заканчивать с переодеваниями.
Мне хотелось прояснить ситуацию с Дорадо, но выяснить это, я мог только через Лауру. Поутру я проверил ещё раз все записи, зашифровал, продублировал и подготовил к передаче. Операция подходила к концу. Возможно, наступил период относительно спокойной жизни.
А я ее знаю? Моя жизнь, как поездка в поезде, все время вперед, качает и относительный покой только на станциях, типа Монмартра, когда я могу смотреть на мир, не напрягаясь.
Утром, для страховки я позвонил из телефона-автомата Лауре, но трубку никто не взял. И тогда я решил, что надо забрать машину и отправился поездом в Росарио, забрал машину со стоянки и к вечеру вернулся в Байрес.
Для страховки я ещё раз проверил улицу, где была моя основная квартира. Все было чисто, наблюдение сняли. Интересно, кто дал указание. Поставив машину в гараж, я поднялся к себе. Тонкий слой пыли покрывал мебель. За несколько дней моего отсутствия это очевидно, а убираться я никого не нанимал.
Положил продукты, что купил по дороге, в холодильник и снова набрал номер Лауры. Раз сняли наружку, то и прослушки уже можно не опасаться.
– Слушаю, – прозвучал её спокойный, уверенный в себе голос, но с мягкими интонациями.
– Лаура, это я Жан.
– Рада тебя слышать, что жив и не вредим. Ты совсем пропал. Откуда звонишь? – голос звучал неподдельно искренне.
– Из дома. Предлагаю поужинать?
На некоторое время в трубке повисла тишина, а затем она сказала: – Я уже ужинала, но давай посидим. Часов в девять в «I Latina». Сможешь?
– Конечно.
До улицы Murillo, где располагался ресторан, было добираться не так близко, и я поехал на такси, потому как, там было односторонне движение и вечером не хотелось крутиться по улочкам на машине. К тому, же прибыв заранее, я мог осмотреться, не стоило забывать, на кого она работала, хотя если она шла на встречу, то глупо ещё задействовать ради меня людей.
Свободных мест в ресторане не было, и я, постояв у входа, решил дожидаться Лауру на улице. Она появилась в начале десятого.
– Нет мест, – огорченно произнес я. – Поедем в другой?
– Всё будет, – возразила она и направилась в ресторан, я за ней. Подошедшему метрдотелю она сказала, что столик зарезервирован. И нас проводили к столику на двоих.
– Ты здесь постоянная клиентка?
– Не постоянная, но для меня место найдется. А ты изменился, – поведала она, посмотрев на меня.
– И в какую сторону?
– Ни в какую, изменился и всё. Мало спал?
– Было дело.
– И чем занимался?
– Мне обязательно отвечать?
– Нет, если не хочешь. Хотя догадываюсь, что проблемы были. Тебя искал Дорадо. Он не говорил мне прямо, но как-то поинтересовался, видимся ли мы? И если я тебя увижу, то просил сообщить ему. Но больше не возвращался к этому разговору.
– Мы не встречались.
– И больше не встретитесь.
– Почему?
Лаура несколько удивленно посмотрела на меня: – А ты разве не знаешь?
– А что я должен знать про жизнь сотрудников СИДЕ?
– Он умер, – сообщила она словно диктор по телевидению, без тени сочувствия.
– Умер!? Он казался здоровым человеком. От чего?
– Отчего умирают здоровые люди?
– Я так полагаю, что от владения большой информацией, которой захотели воспользоваться в личных целях.
– Вот именно.
Я посмотрел ей в глаза и та мысль, что посетила меня в Бразилии, была верной. Здоровые люди просто так не умирают, их убивают. Я это понял, но она не хотела произносить это вслух.
– Официальная версия – сердечная недостаточность? – поинтересовался я.
Она лишь кивнула в знак согласия.
– И что это людям порой не хватает сердца? Сердечная недостаточность, – произнес я глубокомысленно. – Может быть, оно у них высыхает, и его нехватка их и убивает. А реально – пуля?
– Снайпер. В сердце. Он был в своем саду.
– И что вот так легко?
– Не думаю. Он хоть особо и не боялся, но меры предосторожности принимал. Видимо недостаточные. Те, кто это сделал, хорошо знали его, и его привычки. Если человека решили убить, то от этого не спасёт никто. Вопрос как-то всё быстро. Неожиданно. Словно срочно надо было закрыть какое-то дело. Кому-то он сильно мешал.
– Нашли кто? Или подозревают?
– Нет, конечно, – усмехнулась она. – В таких случаях ищут недолго и не рьяно. Я думаю, заказ был не из Аргентины.
– Почему?
– Он здесь был влиятелен.
– Это не показатель.
– Тоже верно. Но приказ был отдан наверняка на высоких инстанциях.
– Тебе его жаль?
– Чисто по-человечески, а так нет. Я вообще думаю, что он кому-то помешал.
– Чем?
– Наверное, знал что-то лишнее.
– Да, лишние знания бывают опасны.
– Это ты по себе судишь?
– И по себе тоже, с разницей в том, что я жив. Всё это в прошлом, раз его нет. Надо думать о будущем. У тебя придет новый начальник. Я просмотрел газеты, там об этом ничего нет.
– И не может быть. Он не был публичным человеком, о таких, некрологи не публикуют.
Я не поднимал тему моего отсутствия. Зачем ей знать, где я был. Пусть спит спокойно, если сможет в сложившейся ситуации.
– Как твои дела теперь?
Она в задумчивости осмотрела зал, перевела взгляд на меня: – Не знаю. Думаю, подожду, всё само отрегулируется. Как будут развиваться события.
– Но они могут изменить твою жизнь.
– Не факт, что кардинально.
– А отношения с Джеймсом?
– Я ему ничем не обязана, а знает ли кто о нём ещё кроме Дорадо, мне не известно. Возможно, он уедет.
– С чего бы?
– Я думаю, у них были общие дела с Дорадо.
– Думаешь или знаешь?
– Жан, а тебе не кажется, что ты задаешь не те вопросы?
Она была права, что-то я увлекся, а сказать что мне известно, не мог: – Это просто забота о тебе. Задам тот. Может быть тебе замуж выйти?
– Спасибо, но я о себе позабочусь сама. Если только за тебя? Пригласи.
– Ты знаешь, что я отвечу.
– Потому так и сказала. Замуж не проблема.
– А Мигель?
– Ты это серьезно? – усмехнулась она. – Кстати после того вечера, он как-то исчез из поля моего зрения. До меня дошли слухи, что у его парней были проблемы. Не отвечай, – сказала она, – правды не скажешь, но думаю, что не без твоего участия.
– Ты наделяешь меня невероятными способностями.
– Я отдаю тебе должное, как мужчине, и не хотела бы я оказаться на твоем пути.
– Это, смотря в какой роли.
– Роль женщины не обсуждаем, но и здесь ты взял своё.
– Я ничего не брал.
– Не говори ерунды, ты всё понимаешь. Ты интересный мужчина, но и опасный. Оставим
