такое не прошло: он был немногим тяжелее «Барса», поворачивался быстро, так что Мелиса не успела увернуться от его залпа.
Осознав свою ошибку, она скачками попыталась разорвать дистанцию, уйти в спасительный лабиринт, но «Страж» не позволил — точным выстрелом он свалил вражескую машину.
Все, конец…
Чертовски жаль, но Мелиса все равно выступила более чем достойно.
Единственное, о чем я переживал, — выжила ли она после последней атаки?
В этот момент из лежавшей и горевшей машины вылетело кресло с пилотом.
Мелиса жива.
Я облегченно выдохнул.
— Что, настолько не хотелось жениться? — поинтересовался у меня Барон Круа с ехидной улыбкой.
— Я переживал за вашу воительницу.
— А-а-а… ну да, — хмыкнул он.
— Вы возьмете ее в гвардию? — спросил я.
— Конечно. Такими кадрами не раскидываются.
— На офицерскую должность?
— Обойдется, рядовым воителем.
— Но почему?
— А чтобы не зазнавалась. И не подставлялась так глупо! Она могла победить их всех, но начала рисоваться, забыла о последнем противнике, за что и получила.
Я согласно кивнул. Он прав, девчонка действительно упустила свой шанс стать легендой Испытаний, хотя она все равно выступила отлично.
До следующего боя было еще несколько часов, и барон предложил посетить какой-нибудь ресторанчик.
Я с радостью согласился.
После обеда, сославшись на дела, решил их оставить.
— Не забудь, — схватив меня за рукав, заявила Кари, — ты проиграл и завтра идешь на свидание.
— Я помню, — грустно вздохнул я, — но Мелиса не победила всех противников. Так что ты тоже мне должна…
— Нет, договор был другим! — возмутилась Кари.
— А ты вспомни, — ехидно усмехнулся я и повторил, — «если не победит в испытании». Победил пилот «Стража».
— Ты жук… — возмутилась Кари.
Я лишь рассмеялся, пожал плечами и отправился по своим делам.
Глава 16
Выверт судьбы
Ничем особо важным я в тот день не занимался. Айзу найти так и не удалось, а Гриф был занят, поэтому, прослонявшись до вечера по городу, я вернулся домой, где еще раз пересмотрел запись боя.
Тогда-то до меня и дошло, что происходило в последние его минуты. Воитель «Стража» давно заприметил противников, но не стрелял по ним, и это было логично. Выстрелить в Мелису, пока она была занята боем с другим, ниже достоинства воителя. Добить «Хранителя» — глупо, свои бы не поняли.
А вот «Хранитель», лишившийся рук, выманил Мелису в центр арены, в точку, которая простреливалась со всех сторон, то есть поступил подло. Намного честнее было бы, если бы он просто катапультировался, когда стало понятно, что проиграл. В конце концов, Мелиса на это купилась и вышла, поэтому получила свое.
И да, барон был прав: она расслабилась и сама себя подставила.
* * *
На следующее утро поваляться в постели мне не позволили.
В 8 заявился гвардеец из «Волчьей стаи», причем не «парадный», а настоящий. Впрочем, при себе отец других и не держал, хоть воители, заслужившие славу и почет, очень не любили эту свою обязанность — быть гонцами при графе.
— Граф ожидает вас к 11, — сквозь зубы буркнул гвардеец.
— Спасибо, — кивнул я. — Гвардеец, могу задать вопрос?
Он бросил быстрый взгляд куда-то в глубину комнаты. Уверен, он увидел мой мундир, обратил внимание на мои лейтенантские погоны и нашивку, обозначающую принадлежность к гарнизону Вергин-4. Похоже, гвардеец знал, что это за место, и понял, что в отличие от некоторых мое звание и мундир не для красоты и престижа, а подлинные. Скорее всего, именно поэтому он кивнул: «Задавайте, лорд».
— Где сейчас воительница Айза? В казарме или…
— Воительница Айза? — нахмурился воин.
— Да, она одна из вас, из «Стаи»…
— Среди нас нет никого по имени Айза, — с раздражением заявил гвардеец, резко развернулся и пошагал прочь.
Хм, чего это он? Понятное дело, что я спрашивал его о воителе из первого отряда, к которым «вторые» относятся далеко не лучшим образом. Но вот так заявить, что Айзы среди них нет, то есть она не является одной из «Стаи»…
Интересно, как и из-за чего можно было завоевать такое «уважение» сослуживцев?
Времени у меня было предостаточно — два часа как минимум, затем пришлось бы торчать у дверей отцовского кабинета. Нужно было явиться чуть раньше назначенного срока: отец очень не любил опозданий…
Я быстро привел себя в порядок: умылся, побрился, забросил форму в автоматический паровой шкаф и уже через час выглядел, как будто сошел с обложки модного журнала.
Вот только настроение мое было ниже плинтуса, ведь о чем со мной желал говорить отец — вовсе не было большим секретом. В том смысле, что я отлично знал — как бы ни начался наш разговор, о чем бы о ни был, сведется все к одному: я должен стать асессором.
Что ж, не только у меня сегодня будет плохое настроение — я его испорчу отцу, так как становиться асессором, приносить клятву я не планировал.
К черту! Пусть снова отправляет на Вергин или еще в какую дыру, но асессором я не буду…
* * *
В приемной, примыкающей к отцовскому кабинету, под стенами стояли, в креслах сидели, на диванах возлежали вельможи самой разной степени важности.
Советники графа, бароны, представители малых домов и лорды миноров, чиновники всех мастей с отчетами и предложениями и всякий прочий люд, чьи профессии и статус я определить затруднялся.
Все они исподтишка бросали на меня озадаченные взгляды, силясь понять, кто же я такой есть. Ну еще бы, на публичных мероприятиях я бывал нечасто. Имею в виду, в графском ложе, предпочитая места попроще, ну а на официальных приемах тронов было всего три: графа, его супруги и его наследника. Для меня там места не было, поэтому в лицо второго сына графа Тирра знали очень и очень немногие, а потому и пялились сейчас, явно недоумевая, как меня сюда вообще пустили.
— А что же этот лейтенант какого-то неизвестного гарнизона делает в приемной самого графа Тирра?
Я повернул голову и тут же расплылся в улыбке.
Рядом со мной сидел сам Мурен Азолай, барон Крада.
— Дядя!
Мы крепко обнялись, чем наверняка вызвали недоумение у присутствующих, которые дядю явно знали. Впрочем, в этом я уверен, многие из присутствующих либо узнали меня, либо догадались, кто я есть.
— А ты заматерел, —
