долго-долго не отпускать.
Она за меня заступилась!
Даже не надеялся на ее поддержку, готов был подвергнуться настоящей порке.
Я тяжело сглотнул, подавляя свои чувства.
Лина расслабилась в объятиях Аарона. А тот… улыбался. Во всяком случае, уголки его губ чуть заметно приподнялись.
Повисшее в комнате молчание разбила сестра:
— Значит, вы не переспали?
— Лина! — фыркнула Рози. — Может, хватит уже? Не было у нас секса. Не было!
— И даже не флиртовали? Ну там — томные взгляды, чувственные прикосновения, легкие ласки, поцелуи? Ни французских, ни обычных?
— Déjalo ya[29], Лина, — буркнул я, хотя в чем-то она была права.
Я бы спокойно признался, что мы ходили на экспериментальные свидания ради новой книги Рози, однако без согласования с ней нельзя. Партнеры по эксперименту — это все-таки команда.
— Мы с Рози просто друзья.
Вот именно. Прежде всего — друзья.
Кузина долго смотрела в глаза моей соседки, затем перевела взгляд на меня и заявила:
— Ella es mi mejor amiga. Como una hermana para mí. Es demaciado buena…[30]
Слишком хороша для меня… Прямым текстом Лина этого не сказала, однако я знал, что последует дальше, и не возражал.
Мы с Рози, образно выражаясь, играли в разных лигах. Обычно женщины не готовы на отношения с мужчинами, которые ничего предложить им не могут. Особенно если такой мужчина вынужден через несколько недель уехать.
Наши с сестрой взгляды скрестились.
— Рози, на секундочку, — сказала она, махнув рукой в сторону прихожей. — Пару слов на ушко.
Аарон наконец выпустил жену из захвата, предварительно ее поцеловав. Пробормотал:
— Будь паинькой…
Рози быстро посмотрела на меня, и я ей подмигнул. Они скрылись в подъезде, оставив нас с Аароном наедине.
— Хм… — проворчал я. — Похоже, мои яйца вне опасности?
Муж Лины глянул на дверь, словно видел сквозь дерево, затем на меня.
— Если правильно разыграешь свои карты.
— Правильно? — выгнул бровь я.
Аарон сложил руки на груди и немного подумал.
— Лина может пошуметь, но зла не держит. Она тебя любит, Лукас. Так жаждала увидеть брата, что мы поехали сюда прямиком из аэропорта, даже не предупредили.
У меня в груди всколыхнулась теплая волна. Я тоже любил Лину. А как же!
— И все-таки вряд ли я смогу ее удержать, если ты обидишь Рози. Да и не захочу удерживать, — продолжил Аарон.
Он точно не врал, и я оценил его слова по достоинству. Приятно сознавать, что такие люди, как Аарон и Лина, всегда готовы защитить Рози.
Посмотрев ему в глаза, я пообещал:
— Я никогда не причиню ей боли. Просто не смогу.
Аарон вдруг широко улыбнулся.
— Знаю.
Глава шестнадцатая. Рози
Лина покачала головой.
— Что случилось? — спросила я. — Почему у нас такой раздраженный взгляд?
Мы сидели в нашем любимом кафе на Манхэттене. С тех пор, как Лина возникла в своей студии и узнала о нашей с Лукасом договоренности, прошло несколько часов. Прощаясь, она заявила, что вечером нам следует встретиться еще раз.
Не просто поболтать, а поговорить, причем присутствие мужчин при разговоре явно не предполагалось.
— Что случилось да что случилось… — в сотый, наверное, уже раз выдохнула Лина. — Сама знаешь что. Я, значит, уезжаю на медовый месяц, а когда возвращаюсь — застаю вас тепленькими с моим братцем.
— Ты права, — кивнула я. — Нам действительно нужно было предупредить тебя в первый же день. Я просто ужасно себя чувствую, Лина. Заняла твою квартиру без спроса…
— Да меня вовсе не это расстраивает, Рози! — простонала подруга.
У меня вновь возникло желание встать на защиту Лукаса, однако я его подавила. Знала я брата Лины всего ничего, так что вряд ли она меня поняла бы. И так утром наболтала больше, чем нужно.
— Что же тогда? Неужели тебя настолько беспокоит моя дружба с Лукасом?
— Я его люблю, ясно? — Лина подняла руки вверх. — Из всех моих двоюродных братьев он — самый близкий. Лукас не просто дорог мне как кровный родственник. Он — настоящий старший брат, которого у меня никогда не было. Наверное, в этом все и дело: стоит подумать, что он встал между нами, обидел тебя — хочется отрезать ему…
— Понятно. — Я остановила подругу, пока та вновь не начала сыпать угрозами. — Во-первых, никто между нами не вклинился. Кроме шуток. Дальше… С чего ты взяла, что он собирается причинить мне боль? Твои слова как-то связаны с его «чарами», о которых ты говорила с утра?
— Возможно, — пожала плечами Лина.
— Объяснишь?
— Хорошо, — пробормотала она, отпив глоток кофе. — В Лукасе есть нечто сверхъестественное, из-за чего люди в него влюбляются с первого взгляда. В детстве он был тем еще хулиганом, и все равно его всегда обожали. Рози, я знаю — он любую покорит своей обворожительной улыбкой. К тому же у него прекрасное чувство юмора.
— Ясно, — пробормотала я.
Лина была кругом права, и качества, о которых она говорила, сочетались с множеством других, не менее привлекательных.
Постучав ноготками по чашке, подруга продолжила:
— При всем при том Лукас ни разу не привел девушку на наши семейные посиделки. Он никогда не вступал в серьезные отношения. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно. После старших классов ничего такого…
— А, Лорена Наварро, — невольно вырвалось у меня.
— Откуда, черт возьми…
— Мы с ним общаемся, — быстро сказала я. — Лукас это имя упоминал.
Я глянула в окно, притворившись, что любуюсь красивыми цветами. Господи, ну и навострилась я в фигурах умолчания… С другой стороны, как сказать, что страхи Лины вполне могут материализоваться? Чары Лукаса действовали великолепно — его магия уже помогла мне с новой книгой. Пришлось промолчать о том, что сегодня, после ухода Лины с Аароном, у меня наконец начала нормально спориться работа. Забившаяся форсунка ожила и теперь фонтанировала идеями и чувствами.
Лина нахмурилась, однако, похоже, приняла мое объяснение.
— На самом деле Лукас нигде подолгу не живет — откуда же взяться постоянным отношениям? Соревнований у него столько, что он полгода проводит вне Испании. Остальные полгода — дома. А может, три месяца — не знаю. Просто человек не оседлый, вот в чем дело.
Лукас говорил, что никому еще не удалось разбить его сердце. И все равно: сколько бы он ни путешествовал, странно, что никто его не подобрал.
— В Штатах он в отпуске, — но все по-прежнему, — продолжила Лина.
Мне вспомнилось, как Лукас вскользь поведал о своей травме. Кроме меня, никто не в курсе, что его нога никогда не восстановится полностью. Так или иначе, слова следует подбирать осторожно.
