Я рассматривала несколько вариантов: роскошные современные пентхаусы со стеклянными стенами и видом на «Лондонский глаз»; квартиры в старых особняках, с витражами и высокими потолками, с комнатами, в которых можно было бы разместить рояль. Я представляла, как жила бы в той квартире… или в другой. У меня было бы столько свободы! Родители не указывали бы мне, что делать. Раф мог бы переехать ко мне… Мы могли бы делать всё, что захотим…
«Финансовая свобода — это лучшее, что может быть,
но настоящая независимость наступает лишь тогда, когда ты к ней готов. Если мысль о самостоятельной жизни вызывает у тебя страх и тревогу —
ты не готов».
Поэтому я поручила Кевину, своему банковскому менеджеру, помочь моим родителям найти большой и красивый дом в Тайт-Грин, где у каждого было бы много места. Он оформил какую-то сделку, по которой мы все оплачивали часть ипотеки ежемесячными платежами, а мой крупный первоначальный взнос позволил нам сохранить старый дом и сдавать его в аренду.
«Персональный банковский менеджер поможет тебе разобраться
в сложных сделках и инвестициях, а трастовый фонд обеспечит
регулярный доход и защитит большую часть твоих средств».
Примерно в то же время мама Джаспера продала дом на Мельбурн-авеню и переехала в Борнмут[107], а Джаспер, Сильвия и Джордж арендовали дом моих родителей. Так что Раф теперь в основном спит в моей старой спальне, а иногда, когда мамы, папы и Наташи нет дома, — в моей новой.
Наташа щёлкнула пальцами у меня перед носом:
— Просыпайся, мечтательница! Ты дашь мне денег или нет?
Я растянулась на своей совершенно потрясающей, упругой двуспальной кровати с кованым изголовьем и атласным покрывалом.
— Наташа, ты прекрасно знаешь, что мама убьёт меня, если я подорву её авторитет. К тому же, тебе придётся убедиться на собственном горьком опыте, что деньги не растут на деревьях.
Наттерс широко распахнула глаза, обиженно вытянула губы трубочкой и глубоко вздохнула.
— Шу-чу! — пропела я и вытащила из кошелька двадцать фунтов. — Только не говори маме с папой.
— Конечно, не скажу! Я уж было испугалась, что ты перешла на «тёмную сторону».
— Может, я так и сделаю, если меня даже не поблагодарят, — пробормотала я, но она уже говорила по айфону, который я подарила ей на день рождения.
«Рождество и дни рождения после того, как ты выиграл в лотерею, превращаются в кошмар. Все ждут от тебя невероятных подарков, подпитывая это месяцами недвусмысленных намёков и огромным давлением».
Я бы хотела, чтобы они все приняли ислам и в следующем году получили в подарок лишь символические пожертвования на благотворительность.
— Привет, Моллс, я выманила у Лии двадцать фунтов, встретимся в «Старбаксе»?
Хм. «Новая» Наташа не вызывала у меня доверия. Ладно, мне нравились все её ссоры с мамой и папой — было так приятно оказаться вне перекрёстного огня, — но, на мой взгляд, она стала чересчур напористой. Несмотря на то, что я любезно предложила познакомить её с Маркусом и узнать всю правду о музыкальном бизнесе, она по-прежнему была абсолютно убеждена, что выиграет в шоу «Британия ищет таланты» и станет большой звездой.
Ну что ж. Каждому из нас приходится совершать свои собственные ошибки.
Я убрала тетрадь в сумку и отправилась на Бродвей, чтобы встретиться с Шазией в кафе. Она уже ждала меня с чашкой горячего шоколада. Боюсь представить, как бы я справлялась без неё. Теперь, когда я к этому привыкла, я по-настоящему ценила то, что она была так равнодушна к моим деньгам. Жаль только, что она так и не согласилась поехать с нами всеми на Ибицу этим летом.
«Лучше всего выбирать специализированные туристические агентства.
