не только его, но и оба мира, запятнавших себя этой магией. Как я уже говорила, у нас есть соглядатаи даже среди дами в вашем любимом храме, я лично получала от них отчёт каждые полгода. Надеюсь, тебе хватит ума молчать о том, что здесь произошло.
Мы молча смотрели друг на друга. Она быстро бледнела и держалась только на силе воле. Камень же продолжал впитывать кровь, наполняясь молочным туманом.
— Зачем вы явились в этот мир? — спросил я, догадываясь, какой будет ответ.
— Всё ради него, — она показала на кристалл. — Это очень хороший мир, богатый и щедрый. Лишь один из десяти тысяч миров может породить такой исключительно чистый кристалл. Наш император очень боится внезапной смерти, если ты понимаешь, о чём я говорю. Иена из дома Азара сейчас очень зла, и это греет мне душу. Она была уверена, что смогла забрать его с собой.
— Души у тебя нет, — сказал я. — Ни у кого из вашей расы. Её отрезают вместе с пуповиной при рождении.
— Ты умеешь красиво говорить, — она с любопытством посмотрела на меня. — Жаль, что мы не встретились раньше…
Она обессиленно опустилась на пол, вцепившись бледной рукой в край кадки. Переводчица бросилась к ней, успев порвать кимоно и сделать несколько повязок.
— Она разрушила твой мир, а ты пытаешься спасти её, — сказал я женщине.
— Госпожа Лиа не такая, — ответила та, по-моему, даже не поняв, в чём я её обвиняю.
— Василий, — Даша подняла с пола перочинный нож. — Пожалуйста, спаси мою маму и брата. Я сделаю, всё что угодно, просто спаси их.
Я не успел схватить её за руку, а она уже чиркнула себя ножом по запястью и зашипела от боли.
— Глупая девчонка! — выругался я. — Она же сказала, что нужно немного крови. Палец бы порезала или ладонь.
— Так быстрее, — роняя слёзы, улыбнулась Дарья. Она вытянула руку над кристаллом.
Красный ручеёк крови мгновенно впитывался, превращаясь в чёрные клубы, и словно чернила начал окрашивать кристалл.
— И как он работает? — зло спросил я. — Где у него кнопка?
— Я думаю, что достаточно положить на него руку, — сказала Дарья. — Постой, он ещё не потемнел.
— Чёрт бы вас всех побрал! — выругался я. — Особенно этих длинноухих тварей! Ненавижу!
По-моему, я ругался сразу на трёх языках, включая язык дами. Несколько выражений были настолько крепкими, что на щеках у Дарьи проступил румянец.
— Рану зажми, — зло сказал я. — Выше пореза и крепче. Подожди, помогу.
— Потом, — она остановила меня взглядом, зажимая порез на руке. — Со мной всё будет хорошо.
Я с опаской покосился на ставший абсолютно чёрным кристалл. Я о них вообще ничего не знал и прикасаться к этой штуке не хотелось. Не было полной уверенности, что светлоликая Лиа не обманула нас. С насмешкой подумал: позволит ли она перелить себе человеческую кровь? Хотя какая сейчас разница? Тут миру остался день, максимум два перед тем, как он разрушится. Интересно, как это будет выглядеть?
Переводчица успела замотать рану светлоликой, но не остановила кровь. Она попыталась поднять её и сразу поняла, что не сможет. Вскочив, выбежала из лаборатории за помощью.
— Ладно, пусть будет по-твоему! — зло сказал я, глядя на бледное лицо женщины. — Если обманула, я тебя на том свете достану.
Кристалл на ощупь оказался неожиданно тёплым, а внутри клубилась непроглядная тьма. Я перевёл взгляд на Дарью, но вместо неё на меня смотрел крепкий парень четырнадцати лет, одетый в тёплую куртку и джинсы. Тёмно-русые волосы подстрижены на модный спортивный манер. За плечами серый рюкзак с учебниками, тетрадками и сменной одеждой для физкультуры. Он смотрел на меня сонно, держась за поручень. Чем он недоволен и почему с утра пораньше у него такое кислое выражение лица? И почему за стёклами позади него непроглядная чернота?
⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ Конец первой части.
⠀⠀
Часть вторая
⠀⠀
⠀⠀
Глава 1
Глядя на отражение в стекле, я не сразу осознал, что происходит. Будто во сне… Повернулся, удивлённо осматривая салон троллейбуса, неосознанно сделал два шага и замер. Я хорошо помнил всех этих людей! Двух сестёр, обучающихся в медицинском вузе, пожилую пару, провожавшую в школу внука, грубую женщину, опаздывающую на работу. В центре салона стоял бородатый упитанный мужчина, читающий книгу. Я даже помнил, как его зовут и что на самом деле он очень добрый и храбрый. А вот рядом с ним парень в кожаной куртке и вязаной шапке. Этого надо придушить сразу, как выпадет удобный случай.
— Чертовщина, — раздался мужской голос. — Что такое?
В этот момент салон ощутимо тряхнуло. Я попытался схватиться за поручень, но промахнулся. Троллейбус рухнул с небольшой высоты в воду, подняв тучу брызг. Меня подбросило, с такой силой ударяя головой о край люка, что из глаз посыпались искры. Вроде бы я сбил кого-то с ног, падая обратно и больно приложился спиной обо что-то твёрдое. В этот момент салон наполнился гомоном десятков голосов, удивлённых и напуганных. Громче всех ругался бородатый мужчина, пытавшийся сорвать специальный молоток, чтобы разбить стёкла и выбраться из быстро тонущего в болоте троллейбуса. Я почувствовал на лице что-то тёплое и липкое, оно заливало глаза. Меня кто-то толкнул, переворачивая на бок, а сил подняться и пошевелиться не было. Мир вокруг поплыл, затем резко потемнел и я провалился в темноту.
Бред в горячке — странная штука. Ты вроде спишь, но иногда слышишь, что происходит вокруг, видишь обрывки картин, чувствуешь холод и нестерпимый жар. В голове то вспыхивала, то угасала единственная мысль, чтобы мы как можно быстрее уходили из болот и не приближались к пещерам, где жили пятнистые собаки. Первыми они обязательно сожрут тех, кто не может долго бежать. Затем будут идти по нашему следу, постепенно настигая остальных. А я ведь крепкий парень, хорошо плаваю, быстро бегаю, меня они не догонят и не съедят. Находясь в полусознательном состоянии, я всё бежал и бежал от этих страшных тварей, больше похожих на гиен, чем на собак. Они преследовали меня даже во сне, подкрадывались и рычали, клацали челюстями и с хрустом грызли кости.
Первый раз на короткий миг я проснулся ночью, или поздно вечером, так как вокруг была темнота и свет исходил только от костра. Сильно пахло дымом и болотом. Кто-то спорил, кричал и ругался, говорил, что надо бросить больного, потому что иначе погибнут здоровые. Неприятный мужской голос
