почему я должна вам доверять? Несколько дней назад вы заставляли меня глотать непонятные таблетки.
– Это не… – Она вздыхает и качает головой. – Потом объясню! А сейчас нам нужно найти моего брата. Поищем сначала в замке, потом в лесу…
– Не нужно его искать, – перебиваю я тетю, – я знаю, где он.
Беатрис укутала меня так, будто мы отправляемся на Северный полюс. Мы идем в город, и я в испуге заглядываю за каждый угол, ожидая что Тео вот-вот выскочит на нас. Замечаю, что и Беатрис встревоженно оглядывается, и понимаю, что не только мне страшно.
– Нужно заглянуть в книжный, проведать Фелипе, – предлагаю я.
– Артуро же сказал тебе, что он уехал из города.
– Но что, если Тео…
– Фелипе наверняка напугало то, что произошло в лесу, и он уехал к друзьям, чтобы избежать расспросов.
– Если бы вы знали Фелипе, – возражаю я, – вы бы понимали, что все, что связано с Ла Сомброй, для него священно.
Беатрис не отвечает, но, когда мы оказываемся на городской площади, она заглядывает в «Либроскуро».
– Hola, doctora![79] – улыбаетсяАртуро.– Veo que ha vuelto del congreso. Muy bien[80].
– Gracias,– говорит Беатрис, и я улыбаюсь, как хорошо, что тетя здесь и может поддержать разговор.– Está disponible Felipe para darle clases a mi sobrina?[81]
– No, sigue de viaje el chaval[82], – отвечает Артуро с извиняющейся улыбкой.– Por una vez que se toma un descanso, no se lo iba a negar[83].
– Seguro. Bueno, hasta luego[84].
Мы выходим на улицу, и Беатрис спрашивает:
– Ты что-нибудь поняла из нашего разговора?
– Фелипе еще не вернулся, и Артуро не смог ему отказать, когда он попросил отпуск.
– Хорошо, – говорит Беатрис. Похоже, она довольна моим переводом. Мы доходим до клиники, и она отпирает дверь. От напряжения у меня сводит мышцы.
За несколько секунд мы осматриваем все помещение, но Тео здесь нет. И тут на мониторе моего компьютера мы замечаем приклеенный стикер, а на нем сообщение от Тео: «Помогите вернуть Антонеллу домой».
12 лет назад
– Просыпайся,– слышу я голос сестры.
Я лежу в постели, а она будит меня, тряся за плечо.
– Прямо сейчас?– хрипло бормочу я сквозь сон.
– Смотри!
Я открываю один глаз.
– Что?
Она показывает на потолок: лампы то вспыхивают, то гаснут. Я сажусь на кровати.
– Пойдем!
Мы медленно открываем дверь, чтобы она не заскрипела и не разбудила взрослых. В кроваво-красном коридоре мигают лампочки, они зовут нас за собой. Мы идем за мигающим светом, спускаемся по лестнице, углубляемся все дальше в замок, проходим сквозь череду комнат, ведущих к собору без окон. Они обставлены мебелью, а их стены украшены произведениями искусства. Лампы перестают мигать, когда мы оказываемся у люка, ведущего в пурпурную комнату. В этот момент свет включается на полную мощность и освещает комнату.
– И что теперь?– спрашивает Антонелла.
– Может быть, нужно подождать?
– Или, может, здесь спрятано что-то, что мы должны найти.
По возбужденному блеску глаз сестры я понимаю, что второй вариант нравится ей намного больше первого, и, честно говоря, мне тоже, я люблю загадки.
Итак, мы внимательно осматриваемся, заглядываем в каждый доступный нам уголок, изучаем яркий красивый ковер, который лежит на полу. В центре ковра стоит журнальный столик, и я хожу вокруг него кругами, щупаю ногами пол, проверяю, не шатаются ли половицы.
– Давай просто свернем его,– предлагает Антонелла и берется за край. Я присоединяюсь к ней, и мы вдвоем сворачиваем ковер.
Мы широко распахиваем глаза от удивления.
– Ух ты!– вопим мы хором, заметив очертания люка.
Вдвоем мы поднимаем журнальный столик и оттаскиваем его в сторону. Теперь мы сможем открыть люк. Осторожно мы спускаемся в подвал и оказываемся в пустом помещении с каменными стенами. Я разочарованно вздыхаю.
– Тут ничего нет.
Но Антонелла совсем не расстроена. Она прижимается к стене, как будто слышит, что происходит с другой стороны.
– Похоже на сердцебиение,– рассеянно говорит она.
Потом касается камня, и открывается потайная дверь.
– Ай!– Кровь стекает с ее пальца.
– Что случилось?– спрашиваю я, подбегая к сестре.
Прямоугольный контур проступает на камнях.
– Смотри!– говорит Антонелла высоким от волнения голосом.
Вместе мы приоткрываем дверь. Образовывается небольшая щелочка, и мы протискиваемся в нее.
– Пурпурная комната!– визжим мы хором. Это наш любимый цвет.
Мы хохочем и кружимся в счастливом танце, держась за руки. Только мы знаем эту тайну, только нам открылась секретная комната, мы можем спрятаться в ней, и никто нас не найдет. Мы падаем на пол, задыхаясь от смеха.
– Эта комната – наш большой секрет,– говорит Антонелла, когда мы успокаиваемся.
– Потайное место сестер,– соглашаюсь я.
– Навечно,– говорит она.
– Навечно.
Мы клянемся в этом друг другу, сцепив мизинцы, а потом вскакиваем и продолжаем танцевать. Как будто у нас и правда в запасе Вечность.
Глава 18
– Авдруг он прав? – спрашиваю я, когда мы идем к замку сквозь запущенный сад.
– Я же уже объясняла тебе, я врач, – говорит Беатрис, она несет матерчатую сумку, которой раньше у нее не было. – Оживить мертвеца невозможно. Тем более и даже тела нет.
– Но вы не верили в заклинание, которое может отправить мою сестру в другой замок, а оно сработало!
– Для того чтобы человека уби… чтобы человек исчез, – подбирает тетя другое слово, – не нужно никакого волшебства. Волшебство необходимо, чтобы оживить его!
Ясно, что она не изменит свою точку зрения, поэтому я меняю тему разговора:
– В первый раз я увидела Тео в тот день, когда приехала. Он встретил меня в аэропорту и довез сюда.
Беатрис потрясенно смотрит на меня.
– Вот почему водитель уехал так быстро и не дождался оплаты! Я позвонила в компанию на следующий день, но мне сказали, что мой заказ отменен. Я решила, что медицинский центр в Вашингтоне заказал машину и потому ты не поехала на том такси, которое я заказала. – Она удивленно качает головой. – Должно быть, брат следил за мной с момента трагедии в метро, ждал, что ты вернешься домой.
Мы подходим к парадным дверям Ла Сомбры, Беа вставляет ключ в замок и поворачивается ко мне.
– Приготовься!
– Думаете, он здесь? – шепчу я.
– На всякий случай. – Она показывает, что лежит внутри матерчатой сумки. Это шприцы с успокоительным, я видела их в первый день во время экскурсии по клинике.
Беатрис снимает пластиковый колпачок с иглы и говорит:
– Прокалываешь кожу, а потом давишь, чтобы сделать укол.
Один шприц она протягивает мне.
– Спрячь в
