как сильно я бы хотел трахнуть ее, если бы только не был заперт в твоей мучительной компании.
Я вздрагиваю, и он кивает.
— Прости, — говорю я снова. — Я не… Я не знаю, что сказать по этому поводу. Ты же знаешь меня, ты знаешь, что я бы никогда так не сказала.
— Может, я и не знаю, — предполагает он, натягивая куртку обратно. — Может, я только думал, что знаю.
Я даже не знаю, будет ли он восприимчивым — он ни разу не поцеловал меня в губы, когда трахал последние два раза, — но я поднимаюсь с кровати, чтобы встать перед ним. Я нервничаю, и мои мысли возвращаются к нашему первому поцелую в баре, но мне становится грустно. Это кажется почти кощунственным, но я хватаю галстук, который он только что поправил, и притягиваю его к себе, чтобы прикоснуться губами к его губам. Он отвечает не сразу, но потом отвечает, его руки обвиваются вокруг меня, притягивая к себе, его язык проникает в мой рот. Конечно, теперь моя кровь начинает бурлить, сердце колотится в груди, когда он целует меня, прикасается ко мне, притягивает к себе.
Мы оба немного запыхались, когда он наконец отстраняется, но он также выглядит немного потерянным.
Хотела бы я знать, как это исправить. Хотела бы я знать, как убедить наименее доверчивого человека в целом мире, что, хотя все логические признаки указывают на обратное, я его не предавала.
Поистине невыполнимая задача.
— Он никогда больше не прикоснется к тебе, — заявляет он немного хриплым голосом. — Никто не прикоснется.
— Хорошо, — говорю я. — Я только хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне.
— Хорошо, — ровно отвечает он.
Глава Двадцатая
Не могу точно сказать почему, но меньше всего я ожидал, что Винс будет охранять мою дверь.
Но вот он стоит за дверью спальни Матео. Судя по его угрюмому виду, он предпочел бы заниматься чем угодно, но не этим.
Впрочем, я тоже. Я здесь всего один день, а мне уже так скучно, что хочется плакать. Ужины по- прежнему отменяются, и я даже не знаю, чем Матео занимается весь день, но он ушел утром и, несмотря на то, что было около восьми часов, до сих пор не вернулся.
Выглянув за дверь, я спрашиваю Винса: — Ты абсолютно уверен, что мне нельзя выходить?
— Никогда в жизни я ни в чем не был так уверен, — сухо отвечает он.
— Тогда почему бы тебе не зайти, — предлагаю я. — Тебе, должно быть, тоже здесь скучно. У Матео есть игры? Я знаю, что в комнатах для прислуги есть несколько штук. Мария неравнодушна к скрэбблу. Принеси игру; давай узнаем друг друга получше.
— Я должен охранять тебя, а не играть с тобой в игры.
— Ты не можешь сделать и то, и другое? Ты парень моей лучшей подруги, и я ничего о тебе не знаю.
— Она твой единственный друг, — заявляет он.
— Вот почему она у меня лучшая. Пошли, — уговариваю я, приглашая его войти.
— Матео, вероятно, не понравилось бы… — Он останавливается, склонив голову набок. — Э, ладно.
— Это не тот уровень изобилия, на который я надеялась, но я приму это-, - говорю я ему.
Поскольку я потеряла права доступа к телефону и Винсу приходится охранять меня, он должен отправить Шери забрать нашу игру. Я знаю, что на самом деле есть другие комнаты, смежные с комнатой Матео, где мы могли бы посидеть за столом и поиграть, но мне не разрешают покидать спальню, поэтому мы раскладываем игру на кровати.
Когда я объясняю это Винсу, у него, кажется, еще меньше энтузиазма, что говорит о многом, потому что, черт возьми, может ли этот ребенок размышлять.
— Сюда зайдет Матео и увидит меня на кровати с тобой, он собирается оторвать мне голову.
— С доской для игры в скрэббл между нами, — говорю я, закатывая глаза. — Я понимаю, насколько это невероятно сексуально, но я думаю, что он сможет это понять.
Он качает головой, но все равно садится на край кровати. — Тебе нужно быть осторожнее.
— Очевидно, у меня может быть роман с мужчиной, которого я даже никогда не встречала, поэтому я не думаю, что осторожности достаточно. С таким же успехом я могла бы наслаждаться жизнью, верно?
Приподняв бровь, он говорит: — Я не знаю, я слышал, что тебе присылают текстовые сообщения.
— Я кажусь тебе неразумной, Винс? Если бы я хотела изменить Матео Морелли, тебе лучше поверить, что у меня хватило бы ума удалить текстовые сообщения, — заявляю я, высыпая буквы на кровать. — Вытащила SIM- карту, выбросила телефон в водоем, по какой- то причине подожгла свою одежду. Я бы заметала следы, как будто это моя работа, а не оставлял бы чертов телефон валяться где попало, чтобы он его нашел.
Он кивает, соглашаясь со мной в этом, и больше не спорит. У меня не складывается впечатления, что ему наплевать, изменила ли я Матео, поэтому я не чувствую необходимости защищаться.
— Так что, не пойми меня неправильно, но я не думала, что ты будешь новым Адрианом.
Он криво улыбается, забирая буквы, которые я раздаю, и кладет их на свой поднос. — Я не такой. Адриан обычно не занимается подобными вещами — я имею в виду, он делал это с тобой и Мией, но это потому, что Матео был вовлечен в те игры и расследования, которые он хотел, чтобы Адриан провел для него. Охранять дверь легко. Это могла бы сделать обезьяна. Адриан был слишком квалифицирован.
— И все же Адриана послали отвезти меня за китайской едой и платьями? Спрашиваю я, приподнимая бровь.
— Он знал, что Адриан защитит тебя, — просто говорит Винс. — Возможно, ты еще не поняла, это довольно большой секрет, но Матео? Он параноик.
— Я бы тоже была параноиком, если бы люди приходили убивать меня направо и налево, — заявляю я, делая первый поворот и доминируя с 'зеброй'. — Надеюсь, тебе нравится проигрывать, — говорю я Винсу, победоносно вскидывая руки.
— Да, но то, как он обращается с людьми, не совсем хорошо сказывается на отношениях.
Я киваю, но ничего не комментирую. Я знаю, что он прав, просто мне кажется, что над Матео стоит немного поработать.
— Не то чтобы я должен был тебе это говорить, — добавляет он, глядя на свои буквы. — Ты в позолоченной клетке из- за романа, которого у тебя даже не было. И, вероятно, это даже не последний раз, когда тебе приходится иметь дело с этим дерьмом. Он думает о
