поезде. Однако они заключают соглашение совершить убийство. Идеальное преступление, ведь если оба убьют врагов друг друга, то связывать их с жертвами ничего не будет. Да и между ними единственная ниточка – встреча в путешествии.
Родес поставил опустевший бокал на стойку и махнул бармену, чтобы тот налил новую порцию. Проследил за струйкой янтарной жидкости и только потом заговорил:
– Ты забываешь, чем закончилось кино.
– Ну, это же Голливуд. Они просто не могут позволить преступникам избежать наказания. Но знаешь, если бы нечто подобное произошло в реальности и двое незнакомцев, которым даже не обязательно нравиться друг другу, заключили бы такое соглашение, то закон ничего не сумел бы им противопоставить.
– Ты так говоришь, словно что-то задумал, Клейтон.
– Может, и задумал, – широко ухмыльнулся Льюис.
* * *
Отель кишел звездами остросюжетной литературы – именно тот тип людей, которых Мэнни Родес хотел бы избежать. Они одалживали ему деньги и воровали его идеи, хотя иногда бывало и наоборот. Впереди всех ждали речи, обсуждения и вручение наград под конец мероприятия. Оно было душевное и хорошо организованное – как его можно не возненавидеть?
Поэтому, когда Клейтон выдвинул предложение об обмене убийствами, скажем так, этим он возбудил интерес Мэнни Родеса. Вы можете спросить, почему известный писатель желал кому-то смерти. Ведь он являлся автором бестселлеров, обласканных критиками, что считается немалым достижением в безжалостной среде остросюжетной литературы.
Мэнни Родес, напротив, обладал обширным списком потенциальных жертв и не сумел бы сразу сузить их круг до одного человека, поэтому внимательно слушал собеседника, объяснявшего принцип преступления.
– Что ты видишь, когда смотришь на меня, Мэнни? – задал риторический вопрос Льюис. – Думаешь, что я успешный писатель, так? Считаешь, что я заработал славу и теперь пожинаю ее плоды? Что ж, всё обстоит совсем иначе, приятель. Хотелось бы, чтобы ты был прав. Но у меня куча долгов. Причем серьезных.
– Долгов? – помимо воли переспросил Родес.
– Поверь, подробности тебе ни к чему. Но кредиторы так и наседают. А заплатить мне им нечего.
Мэнни помолчал пару секунд, переваривая услышанное.
Затем Льюис продолжил:
– И мне случайно стало известно, что у тебя тоже есть проблемы с деньгами.
– А у кого их нет? Карьера писателя не слишком доходное дело. Швырни камень в присутствующую здесь толпу, и он наверняка попадет в автора, который не может оплатить счета за отопление.
– Тут-то и пригодится моя идея, – улыбнулся Льюис. – Видишь ли, так получилось, что мой самый крупный кредитор сейчас в городе. И даже в этом самом зале. Ищет меня, чтобы вернуть свои деньги.
– Похоже, у тебя неприятности, – присвистнул Родес.
– Очень сильное преуменьшение. Я не могу отдать деньги этому парню. И вообще с трудом наскребу сейчас наличности на поезд обратно домой. Поэтому собираюсь сделать тебе предложение. – Собеседник глубоко вдохнул и, словно бросаясь в воду, выпалил: – Убей его вместо меня.
– Это что, такая шутка?
– Нет. Убей его вместо меня, Мэнни. Я знаю, что ты на это способен. И не говори, что твой мозг сейчас не переполняют методы совершения идеального преступления.
– Ладно, давай притворимся на секунду, что ты не шутишь и не сошел с ума. И сделаем вид, что я готов согласиться на предложение. В чем моя выгода?
– Так получилось, что я узнал о твоем собственном препятствии на пути к деньгам в форме человеческого существа. Твоя жена строго контролирует семейные расходы, так как именно ей принадлежат деньги. А еще она собирается подавать на развод, поэтому даже такой источник прибыли скоро иссякнет.
– И что, ты хочешь убить мою жену? – усмехнулся Родес.
– Вопрос не в желании. А в обмене. Как в фильме. Мы обменяемся преступлениями.
– Ладно, – прокомментировал Мэнни. – Ты привлек мое внимание.
– Идея состоит в том, – продолжил Льюс, – чтобы совершить два идеальных убийства, ни одно из которых невозможно раскрыть. Ты устранишь моего кредитора, а я – твою жену.
– И кто одолжил тебе деньги?
Льюис кивнул в сторону одетого в льняной костюм мужчины. Тот возглавлял оживленную дискуссию в дальнем конце бара и выглядел довольно броско благодаря усам и грубому смеху, который перекрывал приглушенный шум бесед и долетал даже до заговорщиков. Родес сразу же узнал его: Гордон Грейди, доморощенный придворный шут в королевстве остросюжетной литературы.
– Грейди?
– Не позволяй его идиотской ухмылке тебя одурачить. Под его нелепым фасадом скрывается каменное сердце.
– Не могу поверить. И ты хочешь, чтобы я его убил?
– Ты – мне, я – тебе, – улыбнулся Льюис.
* * *
На следующее утро, в субботу, восемнадцатого декабря, за большими окнами гостиницы улицы сверкали снежно-белой чистотой. Пронизывающий ветер завывал вдоль парапетов «Центрального парка» в итальянском стиле, хотя звук вскоре заглушило веселое пение рождественских славильщиков[48], доносившееся из фойе.
Эстер Куиг с раздраженным видом прошествовала к стойке регистрации. Посетительница только что прибыла и тянула за собой по гладкому плиточному полу тяжелый чемодан. Ее вывели из себя не снежные заносы и не тот факт, что ее путешествие из Уолнат-Крик до Манхэттена продлилось на целых десять часов дольше запланированного. И даже не то, что она опоздала на начало конференции и, вероятно, пропустила речи авторов, на которых должна была присутствовать еще прошлым вечером. Нет, источником раздражения служила карточная игра.
Пока их поезд с трудом пробирался через снег, двое попутчиков, сидевших через проход от Эстер, полностью посвятили себя игре в техасский холдем[49]. Один из компаньонов выглядел бизнесменом в своем застегнутом на все пуговицы костюме и золотыми часами «Ролекс», в то время как второй, более молодой, казался менее привлекательным из-за закатанных рукавов и легкой проплешины в редеющих черных волосах. Оба играли на равных, но каждый по-своему, почти гипнотически завладев вниманием Эстер.
Для начала бизнесмен раздал карты, но молодому оппоненту достался более сильный расклад, который она увидела, когда тот устроился на сиденье поудобнее. Однако, несмотря на наличие пары тузов, везунчик свернул партию еще до первого повышения ставки. Затем, имея на руках всего две тройки, бизнесмен пошел ва-банк. Игра велась безумная и интересная, вызвав у Эстер чувство беспокойства. Один из мужчин явно мошенничал. Но кто именно? Оба, казалось, знали, что делали, и груда монет кочевала от одного к другому с необычайной частотой. Кто бы из них ни мухлевал, он настолько поднаторел в ремесле, что почти не отличался от жертвы обмана. Вскоре Эстер поняла, что вычислит мошенника только по тому, кому достанется окончательный выигрыш.
Следующим карты раздавал молодой человек. Бизнесмен застонал, увидев свой расклад, вызвав смешок у оппонента. Пристальный взгляд Эстер скользил от
