На следующий день с утра мы оставляем машину возле церкви, здания красного кирпича с двускатной крышей, крытой медью, и островерхим зеленым шпилем, построенным в семидесятых годах прошлого века. У порога нас ждет миссис Джилл, администратор, женщина лет сорока с живыми глазами и приятной улыбкой. Одежда довольно яркая для церковного служащего: зелено-черный клетчатый костюм, цветная блузка и туфли на шпильке.
– Прихожане – это единая семья, – говорит Джилл. – Люди, обладающие высокими нравственными ценностями. Прихожане дружат друг с другом, общаются, помогают по мере сил. Досуг посвящают богоугодным делам. Вот смотрите…
Мы останавливаемся в коридоре, где по стенам развешаны стенгазеты с обилием фотографий. Джилл показывает на снимки, объясняет, что и как. Вот здесь семьи прихожан за уборкой городского парка. Конечно, в парке есть свои служащие, следящие за чистотой. Но территория очень большая, – помощь не помешает. Вот на этих снимках прихожане собирают пожертвования для малоимущих семей, живущих в этом районе. Одежда, мебель, постельные принадлежности, консервы.
Район – относительно благополучный, да, бедные люди здесь есть, но не встретишь настоящую нищету. Вот фотографии, на которых прихожане ремонтируют дома, разрушенные ураганом Сэнди в Нью-Джерси в 2012-м году. Деньги на строительные материалы выделяет церковь, а ее бюджет в свою очередь – это пожертвования прихожан. Люди стараются помочь самым обездоленным не для того, чтобы забронировать своей душе место в раю, нет. Добрые дела – это внутренняя потребность, то, ради чего человек живет, ради чего пришел в этот мир.
Каждый год прихожане, разумеется, за свой счет ездят в Мексику, в самые бедные районы. Там закупают материалы, нанимают местных рабочих, помогают им строить дома для бедняков. Так паства проводят свой отпуск. Мы разглядываем фотографии, где мужчины заняты на строительных работах. Кроют крыши, монтируют оборудование, таскают тяжести. Пыльные облака, палящее солнце… Да, отпуск можно было провести повеселее и с большим комфортом.
– Вы хотите сказать, что люди свой отпуск отдают это каторжной работе, причем добровольно? – кажется, Рита не верит своим ушам. – Да еще строительные материалы на свои деньги покупают?
– Совершенно верно, – кивает Джилл. – Но это не жертва со стороны прихожан. Им это нравится. Нравится помогать бедным, нравится работать на обездоленных людей.
Я смотрю фотографии в стенгазетах, читаю заметки. В прошлом году прихожане за свои деньги построили в Мексике двенадцать домов. Вот они все на фотографиях. Это, конечно, не дворцы, но жилье – вполне приличное, даже по здешним меркам. Некоторые прихожане – небедные люди, они жертвуют деньги, иногда крупные суммы. Большая часть средств идет на благотворительность, а не на покупку новой модели «Линкольна» или дорогих часов дня настоятеля храма. Церковники, как правило, люди скромные и довольствуются малым.
Джилл приводит нас в обширную библиотеку, собранную силами прихожан, – пользоваться которой может любой желающей. Здесь большой книжный фонд, беллетристика, учебные материалы, десяток компьютеров с интернетом.
Затем мы оказываемся в баскетбольном зале. Дети прихожан приходят сюда в свободное время, чтобы поиграть. По воскресеньям здесь накрывают столы, все желающие, получают хороший обед. Традиционная американская пища: мясо, курица, бобы, картофельное пюре, овощные салаты, кусок пиццы, мороженое, пудинг, десерты, кофе и булочки. Приходят небогатые семьи, семьи среднего достатка, с детьми, стариками. Такой обед в буфете или закусочной обойдется в 15–17 долларов на человека. Здесь – три пятьдесят с взрослого человека, дети и старики – бесплатно. Деньги собирают, чтобы закупать на них хотя бы часть продуктов, все остальные издержки покрывает церковь.
Мы идем по коридорам административного корпуса. На втором этаже идут занятия для людей, в основном эмигрантов, желающих изучать английский язык. Собственно, церковь лишь предоставляет помещения для классных занятий. И устраивает для студентов пикники, оплачивая еду. В целом программу финансируют из бюджета штата: нанимают учителей, покупают пособия и так далее. Всего восемь уровней, от начального, где учат алфавит и простейшие слова, до продвинутого, где студенты говорят по-английски весьма прилично.
Для начала с желающим учиться проведут тест, определяющий уровень знаний, и запишут в одну из восьми групп. Мы заглянули в один из классов, это пятый уровень. Студентов девять человек. Возраст от двадцати до шестидесяти. Двое студентов, молодые женщины, из Украины, одна – россиянка, вышедшая замуж за американца, один студент из Афганистана, муж с женой из Ирака, серб из Косово, женщина из Болгарии, еще две молодых женщины – из Японии и Кореи. Они туристы, приехали на два месяца, живут у родственников и решили потратить время на совершенствование английского.
В прежние времена штат платил студентам десять долларов в час – за то, что посещают занятия и учат язык. Но быстро выяснилось, что многие люди ходят в основном за деньгами, а не за знаниями, – и лавочку прикрыли. Школа – это не только изучение разговорного американского.
Эмигрантов, многие из которых имеют отдаленное представление о здешней жизни, учат некоторым необходимым в быту мелочам. Например, в какое время магазины устраивают распродажи верхней одежды, и когда можно недорого купить к зиме пальто или куртку. Как правильно заполнять банковские чеки, как расплачиваться через интернет по счетам за коммунальные услуги или товары и т. д.
* * *
В соседнем классе со студентами работает Томас, преподаватель дорожного движения. Ежедневно он занимается один-два часа со всеми желающими. Работа этого человека не оплачивается, он доброволец из местных жителей, прихожанин церкви, готовый помогать студентам задаром. Собственно, правила движения студенты более или менее знают. Но есть чисто американские тонкости, с которыми не вредно познакомиться.
Скажем, если вы не успели затормозить и ударили впередиидущую машину, – делайте все, что положено по закону, но никогда не извиняйтесь. Ваши извинения могут быть восприняты как признания собственной вины и в дальнейшем использованы против вас. Вот подобным тонкостям и учит Томас студентов.
Ничего не получают и два помощника учителя Джон и Уитни, тоже пенсионеры, прихожане этой церкви. Каждый день утром они приезжают сюда словно на работу и до вечера в школе. А работа всегда есть. Надо принести и собрать учебные пособия, провести индивидуальные занятия по тренировке разговорной речи…
Джон расспрашивает Риту о жизни в России, затем исчезает и возвращается с коробкой кексов собственного приготовления. Он одинокий человек, жена умерла три года назад, дети живут в другом городе. Джон готовит выпечку вечером в четверг, в пятницу приносит коробки в школу, чтобы угостить учеников на перемене. Школа для него – это второй дом. Здесь он не чувствует себя одиноким, если появляется свободное время, сидит в углу класса у окна, читает детективы.
