Дмитрий поднялся последним, закрыл дверь и что-то сказал в гарнитуру.
— Лучше пристегнуться, — крикнул он, показывая на мягкие пассажирские сидения.
Внутри шум двигателя и лопастей вертолёта был не такой громкий, но Дмитрий Игоревич всё равно протянул нам с Дашей такие же гарнитуры, как у него.
— В прошлый раз были зелёные, — сказал он, показывая пальцем на свой глаз.
— Контактные линзы, — пояснил я.
— Да, необычно… Но как же твои родные? Точно не хочешь отправить их в другой мир?
Вертолёт поднялся и заложил крутой вираж, направляясь на север. В иллюминатор я увидел отца, вышедшего из дома. Мы с ним на эту тему успели поговорить. Я попросил подождать немного. Если длинноухая попытается нас обмануть, к вечеру вернусь, и мы поедем дальше на юг.
— Отправить их в случайный серый мир?.. — я покачал головой. — Вы же сами говорили, что они перенесут только тело, без одежды и всего прочего. За отца я бы не переживал, но сёстрам там делать нечего, особенно в таком виде. А что, светлых кристаллов не осталось?
Дмитрий развёл руками.
— Их было всего десяток, — сказал он. — Шесть серых мы смогли спасти, а за остальные была настоящая драка.
— Понятно. А как обстановка в городе?
— Никто не знает, что конец света уже наступил, — Дмитрий Игоревич грустно улыбнулся. — Метро не работает, поэтому в городе мёртвая пробка с самого утра. Люди спешат на работу, навестить знакомых и родственников, просто погулять в парке, пока хорошая погода. Свободно передвигаться можно только на вертолёте.
— Светлоликая приехала?
— Ночью, — он кивнул. — С целой делегацией. Про тебя долго расспрашивала, а потом заперлась в лаборатории госпожи Иены и не выходит. Слова никто не вытянул, что она хочет и какой у неё план.
— Для достижения своих целей они легко пожертвуют целым миром. Я сталкивался с ними однажды. Они приходили, чтобы проверить собственные силы. Двое парней и девушка, все моложе двадцати, под присмотром пары наставников. Спалили два больших города, убив десятки тысяч невинных жителей. Мужчин, женщин, детей, всех, кто попадался под руку. Опьянели от вкуса крови и настолько обнаглели, что направились к Великому храму в городе Хума. Помню их надменные лица, высокомерный взгляд, словно перед ними кучка насекомых. Требовали подать им верховную жрицу, чтобы молодёжь могла сразиться с ней, потренироваться и испытать свои силы. Но когда Беата вышла поприветствовать их, сразу сбежали, поджав хвост.
Я с силой сжал кулаки, борясь с нахлынувшими эмоциями. Дарья положила ладонь поверх моей руки.
— Всё хорошо, — я улыбнулся ей, затем посмотрел на Дмитрия Игоревича. — Мы с Беатой и жрицами из храма поехали в сожжённые города и насмотрелись такого, что мне целый год кошмары снились. Я на девяносто девять процентов уверен, что гибель нашего мира — это их рук дело. Поэтому не верю, что светлоликая хочет спасти нас. Скорее всего, преследует корыстные цели.
— Но ты хочешь с ней встретиться, — вставил Дмитрий.
— Если перед гибелью мира я сверну ей шею, мне будет не так обидно помирать.
— Можно и так, — почему-то согласился он. — Но перед этим выслушай, что хочет сказать. Вдруг она на самом деле знает способ спасти этот мир.
Я промолчал, уставившись в окно. Утром Дарья сказала, что огромные трещины покрыли уже всё небо и скоро даже люди смогут увидеть их. Не знала только успеют ли они удивиться этому зрелищу. Не верю, что существует сила, способная склеить разбитый мир.
Дмитрий Игоревич ничуть не лукавил, когда говорил, что Москва встанет в мёртвой пробке. Никогда не видел столько машин в одном месте. В центре города, казалось, они не ехали, а просто стояли. Лишь несколько улиц оставались свободными, где их перекрыли военные, как возле НИИ. Вертолёту едва хватило места, чтобы сесть на площади перед высоким зданием. Внутри же нас встречала целая делегация во главе с начальником лаборатории Корниловым.
— Хорошо, что вы смогли добраться так скоро, — сказал он, делая приглашающий жест в сторону лифтов. — Госпожа Лиа уже несколько раз жаловалась, что у нас не осталось времени.
Я взял Дашу за руку, подтягивая ближе, так как она привлекала слишком много внимания. Несколько японцев в строгих костюмах смотрели на неё как-то недружелюбно, в отличие от их спутниц, одетых в традиционные кимоно. Женщины эмоции скрывали куда лучше. Один из гостей, немолодой лысоватый японец что-то сказал, обращаясь ко мне, затем посмотрел на Корнилова.
— Господин Никайдо хочет поговорить с Вами, когда всё закончится, — перевела его слова одна из женщин в кимоно.
— Если буду в настроении, — отозвался я, оглядывая просторный холл. Одарённых видно не было, но ощущалось присутствие кого-то сильного и незнакомого.
— Я бы тоже хотел поговорить с тобой, — тихо сказал Корнилов. Мы остановились напротив дверей лифта, и он приложил ладонь к сканеру. — В лабораторию кристаллов посторонним нельзя заходить, поэтому с вами пойдёт только переводчик. Не знаю, что они задумали, но я могу настоять на присутствии моего человека.
— Не нужно, — я жестом остановил его, пропустил Дарью в лифт и остановился на секунду. — Очень надеюсь, что у неё есть план.
— Они привезли с собой несколько ящиков, — так же тихо сказал он, бросив короткий взгляд на японцев. — Думаю, что там кристаллы.
Я кивнул и вошёл в лифт. На панели было всего три кнопки со стрелочками, чтобы не ошибиться. Женщина в кимоно нажала на самую верхнюю и с опаской отступила в сторону от нас. Уставилась в пол, чтобы не встречаться взглядом с Дарьей. Странно, что я в этот момент совершенно не нервничал. Устал немного из-за бессонной ночи. Знак чёрного солнца на спине вытягивал последние силы. Казалось, что стоит закрыть глаза и я в тот же миг усну.
Двери лифта открылись, явив просторный коридор и высокую, красивую женщину лет двадцати восьми. Ходили слухи, что все длинноухие женщины переставали стареть в этом возрасте. В тёмных мирах говорят, что светлоликой красотке, стоявшей перед тобой, может быть лет семьдесят или даже девяносто. Девичий голос, нежная кожа без морщин, ясный взгляд, но внутри холод и тьма. Я даже не мог сказать, что она думает, так как её лицо больше походило на изящную маску, вырезанную из белого мрамора.
Женщина заговорила сначала на незнакомом языке, посмотрела на нас, затем перешла на японский.
— Госпожа Лиа рада видеть Вас, — перевела её слова японка, говорившая с сильным акцентом. Кимоно мешало ей нормально ходить, поэтому она засеменила вперёд, спеша встать рядом с хозяйкой.
— Это вряд ли, что рада, — сказал я. — Давай ближе к делу. Ты сказала, что сможешь удивить
