загримирован под старика. Чтобы облегчить Вайсману съемки, было сконструировано специальное приспособление, которое давало ему возможность передохнуть между дублями, так как съемочная группа не могла или не хотела целый день его отвязывать и снова привязывать. Приспособление помогло, но актер, который в отличие от других не привык к таким долгим съемочным дням, начал ощущать невероятную боль в спине, и поэтому много ночей провел без сна. Гримироваться надо было начинать в 4 утра, а съемки заканчивались около полуночи, поэтому актер спал даже меньше, чем Майкл Дж. Фокс во время своей второй смены в «Семейных узах», вот только его никто не похлопывал ободряюще по спине.
Вайсман вспоминает, что однажды, когда на площадку пришел Спилберг, то исполнительный продюсер заметил актера, откинувшегося на большой горизонтальной поверхности и задравшего ноги вверх. «Он подошел ко мне и сказал: „Ну что, Криспин, я вижу, ты все-таки получил свой миллион“, — рассказывает Вайсман. — Только в этот момент я понял, что благодаря мне продюсеры сэкономили девятьсот восемьдесят тысяч долларов». Впрочем, не все согласны с тем, что такое произошло на самом деле. «Джеффри много раз рассказывал свои историю о „Стивене Спилберге и миллионе долларов“, но это, безусловно, неправда, — утверждает Боб Гейл. — Стивен никогда не участвовал в переговорах с Криспином, и я уверен, что он и не подозревал о том, какие суммы там обсуждались. Джеффри часто преувеличивает ради эффекта».
Через несколько месяцев после выхода «Назад в будущее-2» Вайсману неожиданно позвонил Гловер. Это был тот разговор, которого Джеффри ожидал, чтобы убедиться, что Криспин на него не обижен, и в то же время опасался, что тот все-таки обиделся. Гловер ничего не сказал об игре своего заместителя. Вместо этого он начал то, что Вайсман называет «плаксивой диатрибой», разглагольствуя о своей досаде из-за того, как сложилась ситуация вокруг сиквела, и выражая недовольство Земекисом и компанией, которые, по его мнению, и создали эту проблему. «Криспин объяснил мне, как жестоко обошелся с ним „Юниверсал“ во время съемок первого фильма, — рассказывает Вайсман, — он сказал, что продюсеры доводили его до слез на глазах у массовки и издевались над ним. Криспин сказал, что ему обещали заплатить в два раза больше и не получили его разрешения на использование в сиквеле фрагментов из первого фильма».
Они долго разговаривали, и время от времени Гловер начинал себя вести чересчур эмоционально. Вайсман, как мог, выражал ему свое сочувствие, а затем Гловер спросил его, не возражает ли тот, если он расскажет кому-то о тех ужасах, которые Вайсман тоже пережил во время съемок?
Слова Дина Канди: «Криспин, но без криспинов-ских проблем»? Отлично. Роберт Земекис кричал «Криспин!» во время съемок «Очарования на дне морском»? Нет проблем. Стивен Спилберг сказал про «миллион долларов»? Точно. Холодность Леи Томпсон? Да уж… Вайсман понятия не имел, что Гловер пересказал их телефонный разговор своему адвокату, который 15 октября 1990 года, после выхода «Назад в будущее-3», подал иск о злоупотреблении внешним видом Криспина Гловера. Актер утверждал, что раз на Вайсмана надевали накладки, придававшие ему вид Гловера, и приказывали подражать его голосу и манерам, то продюсеры злоупотребили его интеллектуальной собственностью и правом на публичное использование. Мало того, актер утверждал, что это было сделано со злым умыслом из-за раздражения по поводу неудавших-ся переговоров. Весь иск был усыпан цитатами из замечаний, делавшихся Вайсману на площадке, которые должны были доказывать, что съемочная группа «Назад в будущее» испытывала дурные чувства по отношению к Гловеру. Актер подал в суд на «Юниверсал», «Эмблин Энтертейнмент» и «Ю-Драйв продакшенс», одноразовое юридическое лицо, созданное «Эмблин» как раз для подобных ситуаций, чтобы истцы не пытались получить деньги или активы, связанные с другими фильмами.
Ответчики не соглашались с версией событий, изложенной Гловером. Они утверждали, что честно вели переговоры с актером, и, кроме того, Джордж был созданным ими персонажем. Так как актер не мог доказать, что он являлся этим персонажем, то Земекиса и компанию нельзя было обвинить в том, что они использовали другого актера для возвращения Джорджа в сиквелы. «Ему не на что было опереться, а мы все проверили с юристами „Юниверсал“, — рассказывает Гейл. — Они подтвердили, что мы имели право взять нового актера и использовать кадры с Криспином из первой части в части второй». Дело так и не дошло до суда. В июле 1991 года обе стороны договорились в досудебном порядке о выплате оставшейся неизвестной суммы, предположительно, примерно равной пятистам тысячам долларов. «Страховая компания, которой пришлось бы компенсировать нам судебные издержки, решила, что ей будет проще заплатить Криспину, чем платить юристам и идти в суд, поэтому Криспин взял деньги и отозвал свой иск», — рассказывает Гейл. Если сложить эти деньги с тем, что он получил от создателей фильма за использование кадров с ним из первой картины, то Гловеру, очевидно, заплатили как раз ту сумму, которую он заработал бы, участвуя в сиквелах. И, что может быть еще более значимо, Гловер всегда утверждал, что в результате его иска Гильдия киноактеров ввела правило, по которому киностудии не имеют права воспроизводить внешний вид актера с помощью технических средств без разрешения этого актера. Однако некоторые представители Гильдии сомневаются в том, что такое правило действительно существует, и Гловер никогда публично его не цитировал. Впрочем, все это доказывает, что подход «Криспин, но без криспи-новских проблем» может в результате привести к множеству проблем.
Пока шло разбирательство и даже после его окончания, Джеффри Вайсман пытался использовать свое участие в известной картине для получения хорошей работы. Но его сочли «кротом» и участником иска Гловера и фактически внесли в черный список. Он сумел получить роль в эпизоде сериала «Она написала убийство», но его тут же уволили, сказав, что он был назначен на роль по ошибке. Ассистент режиссера, отвечавшая за кастинг, объяснила, что не поняла, что он «не может быть» нанят. Через много лет Вайсман, продолживший актерскую деятельность после выхода фильма, стал способен смотреть на ситуацию с разных сторон и примирился с тем, что он пережил из-за «Назад в будущее». «Мне очень жаль, что мой агент не провел переговоры по-настоящему, — говорит он. — В то время казалось, что „Юниверсал“ и всеми другими студиями руководят адвокаты, бухгалтеры и разные другие грубые люди, а у меня не было такого прекрасного агента, как в то время, когда я снимался в фильме Клинта Иствуда „Бледный всадник“. Мне было грустно, что я появлялся на экране рядом с Леей и Майклом, был их партнером, а получил пару тысяч долларов. Студия почти
