линию — будем дальше думать. Вот, смотри — карта района. Сначала проедем по тем адресам, где живут владельцы старых «Субару». Сначала на эту улицу с главной магистрали завернем, ну а дальше — по списку… Ты пойди переоденься — лучше, если мы в гражданском будем. Оружие. понятное дело, обязательно с собой взять.
— Само собой, — отозвался Амос.
Яков встал, достал из сейфа пистолет и вложил его в кобуру. Задумался на минуту.
— Знаешь, Амос, по-моему, стоит кого-то из ребят прихватить. Возможно, придется нас подстраховать…
— Давида возьми. И Эзера. Не подведут.
— Хорошо. Если они свободны…
«Мицубиши Лансер» неслась по пустынному вечернему шоссе, рассекая холодную туманную морось.
Впереди неярко замигали огни Неве Алон, и вскоре машина въехала на центральную трассу поселка.
— Направо, там в конце улицы дом, — напомнил Амос.
— Да. Вот уже и приехали. — Яков заглушил мотор и обернулся к сидящим сзади: — Ну что, ребята, мы пошли. Если что — просигналим.
Он вышел из машины, и дождь, словно дождавшись удобного момента, вдруг зачастил острыми холодными струями.
— Ишь ты, дождик… К счастью, — заметил Яков.
Амос удивленно покосился на него, и Яков пояснил:
— В России так считалось.
Они подошли к калитке, и Яков нажал на белеющую в темноте кнопку звонка. Через минуту дверь коттеджа приоткрылась. В желтой полосе света, падающего из проема, возник силуэт высокой женской фигуры.
— Кто там? — услышали они резкий и как будто недовольный голос.
— Гверет, мы к Моше. Можно с ним поговорить? — громко отозвался Яков. Он постарался, чтобы в его голосе звучало как можно больше дружелюбия. — Мы ненадолго.
— К Моше?! — желчно переспросила женщина. И добавила — раздраженно, с вызовом: — А вам что, неизвестно, что он уже месяц здесь не появляется? Ему запрещено даже приближаться к этому дому. До свидания, — женщина собралась захлопнуть дверь.
— Подождите, гверет! — Голос Якова звучал спокойно и уверенно. — Мы из полиции. Мне нужно поговорить с вами. Это не займет много времени.
— Из полиции? — Женщина удивленно пожала плечами, помедлила минуту и вышла из дома. Быстрый и колючий дождь не испугал ее. Она подошла к калитке, громко постукивая тяжелыми шлепанцами, приоткрыла ее и внимательно рассмотрела предъявленные нежданными гостями удостоверения.
— Входите, — неприветливо обронила она, повернулась и направилась в дом.
Яков и Амос последовали за ней. Они сразу же попали в салон, обставленный современной мебелью с яркими пятнами двух больших абстрактных картин на стене. Горела только одна люстра из трех, и свет ее в просторном салоне казался тусклым. Со спинки стула свисало длинное вечернее платье — темнокрасное, таинственно мерцающее в полумраке.
Яков покосился на пару изящных туфель на высоких тончайших каблуках, притулившихся к ножке того же стула.
«Мы, видно, помешали хозяйке собираться на праздничное мероприятие, — догадался он. — То-то она такая неприветливая…»
— Садитесь, пожалуйста, — женщина указала на свободные стулья и сама села неподалеку. — Какие у вас ко мне вопросы?
Здесь, при свете, обнаружилось, что она молода и красива.
— Ваша фамилия Шор? — спросил Яков.
Женщина молча кивнула и бросила нетерпеливый взгляд в сторону настенных часов.
— Если я вас правильно понял, вашему мужу по распоряжению полиции запрещено здесь появляться. Я могу узнать почему?
— Да… Он мне сцены устраивал. Знаете, ревнивец такой… Угрожал. В общем, пришлось в полицию жаловаться.
— Когда он последний раз был здесь?
— Около месяца назад. А в чем дело, собственно?
— По-видимому, произошло недоразумение… — туманно сообщил Яков. — Скажите, а где работает ваш муж?
— Техником в электрической компании.
— Я могу увидеть его фотографию?
Женщина удивленно пожала плечами, тихонько фыркнула и встала.
— Сейчас… — Она вышла из комнаты и вскоре вернулась с двумя фотографиями. — Вот, пожалуйста…
Со снимка на Якова смотрел упитанный светловолосый парень флегматичного вида.
«На долговязого тощего наркомана он не похож, да и место работы серьезное…»
— Какой рост у вашего мужа?
— Метр семьдесят.
«Не баскетболист…»
Только врожденная дотошность Якова не позволила ему сразу же покинуть этот бесперспективный, с точки зрения следствия, дом.
Яков встал, рассеянно огляделся:
— У вас интересная планировка дома. Я хотел свою квартиру так же перестроить. Можно, я взгляну на расположение комнат?
— Пожалуйста… — слегка удивилась хозяйка.
Она перевела взгляд на Амоса, и лицо ее чуть изменилось — с него исчезло выражение нетерпеливого раздражения. Симпатичное мужественное лицо с небольшим шрамом на подбородке и широкие плечи, растянувшие ткань тонкой куртки, произвели на даму заметное впечатление. Глаза заинтересованно блеснули…
«Наверное, не на пустом месте тебе муж сцены устраивал», — внутренне усмехнулся Яков.
Он прошелся по коридору, заглянул в остальные четыре комнаты, сунул нос в туалет и ванную. В одной из комнат — по-видимому, детской — разглядел в полутьме спящего в кроватке ребенка лет двух.
В другой комнате обнаружилось еще одно живое существо — с верха шкафа настороженно сверкнула глазами кошка, очевидно, из осторожности решившая переждать визит незнакомых гостей на недосягаемой для них высоте.
Вернулся в салон, где хозяйка с неопределенной улыбкой разглядывала кольца на своих тонких красивых руках.
— До свидания, гверет Шор! Извините, что потревожили.
— Ничего… До свидания, — та же неопределенная улыбка и взгляд из-под ресниц в сторону Амоса.
Уходя, они столкнулись в дверях с пожилой женщиной, видимо, пришедшей посидеть с ребенком в отсутствие матери.
— Насчет Моше Шора надо будет проверить — правда ли есть такое постановление, на которое его жена ссылается, — пробормотал Яков на улице. — Но пока один адрес из списка вычеркиваем. Поехали дальше…
Глава 30
— Вот сюда нам надо, — подался вперед Амос. — В крайний коттедж. Очень даже приличный домик! Вилла, можно сказать… Только темная вся почему-то. Хозяев дома нет, что ли?
— Не торопись… — Яков медленно завернул вправо, объехал добротный, внушительного вида дом, стоявший на окраине района. — Смотри, два окна внизу горят. Ага… Вон еще одно вспыхнуло! Может, и не вся семья в сборе, но кто-то в доме есть! Сейчас мы обратно завернем…
Оставив Давида с Эрезом в машине, они подошли к калитке, чугунные прутья которой мокро блестели в свете уличного фонаря. Яков нажал на кнопку звонка, и через некоторое время они услышали женский голос по «интеркому»: «Кто там?»
Женщина, судя по голосу, была немолода и говорила с сильным русским акцентом.
— Мы из полиции, — по-русски произнес Яков. — Подойдите, пожалуйста, к калитке, мы покажем вам свои удостоверения.
— Так, а… Я не знаю ничего… — растерянно произнесла женщина. — Я просто тут со старичком сижу. А хозяев нет дома.
— Неважно. Мы вас кое о чем спросим. Не волнуйтесь, это много времени не займет. Нам необходимо поговорить
