встречу, но кажется успех со шваброй случился именно благодаря магии ведьмака.
— Разве ж ты не видишь, что после дозора Велизар спит дольше обычного? — покачал головой Анчутка. — Не от дальней дороги и не от сражений устаёт он. Магия сил много отнимает. Не каждому, кто с даром рожден, охотником стать под силу. Огонь породить или камни крошить не то же, что хвори заговаривать. Ни к чему силу его попусту растрачивать.
Вообще-то об этой стороне магии я как-то не особо задумывалась. Обычно всё выглядело так, как будто Велизар едва пальцами шевельнул, а уже что-то происходит. В фильмах супер-герои и волшебники, казалось, вообще особо не напрягались. Да и стена вокруг двора без вмешательства Велизара стоит. Но вклад в производство швабры и выращивание зелени я оценила.
Даже снова захотелось поблагодарить Велизара, но он сейчас был в дозоре. Поэтому к его приезду приготовила лапшу — единственное блюдо, к готовке которого допустил меня Анчутка. Велизар лапшу оценил.
Сама я не торопилась опять покинуть надежное, защищенное и стенами, и магией, жилище и навестить кузнеца. Ну, во-первых, зачем человеку мешать работать? Конечно, если он исчезнет на совсем, тогда и спрошу у Велизара позволения дойти до кузни и поскандалить. Но пока была готова ждать. А во-вторых: уж очень хорошо я помнила недружелюбное лицо ведьмака Ярополка, и как он, не стесняясь присутствия Велизара, хотел меня отправить на тот свет. Чтоб я не забывала о том, что в городе меня не ждут, разные ведьмаки каждый день появлялись возле наших ворот. Будто вселенная, услышав мой безмолвный крик о недостаточном количестве знакомых мужчин, решила дать мне возможность выбрать самой, кем из них мне быть сожженной.
— Это что ж, они думают, что я и правда злой дух? — возмутилась я, когда Велизар вернулся. Анчутка ответа на этот вопрос мне не дал. Бес и сам был не рад такому вниманию со стороны ведьмаков к нашему двору.
— Я их о том попросил, — ответил Велизар. — Колдун злой рядом прячется. Приглядывают, как бы беды не случилось.
Об этом воображаемом колдуне, предположительно азиатской внешности, я уже слышала. Кажется, история о восточном купце начинает заходить слишком далеко. Но успокоилась и старалась не обращать внимание на коллег Велизара. Пусть ходят, если им так нравится.
Сам Велизар держать меня взаперти будто больше не собирался. То снова спросит, не надо ли чего в городе. То в лес позовет за ягодами. Правда с прогулкой в лес не сложилось — у Велизара оказалось слишком много дел в городе. Но во время последнего дозора набрал немного лесной клубники сам.
С этих ягод Анчутка лепил пироги. Я, естественно, в процессе не участвовала. Потому, оставив бесу в помощь домового, ушла на задний двор готовить место под шезлонг.
Выданный Анчуткой серп — единственный подходящий для рубки сорняков инструмент в этом доме — оказался тупым. Пока рубила им разросшиеся лопухи, поминала добрым словом всех: от бывших соседей из моего мира до воображаемого колдуна. Зато вспомнила, как один парень, когда-то добивавшийся моего внимания, рассказывал об изготовлении японских катан. Чтоб этот Восток с их изобретениями! Но сейчас именно они должны были сделать мою жизнь лучше.
Метод был прост. Полоска металла складывалась пополам, спрессовывалась кузнечным молотом, потом снова складывалась, образуя новые и новые слои. Чем больше слоёв, тем качественнее лезвие. Кузнецу этот метод изготовления тоже пригодится. Как придет ко мне с чугуном, расскажу. А взамен попрошу набор новых кухонных ножей для Анчутки и что-нибудь рубящее для избавления от сорняков. Наверное, девушка в славянском платье с катаной наперевес против лопухов и крапивы будет смотреться очень необычно. Интересно, что скажет про это Велизар? И есть ли в этом мире ведьмы-охотницы?
— Бажена! — от ворот раздался знакомый громогласный оклик. Вот так: о кузнеце вспомнишь, он и придет.
— Бажена! — повторил он. И я поспешила встретить Тихослава. Как есть: растрепанная, заляпанная зеленым соком растений. Ведьмаки после сражений с гулями точно выглядят лучше. Но гостей мой вид совсем не испугал.
Тихослав пришел не один. С ним был какой-то неизвестный мне мужчина. Руки обоих были заняты металлической посудой разных форм и размеров. Это значит, что идея с выплавкой чугуна удалась. А еще поняла, что зря потребовала себе первый пробный экземпляр. Все чугунные горшочки оказались не такими ровными и красивыми, как блестящие литые кастрюльки на полке в магазине.
— Здравствуй, Бажена, — расплылся кузнец в добродушной улыбке, как увидел меня. И указал на своего спутника. — Ты уж не серчай. Чтоб с заданием твоим справиться, пришлось гончара позвать. Где ж кузнецу-то с посудой справиться?
Мужчина, представленный как гончар, кивнул головой, приветствуя меня. Я ответила ему тем же. И с тоской посмотрела на шедевры их совместного творчества.
— Знаю, что обещал первый чугунок снести тебе. Да не так скоро они получились, — продолжал кузнец. — Принесли, всё, что вышло. Но всё ж прими тот, что мы сочли для готовки годным.
Гончар протянул мне увесистый мешок. В нём и правда оказался вполне приличный чугунок. Пусть и не хромовая кастрюлька, но и не то унылое подобие посуды, которое сжимал в руках Тихослав. По краю неизменный отпугивающий злых духов узор. Это для того, чтоб бес из него кашей полакомиться не смог? Так ведь он её сам и будет готовить.
— Отлично! — похвалила я обоих мастеров. — Это то, что нужно. Вы быстро с задачей справились! — добавила каплю лести. Похвалу все любят.
— Опробовать бы, — неуверенно вставил гончар.
— Так пойдём, опробуем, — согласилась я и повернулась к избе.
— Так там же бес, — испуганно сказал Тихослав.
Я, иномирянка, никогда бесов прежде не видевшая, Анчутку не испугалась. А тут зайти в избу не смеют, если там нечисть обитает? Тихослав, как приличный кузнец, был мужчиной крупным. И тоже Анчутку боится? Да он же одной левой такую мелочь, как наш бес, отправит в нокаут! Вот я даже не знаю теперь: не врал ли Анчутка о вреде бесов, или просто люди тут такие несмелые?
— Ну и что? Не съест же он вас, — и зашла в избу, некультурно оставив гостей во дворе. Пусть ждут на улице, если хотят.
Однако ждать во дворе они не стали,
