Подъезжая к летнему домику, Констанция заметила, что на крыльце стоят несколько человек. Ее сердце болезненно сжалось. Она бросила тревожный взгляд на Доминика. Он смотрел на стоявших на ступеньках людей, и лицо его было словно высечено из камня.
Констанция вдруг поняла, что все обстоит даже хуже, чем она себе представляла. Они с Домиником были на грани скандала. Они долго могут рассказывать про дождь и про то, как им пришлось искать убежище, но эти объяснения вряд ли помогут. Они провели наедине по меньшей мере два часа и половину этого времени — в уединенном коттедже.
Констанция пожалела, что не застала Каландру, Маргарет и остальных на поляне. Тогда возвращение было бы не таким тягостным, кроме того, если бы они вернулись все вместе и остальные участники поездки не стали бы рассказывать о том, что Констанция и Доминик были вместе, этот факт, наверное, удалось бы скрыть. Впрочем, вряд ли… Маргарет, конечно, была кузиной Констанции и, следовательно, была кровно заинтересована в защите их доброго имени, а Каландра была просто милой девушкой и другом Франчески и Доминика, но правда наверняка выплыла бы наружу. Что толку думать об этом теперь, когда истину уже не скрыть?
Если у Констанции еще и теплилась слабая надежда, что скандал удастся замять, от этой надежды не осталось и следа, когда она увидела спускающуюся по ступенькам Мьюриэль. Ее лицо выражало холодную ярость.
— Вот черт, — пробормотал Доминик, соскакивая с лошади.
Не взглянув на Мьюриэль, он подошел к Констанции, чтобы помочь ей сойти с седла.
— И где же вы были, позвольте спросить? — осведомилась наконец Мьюриэль, не в силах больше сдерживаться.
Доминик сделал шаг вперед, встав между Констанцией и Мьюриэль, и удивленно поднял брови.
— Непогода застала нас врасплох.
— Да, я вижу, — отозвалась Мьюриэль, выразительно глядя на Констанцию.
Щеки Констанции залил густой румянец, она инстинктивно подняла руки к волосам. Она понимала, что все смотрят на нее, понимала, что ее одежда выглядит плачевно — мокрая и грязная, а на голове вместо прически бог знает что. И на ней не было шляпки, которую ветер сдул с ее головы.
— Вы, наверное, беспокоились о нас с Констанцией, — спокойно сказал Доминик, глядя на Мьюриэль, — приношу свои извинения.
— Да, мы боялись, что с вами случилось что-то ужасное, — поспешно сказала Франческа, сбегая по ступенькам и обнимая Констанцию. — Бедняжка, должно быть, вам пришлось несладко.
Глаза Констанции наполнились благодарными слезами. Франческа явно давала понять всем, что Констанция находится под ее покровительством, а если сама леди Хостон не видит в случившемся ничего ужасного, то что остается делать остальным?
— Мы промокли насквозь, — сказал Доминик, — нам еще повезло, что удалось укрыться от дождя.
— Укрыться? — растерянно переспросила Мьюриэль, но уже через мгновение в ее глазах мелькнул гнев. — Где? В том коттедже? По пути на мыс? И вы были там совсем одни?
— Мьюриэль! — укоряюще сказала Франческа.
Но Мьюриэль уже было не остановить. На ее лице появилась триумфальная улыбка.
— Вы несколько часов были с лордом Лейтоном наедине! — воскликнула она ядовито. — Ваша репутация, мисс Вудли, безвозвратно погублена.
Констанция оледенела. За спиной Мьюриэль раздалось перешептывание остальных гостей. Констанция хотела заявить, что в коттедже ничего не произошло, но это была неправда. Если она скажет это, не поймут ли остальные по ее лицу, что она лжет?
— Мьюриэль, замолчите! — воскликнула Франческа. — Они прятались от непогоды. Вы думаете, лучше было бы, если бы они все это время простояли под дождем?
Констанция чувствовала направленные на себя взгляды, и щеки ее густо порозовели от смущения. Мьюриэль явно наслаждалась ее унижением. Она посмотрела на Констанцию, и глаза ее блеснули злобой.
— Ваше имя запятнано, мисс Вудли, — прошипела она. — Ваша репутация погублена. Никто не захочет жениться на…
— Леди Мьюриэль! — Голос Доминика был холодным и резким. Мьюриэль растерянно умолкла. — Я уверен, если бы вы как следует подумали, то поняли бы, что репутации мисс Вудли не нанесено никакого вреда, ведь она была наедине с мужчиной, с которым помолвлена.
Все окружающие, включая Франческу, изумленно уставились на Констанцию, она сама, открыв рот, смотрела на Доминика. Кровь отхлынула от лица Мьюриэль, она побледнела как полотно. Только сейчас она поняла, что наделала.
— Нет, Доминик… — выдохнула она чуть слышно.
Он спокойно посмотрел на нее, а потом повернулся к Констанции:
— Простите, дорогая, что объявил об этом так неожиданно, но я не мог позволить, чтобы наше поведение расценили неправильно.
Он оглядел гостей, стоявших за спиной Мьюриэль. Их лица отражали самые разнообразные эмоции — от шока до жадного любопытства, но уже через несколько секунд под стальным взглядом Доминика эти эмоции сменились равнодушной вежливостью.
Неловкое молчание прервала Каландра.
— Какая прекрасная новость! — воскликнула она. — Франческа, и ты молчала!
— Я не могла сказать, — легко ответила Франческа, — меня заставили поклясться, что я сохраню это в тайне.
— Поздравляю, Доминик! — Каландра подошла ближе. — Констанция, я так рада, что вы будете жить рядом, мне будет не так скучно. — Она обняла Констанцию за плечи и, склонившись к ней, прошептала на ухо: — Вы в порядке?
Констанция кивнула:
— Да, спасибо!
Ей трудно было говорить, в горле стоял комок. Господи благослови Франческу и Каландру за их доброту, подумала Констанция, они спасли ее.
— Доминик, не будь глупцом! — воскликнула Мьюриэль.
Франческа повернулась к ней с мрачной улыбкой.
— Думаю, вы так же, как и все здесь, удивлены этой хорошей новости, Мьюриэль, — сказала она.
Подойдя к Мьюриэль, Франческа взяла ее под руку, отвела в сторону и, понизив голос, сказала:
— Вы ведете себя глупо. Своими интригами вы уже добились того, чего хотели меньше всего на свете. Я предлагаю вам закрыть рот, пока вы не успели основательно навредить себе и своей семье.
Любезно улыбаясь, Франческа посмотрела Мьюриэль в глаза. Та отдернула руку и злобно взглянула на Франческу. Метнув уничтожающий взгляд на Констанцию, Мьюриэль повернулась и направилась к своей лошади, вырвала у остолбеневшего конюха поводья. Оправившись от удивления, он подсадил ее в седло, и Мьюриэль ускакала, не оглянувшись.
— Мне кажется, нам всем пора возвращаться, — спокойно сказала Франческа, поворачиваясь к гостям, будто в поведении Мьюриэль не было ничего странного.
