красными флагами. Майк пока четвертый, и знаю, его такой расклад не устраивает. Он выжимает из себя и из своей машины максимум, чтобы добраться до подиума. Загвоздка в Сафине. Он впереди моего гонщика и точно не готов уступить ему бронзу.
Будет борьба.
– Я хочу, чтобы он стал чемпионом, – произношу тихо.
– И я. Наши цели совпадают, Таня. Но представляешь, какое внимание есть и будет к моему подопечному? Каждый его шаг, слово будет оценивать и подвергать критике. Будь то выступление на благотворительном вечере или, скажем, очередную девушку…
Обхватываю себя руками. Здесь, в Англии, довольно прохладно и ветрено. Ощущаю это даже в закрытом боксе и выпив горячий кофе. Кровь остывает и становится похожа на вчерашний чай, покрытый льдом.
Слова Паоло задевают, хотя вряд ли можно сказать, что они обидные.
Стараюсь их прогнать от себя, но они то и дело цепляются за мысли. Я пропускаю момент, когда Майк совершает ошибку в одном из поворотов и теряет время. Его обгоняет молодой «бык».
– Ты же понимаешь, что совсем ему не походишь?
Вот опять… Этот вопрос.
– Почему?
Легкие накаляются. Я поворачиваюсь к Паоло. Вижу, что он хоть и немногим выше, все же сильный мужчина. Своей начальственной аурой он схлопывает меня, как назойливого комарика.
– Ты же сама прекрасно все видишь и понимаешь, Таня.
И Паоло прав.
Мы с Майком с разных планет, пусть нам и очень хорошо вместе. Мы вспыльчивы, упрямы, но в тоже время я буду обожать свою маленькую квартирку в Риме, а он… Просить переехать. Это мелочи, которые говорят о том, что мы привыкли к разному, выросли по-разному и окружение у нас тоже разное.
– Настанет день, когда это поймет и Майк, – добавляет.
Я поджимаю пальцы на ногах, пытаясь унять дрожь в коленях.
– Я знаю его с того дня, как он выиграл чемпионат по картингу. Он же Майк Марино, черт возьми! Известный гонщик и специалист по разбиванию женских сердец.
Однажды так и было…
С долей ярости смотрю на Паоло. Он знает, в какую точку бить, чтобы убедить в том, в чем и так согласна.
Живот крутит от нашего разговора. Волнение в геометрической прогрессии разрастается. Я хочу успокоиться, но в мыслях постоянно возвращаюсь к Энцо, его словам, затем к тому, что говорил только что Паоло.
Да, интуитивно я всегда знала, что наш роман с Майком это дело времени, пока не появится какая-нибудь Ла-ли. Или симпатичная спортивная журналистка, с которой Марино общался до гонки. Они ворковали, и Майк флиртовал с ней. Ну, и она с ним. Было ревниво и больно. А видеть это постоянно? Он ведь, как сказал Паоло: Майк Марино?
– Red flags, red flags! – слышу вокруг.
Поворачиваюсь к экрану.
Сердце замирает. Бьется на осколки, когда вижу болид Майка в стене. Оператор переводит кадр на ближний план. Марино еще внутри машины. Пожара нет, просто сильное столкновение со стеной.
Майк жмет на какие-то кнопки. Наверное, связывается с механиками и инженерами.
Гонка для него закончена. Представляю, что творится сейчас в душе, учитывая эмоциональность Марино.
Он вынимает рулевое колесо, выбирается из узкого кокпита. Вновь вставляет руль и перелазит через Halo. Выглядит подавленным. Убитым.
До финиша оставалось несколько кругов. Майк не был сегодня в лидерах, но полностью лишить себя очков, точно не входило в его планы. И уж точно не таким способом.
Он до сих пор помнит аварию в начале сезона и сомневаюсь, что перед его глазами не было огня.
Вот что могло пойти не так?
Неправильные настройки болида? Мокрая трасса? Просто невезение?
Мне хочется спуститься в боксы и ждать Майка там. Правилами запрещено.
Чертовы правила!
У нас с Майком и так после римских каникул повисла недосказанность. Он не говорит, почему злится, я молчу о своих чувствах и опасениях. Так из нас пара получается.
Встречаемся только в гостинице. Я сама поднимаюсь к нему на этаж. Неуверенно заношу руку, чтобы постучать. Болезненные ощущения в районе солнечного сплетения не дают дышать полной грудью.
– Привет, – первой и здороваюсь, когда Майк открывает. Ответа нет.
Прохожу в просторный люкс и взглядом брожу по окружающим предметам. Каждая деталь такая дорогая, ее хочется рассматривать и фотографировать.
Майк заваливается в кресло и утыкается в телефон. Ему хреново. Но обсуждать он это не хочет. Закрылся на тысячи замков, никто и не помнит, каким смешным и открытым Майк Марино может быть.
– Я бы спустилась на ужин, – говорю, садясь на край кровати.
– Не хочу.
Киваю, давая знать, что поняла. Но Майка это не интересует.
– Майк?
– Я бы побыл один сейчас. Не обижайся, жемчужинка… – перебивает. Он уставился на экран, как рассматривает там что-то или делает вид.
Поднимаюсь с кровати на ноги и медленно иду к своему гонщику. Даже сейчас он не смотрит на меня с жадностью, дерзко не улыбается и не сыплет пошлостями.
– Сейчас я совсем не чуткий, – говорит, когда я своими коленями уперлась в его.
– Вижу.
В его глазах печаль.
Майк коротко смотрит в мою сторону и тут же в телефон упирается. Сердце сжимается от такого Марино.
– Можно с тобой все же останусь? – губы подрагивают, когда спрашиваю. – Ненадолго. Потом я уйду.
