было с заморозкой — это, похоже, был главный эффект. Способность откликалась на эмоции и чуть меньше — на мысли. Если в задаче стояло что-то, связанное с холодом, то запрос срабатывал намного лучше.
В конце концов, я решился на ещё один эксперимент с Ааэа.
— Ну, если ты этого хочешь, Полярис, то я не против, — она чуть улыбнулась. — Но будет лучше, если ты заранее скажешь мне финальную цель эксперимента, чтобы я в следующий раз была больше готова…
18. Эксперименты и разговоры
— Это не составит тебе большого труда.
— Так что я должна сделать?
— Ты к холоду как относишься?
— Я его чувствую, но он не доставляет мне неудобств.
— Хорошо. Тогда я попробую тебе передать Цвет с намерением сделать ледяное оружие.
— Угу, — кивнула Ааэа. — Только мне бы хотелось, чтобы взамен ты выполнил одну мою просьбу…
— Какую? — насторожился я.
— Я хочу, чтобы сегодня ты коснулся моего меча.
Я тяжело вздохнул и кивнул. И сам собирался это сделать. Но не очень хотелось. Способность не была бесплатной, она пила силы так, что два предмета могли меня вымотать до полного истощения. Но один пройти можно и нужно. Почему бы не меч?
— Хорошо, тогда приступай, — Ааэа склонила голову, прикрывшись чёлкой.
Я представил её в васильковом спектре, и сила потянулась к ней. Но на этот раз я изо всех сил старался не думать о ней, как о женщине, и сосредоточиться на том, что это боевой дух. Вспомнил бой с монстром в подвале, когда Ааэа крошила ужасов своим мечом.
Затем представил, как она делает то же самое, но с эффектами от удара холодом. Во всяком случае, какими я их видел в играх.
— Попробуй теперь атаковать… так, сейчас, подожди минуту.
Я подошёл к двери в подъезд, выглянул через окно наружу, убедился, что никого нет, и открыл дверь. На улице был уже поздний вечер, народ расходился по домам. Два контейнера с мусором тоже были на месте, а возле них — свежий хлам.
Вышел, подошёл к мусорке и вытащил лежащий рядом кусок старой оконной рамы. Благо, без стекла. Где-то позади со звоном остановился вечерний трамвай с горящими окнами. Бросил на него ленивый взгляд и переключился на добычу мусора. За рамой нашлась сломанная швабра с синим валиком. Тоже сгодится.
Взял её, в другую руку взял раму и развернулся, чтобы идти домой, когда услышал за спиной:
— Полярис!
— Привет, Марта, — с удивлением ответил я и обернулся. — Я же написал, что сегодня нет собрания.
Девушка стояла в красивом чёрном готичном платье с длинной юбкой. И с совершенно неуместными образу клетчатыми сумками из самых дешёвых, а за спиной — большой рюкзак.
— Сегодня день моего переезда. Я всё утрясла с родителями. Твоё предложение жить с тобой в доме ещё в силе?
— Да, но… — я немного растерялся. — Воды же нет. А ты живёшь на другом конце города.
— Значит, будем думать, как починить. Что поделать. Моё спокойствие мне важнее. Не хочу, чтобы меня выследили и причинили вред моей семье.
— Ну, воля твоя, проходи.
— Кстати, я так и не поняла, что с оплатой. И… зачем ты грабишь мусорку?
— Тестирую новую способность, — ответил я. — А платить не нужно, спасибо нашему спонсору.
Мы вернулись в подъезд вовремя — Ааэа заносила ножку убитого Васей некогда стула, пока Никифор уклонялся и атаковал её шокером снизу.
— Стоп! Вы что творите⁈
— Это я его попросила, — сразу же отстранилась от противника дух. — Кажется, я стала быстрее двигаться. Приветствую, Марта.
— Доброго вечера. Вы покрасилась?
Ааэа поклонилась готессе. Та поставила сумки на пол и сняла рюкзак.
— Интересно, — кивнул я. — Эффект проявился не сразу…
Да, чёрные локоны теперь были стильного василькового цвета.
— Попробуй теперь заморозить эту злобную оконную раму, — я выставил её под стену. — Марта, вот ключ. Завтра сделаешь копию и отдашь мне оригинал, ок?
Девушка кивнула.
— Спасибо. Я тоже посмотрю, если не против.
Я пожал плечами.
Ааэа сложила руку, коснувшись большим пальцем указательного, и резко махнула в сторону деревянной утвари.
Ту с силой швырнуло об стену, переломив пополам. Я подошёл к обломкам. Ледяные. Даже покрылись тонкой корочкой льда. Работает!
— Эффектно, — заметила Марта.
— Похоже, я могу теперь накладывать бафф, — сказал я. — На предметы точно, на призраков, похоже, тоже.
— А на людей?
— Это… отдельная тема. В принципе да, но…
— Но?
Но нужно очень чётко контролировать свои мысли в процессе, иначе может случиться что-нибудь непредвиденное. Не хотелось бы случайно побудить того, кого бафаю, делать то, что у меня порой витает в мыслях.
— Если тебе нужно на ком-то пробовать, я не против.
Ник заржал.
— В мои времена колдуны часто заводили гаремы. Им законы не писаны.
— М-м? — не поняла готесса.
— Не обращай внимания, он порой несёт чушь.
— Хорошо. Что нужно делать?
— Ничего, просто стой.
Я всеми силами старался сконцентрироваться на леденящем холоде, представляя зиму и Марту, метающую комья снега в окружении сугробов.
— Холодно, — наконец сказала она.
Я остановился и посмотрел на девушку.
— Попробуй… ну, призвать своего ужаса, например.
Девушка сделала какое-то движение, а потом удивлённо посмотрела на меня.
— Я не могу. Связь с Подвалом не работает. Это антимагия?
— Ну… вообще-то, должно было просто дать тебе способность бить холодом…
Она пожала плечами. Затем взяла ножку от погибшего стула и аккуратно стукнула по стене. В месте удара появилась лёгкая изморозь.
— Вроде работает, — сообщила Марта. — И в голове всё время мелькают образы заснеженных гор. Это часть эффекта?
Я криво улыбнулся.
— Побочка, — ответил я, думая о том, что с этим навыком курьёзные ситуации мне гарантированно обеспечены.
Стало понятно, что на самом деле я всё ещё ни черта не знаю про эту странную способность. Эффект заморозки, превращение всех вкусов в мяту и ментол, теперь ещё и избирательная антимагия. Может, он как-то связь с другими планами отрубает?
— А снять это ты можешь или нужно время? — спросила девушка.
— Попробую, — кивнул я и представил, как вытягиваю васильковый цвет из девушки.
Зрачки из васильковых вновь стали янтарными, как после
