образом?
— Я не планирую мятеж, не организовываю восстание, — поспешно заявил я, — но, чтобы повлиять на Рикара, чтобы защитить себя, а ведь ты знаешь, как он ко мне относится, я должен иметь…силу. Противовес его возможностям.
— К примеру, иметь на своей стороне большую часть воителей? — хмыкнул отец.
— Как вариант.
— Это и называется мятежом.
— Я не собираюсь его свергать, — поморщился я, — но если он будет уничтожать графство, то ему нужно будет помешать. Иначе случится настоящий мятеж, и тогда…
— Ты так говоришь, будто это факт. Будто Рикар однозначно загубит графство.
— Не хочу тебя обманывать, — вздохнул я, — но я действительно считаю его как правителя несостоятельным. Он просто для этого не подходит.
— А ты, значит, подходишь? — усмехнулся отец.
— Без понятия, — пожал я плечами, — оценить себя объективно я не могу. Но скажу так: был бы не в восторге, если бы мне пришлось стать графом. Меня манит совершенно другое.
— Мечтаешь о блестящей военной карьере?
— Да!
— Но, если придется, мог бы править графством?
— Думаю, что мог бы. Во всяком случае, в отличие от Рикара я умею слушать советы.
— Вот смотри, как забавно получается, — вздохнул отец, — графом ты станешь, если будет надо. Я тебе говорю, что ты должен стать асессором. И там, и там от тебя будет требоваться одно и то же…
— Но есть одно маленькое отличие… — перебил я его.
— Какое?
— Если я буду асессором — мне придется подчиняться идиоту.
— Ты говоришь о своем брате!
— И что? Он идиот. Самовлюбленный, упрямый болван!
— Ты забываешься…
— Ты хотел поговорить начистоту, а теперь орешь на меня за то, что я говорю тебе правду⁈ — я вскочил со своего места и вдруг оказалось, что я стал выше своего отца. Я глядел на него сверху вниз.
У отца дернулась щека: он был раздражен до предела. Все же, к моему удивлению, он взял себя в руки и успокоился.
Отец обошел стол, сел в свое кресло.
— Хочешь быть полководцем? — спросил отец. — Это понятно, но ты должен осознавать, что хороший полководец должен быть и своего рода асессором.
— Понимаю, — кивнул я, — поэтому и согласился быть адъютантом. Становиться исключительно асессором я не хочу.
Отец несколько секунд сидел, уставившись в одну точку, словно бы о чем-то задумавшись, о чем-то по-настоящему важном.
Наконец отец перевел взгляд на меня.
— Хорошо, — сказал он.
Я молчал, с немым вопросом глядя на него. Что «хорошо»? Он явно принял какое-то решение…но какое? Решил оставить попытки сделать из меня асессора? Или наоборот, он убедился в том, что меня нужно дожимать?
— Знакомься, — выпалил вдруг отец и поглядел куда-то мне за спину.
В кабинете графа вдоль обеих стен стояли старинные книжные шкафы. Их ряд был длинным, очень длинным. Между шкафами были небольшие ниши. В одной стоял огромный горшок с каким-то экзотическим растением, в другой — статуя доимперских времен. В третьей — рыцарский доспех, который, как я слышал, носили наши предки, еще будучи прикованными к Земле, колыбели человечества.
В нишах этих всегда было темно. Казалось, свет в кабинете специально установлен так, чтобы никогда не освещать то, что находится за статуей, доспехами или горшком.
И вот из одной такой ниши вдруг абсолютно бесшумно выскользнул человек.
Едва я разглядел его лицо, как мое собственное вытянулось от удивления.
Отец, полюбовавшись пару мгновений моей физиономией, заявил.
— Знакомься. Бальтазар Эмантис Рок Аран, барон Кецилии, — отчеканил отец, — генерал Теней, еще известный как Графский Стилет.
Рок Аран поморщился, услышав это прозвище.
Я, как предписывает этикет, поднялся и склонил голову.
— Ваша милость…
— Предпочитаю просто уве, — усмехнулся Рок Аран. Я обратил внимание, что Рок Аран сегодня был в самом обычном мундире чиновника. Без значков, без наград, которые чиновники любили таскать. Он походил на какого-нибудь клерка из графской канцелярии.
— Теперь ты переходишь в его подчинение, — заявил отец.
— В качестве кого? — нашел в себе силы спросить я.
— В качестве зама, — усмехнулся Рок Аран.
— Ученика, — поправил его отец, — пока что ученика.
— Простите, не понимаю, — покачал я головой, — «ученика»? Чему я должен буду учиться?
— Всему, — ответил Рок Аран.
Я открыл рот, чтобы задать еще один вопрос, но в голове крутилось столько мыслей, что сформулировать его я быстро не смог, а спустя несколько секунд было уже поздно.
Двери в кабинет отца открылись, и в них появился Рикар собственной персоной. За его спиной виднелись гвардейцы, и среди них я заметил знакомое лицо. Айза!
Глава 17
Политические игры
Рикар с гордо поднятой головой стоял в дверях.
— Отец, я выполнил твое поручение, — заявил он.
— Да? — отец вопросительно поднял бровь и уставился на моего старшего брата. — И что? Удачно?
Лично я уже заметил иронические нотки в голосе отца. Он всегда так себя вел, когда знал правду, но какое-то время подыгрывал провинившемуся.
Так сказать, штиль перед бурей. И буря вскоре должна была начаться.
Вот только Рикар почему-то этого совершенно не замечал.
— Да, — кивнул он, — дом Штерна и дом Кракалис больше не будут сражаться: я решил их спор.
— Спор, значит, решил… — тяжело вздохнул отец, а затем со всей силы грохнул кулаком по столу, после чего совершенно спокойным тоном, поглядев на нас с Роком Араном, приказал: — Оставьте нас.
Я и Рок Аран поднялись со стульев и молча направились к выходу.
Ох, не завидую я Рикару: перед тем, как подняться со своего места, я заметил, что у отца вздуваются желваки и пульсирует вена на виске, а это один из признаков того, что он в бешенстве.
Когда мы оказались в приемной, в которой, что крайне странно, ни оказалось никого, кто жаждал встречи с графом, Рок Аран повернулся ко мне.
— Жду вас в городском парке, что в центре. Не задерживайтесь.
Я было направился к выходу, но он меня остановил.
— Дайте мне десять минут, а затем уже вы… Нас не должны видеть вместе. Незачем привлекать ненужное внимание.
Я кивнул.
До сих пор я пребывал в шоке от того, кем оказался Рок Аран.
