class="p1">– Вот именно, – кивнула я. – Это как отношения без обязательств, но меньше коммуникаций.
Я была готова привести этот план в действие прямо здесь и сейчас, но видела, что Сэм все еще думал об этом, что-то прокручивая в голове. А потом я снова заметила на столе его несчастный недоеденный сэндвич, и мне стало стыдно за этот не слишком приятный день после идеальной прошлой ночи.
– Послушай, – проговорила я, – несмотря ни на что, мы все равно можем быть друзьями, верно? Коннер пригласил меня на фейерверк в честь Четвертого июля – на самом деле он собирается в этот вечер сделать предложение Шани. Но, если что, я тебе не говорила! Тебе стоит прийти, если у тебя еще нет планов. Что скажешь?
Сэм провел рукой по волосам.
– Возможно, у меня будут планы, – сказал он таким тоном, что я решила, что это не так. – Могу я ответить позже?
– Конечно, – произнесла я, стараясь не обидеться. Четвертое июля, в любом случае, было самым худшим праздником. Я ненавидела фейерверки и безоговорочный патриотизм. И я не могла винить его за то, что он не был в восторге от возможности провести время с женщиной, которая бросила его этим утром. – Мы можем вести себя как ни в чем не бывало.
Он издал короткий смешок, больше похожий на вздох.
– Думаю, в этом-то наши мнения и расходятся. Но я дам тебе знать.
* * *
Вернувшись к себе домой, я плюхнулась на кровать, потому что все еще чувствовала себя уставшей, а еще потому, что в этом месте мне больше негде было отдохнуть. Я совершенно забыла о Ленор, которая пряталась под кроватью, пока она не вылезла и не замяукала. Она настороженно посмотрела на меня, а затем запрыгнула мне на живот, и ее маленькие лапки начали мять мою футболку.
– Что это? – удивилась я. – Что ты делаешь?
Я пожалела, что не могу дотянуться до библиотечной книги о кошках, чтобы посмотреть, что означает такое поведение. Я предположила, что это не был акт агрессии, потому что она не казалась напряженной. Она даже начала мурлыкать и облизывать то место, где разминала. Я чувствовала шершавость ее языка сквозь влажную ткань.
Она что, пыталась ухаживать за мной?
– Это немного странно, – проговорила я. – Не буду врать.
Но я позволила ей продолжать, потому что, казалось, это делало ее счастливой. Я протянула руку, чтобы попробовать погладить ее по спине. Ленор слегка вздрогнула, как будто не была уверена, что ей это нравится, а затем снова принялась лизать мою футболку. В конце концов я смогла положить ладонь ей на макушку и несколько раз погладить, против чего она, казалось, не очень возражала.
– Ты, наверное, кишишь блохами, – предположила я. – И, держу пари, ты роешься в чужом мусоре, не так ли, грязная мусорная кошка? Я собираюсь называть тебя DTC вместо Ленор.
Ее вроде бы совсем не беспокоила смена имени, она просто продолжала отвратительно и в то же время почти мило облизывать мою одежду. Я сразу же почувствовала неловкость и была вынуждена поправить себя.
– На самом деле, не буду, – пообещала я. – И говоря «грязная мусорная кошка», я с величайшим уважением отношусь к твоему уличному опыту. Просто хочу сказать, что нам нужно отвезти тебя к ветеринару и немного привести в порядок.
Я полезла в карман за телефоном и быстро сфотографировала Ленор, которая получилась черным пятном на моем фоне. И все же я надеялась, что Элисон поймет, кто там на снимке, когда получит его. Ее ответ пришел через несколько минут.
«Такая милая!!! Рада, что ты решила ее оставить».
Я провела пальцами по экрану телефона, нащупав зазубренный край одной из трещин, и отправила свой ответ, прежде чем успела передумать.
«Понятия не имею, что делаю. Не могла бы ты встретиться со мной как-нибудь после работы, чтобы помочь мне купить все необходимое?»
Если бы она сказала «нет», я бы не обиделась. Вероятно, она была очень занята, разрываясь между работой и очередным фестивалем Epcot food или чем-то еще, что будоражило диснеевцев. И я, наверное, могла бы сама решить, что купить – возможно, в библиотечной книге даже имелся список рекомендуемых продуктов. Как только Ленор прекратит свои причудливые облизывания и разминания, я встану и почитаю об этом. Моя футболка уже промокла насквозь.
В ответ Элисон прислала гифку, где мистер Бернс сцепил пальцы домиком. Очень смешно. Я и забыла, сколько эпизодов «Симпсонов» мы посмотрели с ней в средней школе.
Она сообщила, что сегодня у нее выходной, и предложила встретиться в зоомагазине рядом со старым «Данкин Донатс».
Я удивилась тому, что сразу поняла, о каком именно месте она говорит. Вход «Данкин Донатс» всегда украшали статуи розового слона и красного верблюда.
Семнадцать
Пока мы делали покупки, Элисон пыталась объяснить мне тонкости содержания кошек – кормление, кошачий туалет, переноска, – но мне было трудно сосредоточиться, я все время думала о том, как рассталась с Сэмом. Элисон даже пришлось отобрать у меня телефон и самой записать нас на прием к ветеринару, потому что я все время запиналась и заикалась, отвечая на элементарные вопросы, например, сколько, по-моему, лет кошке и по какому номеру лучше всего со мной связаться.
– Эй! – сказала она, закончив разговор и возвращая мне мой телефон. – Ты справишься. Уверяю, это не сложно. За кошками не нужно особо приглядывать, за исключением тех случаев, когда они срыгивают комочки шерсти или опрокидывают твой напиток. Хочешь, я схожу с тобой к ветеринару?
– Ты и так уже слишком много сделала, – замялась я, хотя на самом деле мне хотелось сказать: «Да, боже, пожалуйста, помоги мне, потому что я не вывезу». – Но позволь мне хотя бы угостить тебя кофе, если считаешь, что у нас есть время, прежде чем этот кот разнесет весь дом.
– О, кошкам на это требуется всего две десятых секунды, – сказала Элисон и рассмеялась, увидев, как расширились мои глаза. – Но я очень сомневаюсь, что Ленор сейчас затевает что-то нехорошее. Похоже, она все еще напугана новым окружением.
Мы погрузили все припасы в мою машину и отправились в соседнее здание выпить кофе, при этом Элисон все время болтала о кошках. К тому времени, как мы сели за столик, она показала мне по меньшей мере тридцать фотографий, сделанных у нее дома.
– Это, должно быть, Мориц? – Я указала на фотографию мужчины, целующего серую полосатую кошку. У него были темные вьющиеся волосы и родинка на щеке. – Спасибо, что поместили сюда хоть одну фотографию своего супруга. Он симпатичный.
Элисон улыбнулась, возвращаясь