Как правило, они сами посещают те места, которые продают».
— Привет, Шаз, ты не передумала? — спросила я, заранее предвидя её ответ. Ключевое различие между нами с Шаз заключалось в том, что она не любила долго раздумывать над выбором, а я предпочитала всё тщательно взвесить.
Но даже Шаз смогла меня удивить. Широко улыбнувшись, она спросила:
— Ну, не совсем, но угадай, куда мои родители собираются в отпуск?
— Нет! Шаз! Нет! Не может быть!
— Всего в нескольких милях отсюда! Мы сможем встретиться!
— О, Шаз, это самая лучшая новость на свете!
— Что за лучшая новость? — поинтересовался Джек, подойдя к нашему столику.
— Шаз едет на Ибицу!
Джек улыбался так, словно снимался в рекламе ополаскивателя для полости рта.
— Я не останусь с вами… Мы остановимся неподалёку, — поспешно добавила Шаз, слегка наклонив голову, чтобы скрыть румянец.
Джек тяжело опустился на стул рядом с ней и произнёс:
— Это самая крутая вещь, которую я слышал с тех пор, как Лия решила выкупить маникюрный салон моей мамы.
— Это был лучший способ расширить нашу пекарню, — подчеркнула я. — Дело было не в том, что она твоя мама, или я чувствовала себя виноватой, или что-то в этом роде. Это была чисто деловая сделка. Мы просто не могли развиваться без расширения кухни.
— У вас сейчас ремонт, верно?
— Да, и я уже обсудила с архитектором возможность обустройства верхнего этажа в своего рода мастерскую. Чтобы я могла больше заниматься винтажной одеждой, кастомайзингом[108], ну вы понимаете. У меня полно идей. Я знаю, что не смогу многого добиться, пока не получу аттестат зрелости и не поступлю в университет, но начать-то можно, правда?
«Без должной квалификации жизнь может стать довольно скучной,
даже если не думать о деньгах. На самом деле, отсутствие финансовых забот может сделать её ещё более тусклой».
— Что ты всё время пишешь в своей тетради? — потребовал Джек.
— А, да просто записываю свои мысли. Подумываю написать книгу. Советы для тех, кто выиграл в лотерею. Для таких же подростков, как я. Это гораздо сложнее, чем кажется.
Джек выплюнул облачко крошек от круассана.
— И кто же это будет читать? Пособие по саморазвитию для тинейджеров-миллионеров? Советы Лии для выигравших в лотерею? Ты, наверное, шутишь?
— Отличная идея, — поддержала меня верная Шаз.
— Что ж, надеюсь, ты добавишь туда яркие моменты своей личной жизни, Лия, иначе она будет довольно скучной.
Я легонько шлёпнула его.
— Ах, вот как? Ну, во-первых, я не из тех, кто любит потрепаться о похождениях, а во-вторых, книга не будет продаваться. Я отдам её Джильде, чтобы она могла передавать её подросткам — победителям лотереи.
— Чтоб мне провалиться, Лия! У тебя достаточно денег, чтобы помочь тысячам людей по всему миру, а ты беспокоишься о победителях лотереи?
— Не только о них, — возразила я, — но и о нас тоже. И я пытаюсь помочь многим другим людям другими способами.
— Это правда, — согласилась Шаз. — Как ты думаешь, почему она хочет изучать международное право в университете?
— Понятное дело, наша юная Лия — просто святая. Видимо, это всё наше хорошее влияние, Шаз. Я знал, что в конце концов мы её образумим. Да, кстати, Лия, Рэйф сказал, что ему нужно подменить своего брата через дорогу. Думаю, он будет рад тебя видеть.
— Не называй его так!
— Мой хороший друг Рэйф? Он не будет возражать…
И он бы не стал, я знала это, ведь с тех пор, как Раф получил место в школьной команде «А», а Джек стал работать посменно в папиной пекарне, они стали закадычными друзьями.
