– Тома, да ладно. – Ее губы изогнулись в вымученной улыбке, в светлых волосах заметались искры. – Я отлично ловлю намеки.
– Я ни на что не… – попыталась я возразить, но Лина меня перебила:
– Я за свой выбор никогда не оправдывалась – и тебе не советую.
Она тряхнула волосами, сияние исчезло. На душе стало паршиво. Не зная, куда себя деть, я вытерла заляпанный стол салфеткой. Она окрасилась красными, жуткого вида разводами.
– Вот вечно приходится за всех человечество спасать. – Лина подмигнула и стащила вторую палочку. – Одни халтурщики кругом.
Я уткнулась в тарелку и сосредоточилась на обеде. Вкуса почти не чувствовала, лишь скрип на зубах. Чай в себя влила насильно, просто чтобы избавиться от ощущения застрявшей в горле еды. Столовая опустела раньше моей тарелки, а когда я прикончила последний кусок, в зале остались только мы с Линой.
– Беги уже, – она перехватила у меня поднос, намекая, что сама его отнесет, – а то на лекцию опоздаешь.
– А может, ну их, эти лекции? – предложила я самым беззаботным тоном, на который была способна. – Давай пойдем ко мне. Фильм посмотрим, как вчера собирались.
Лина на секунду замешкалась. Улыбка исчезла с ее лица, глаза загадочно блеснули из-под густо накрашенных ресниц.
– Давай, – скупо кивнула она. – Пошли.
Забрав пальто из гардероба, мы вышли в усеянный лужами двор. Было свежо, после недавнего дождя светило солнце. Тусклое, ноябрьское. За пятнадцать минут пути Лина молча скурила три сигареты и начала четвертую. Последнюю она безжалостно затушила и выкинула в урну перед моим подъездом.
Пока я заваривала ее любимый чай с жасмином, она нашла какой-то фильм. Как выяснилось – про бесстрашных шпионов. Они выглядели круче некуда и очень любили выпендриваться.
– Вечно в этих фильмах все друг друга вокруг пальца обводят, – огорченно вздохнула я под титры. – А вроде бы герои умные люди.
– Сами виноваты, – усмехнулась Лина. – Нечего себе придумывать других людей вместо тех, кто есть рядом. И разочарований никаких не будет.
– Ты сейчас о чем? – напряглась я. – Ты про Катерину говорила? Или про Юру?
– Камилла все-таки редкостное трепло, – хмыкнула Лина, и я подавилась чаем. – Ну а кто еще мог тебе по ушам поездить? От Катерины сбежала, где ей еще быть, как не у Юры? Тоже мне, загадка века. Как только она энергией разжилась, неясно. А впрочем, и неважно.
Я потупилась. Рассказывать про передачу энергии было страшно. В первую очередь потому, что пришлось бы объяснять, как я ее восстановила.
– А почему вы не подружились? – полюбопытствовала я. – Она же должна быть тебе как сестра.
– Ох, Тома, – закатила глаза Лина. – Когда тебя берут фактически с улицы туда, где надо очень соответствовать, на девичью ерунду просто не остается времени. А Камилла… У нее было все. И ей это никогда не было нужно. Меня такие бесят, уж прости.
– Ты это про влиятельность семьи первого охотника?
– Конечно.
– Так ты с Юрой поэтому… – затронула было я щекотливую тему, но прикусила язык. К сожалению, поздно.
– Нет, блин, от любви большой и чистой, – скривилась Лина. – Я меркантильная, да?
– Прости меня, – выпалила я и уже не смогла остановиться. – Я не хотела тебя обидеть…
– Ой, забей.
Лина отставила чай на тумбочку и обняла себя за плечи. Лампочка на потолке моргнула, колыхнулся узор на ковре. Мгновение, и его затянуло дымом, у дивана закрутилась воронка. Подруга ошеломленно уставилась на портал. Что-то Эф совсем отжигает. При охотнике мог бы и постесняться меня вызывать. Или это приглашение на двоих? Словно в подтверждение моих мыслей воронка расширилась. Дым перед ней игриво заструился, выстроившись в форме стрелочки, указывающей прямиком на портал. Лина изумленно изогнула бровь.
– По-моему, Эф хочет с тобой поговорить, – предположила я, хотя в собственную теорию верилось с трудом.
Все это было странно. Что он творит вообще? Жаждущего общения и компромиссов Юру упрямо игнорирует, а Лину зовет. Она же с самого начала мечтала с него пушистую шкурку спустить! Надеюсь, это часть некоего плана, а не экзотическое самоубийство.
– Поговорить? – Лина с любопытством вытянула шею, внимательно всмотрелась в портал. – Конечно, приятно, когда чужие мечты вдруг сбываются у тебя. Но что, если это ловушка?
Воронка возмущенно зашипела, дым посветлел, стал тонким и прозрачным. Проявилось изображение уходящего вдаль каменного тоннеля с обвитыми плющом стенами.
– Фиговое место для ловушки, – задумчиво резюмировала Лина и поднялась с дивана. Пришлось встать следом. – Ладно, проверим…
Она шагнула вперед, а я – за ней. Воронка завертелась бешеной центрифугой, комнату заполнил дым. Тьма взметнулась до потолка и рассеялась, вместо мягкого ковра под ногами оказались не менее мягкие листья. Сочные, зеленые. Тоннель был покрыт ими целиком, сквозь крошечные дырочки по бокам внутрь проникали солнечные лучи. У стен громоздились камни – большие и гладкие, словно зализанные морскими волнами. Воздух пропитался солью и щекотал нос.
Эфа нигде не было видно. Лина настороженно огляделась. По полу протянуло сквозняком, я присела на камень и поджала ноги, жалея, что не догадалась надеть тапочки.
– Ну и где он? – нетерпеливо поинтересовалась Лина, садясь рядом со мной. – Уснул?
– Пока вас дождешься – вообще состаришься и помрешь, – раздалось откуда-то сверху.
От потолка отделилась толстая ветка с восседающим на ней Эфом. Выгнулась под его весом, опустилась ниже. Секунда, и донельзя хитрая морда оказалась ровно перед нашими лицами. Лина вскочила с места. В ее глазах застыло замешательство, брови поползли вверх. Не хватало только таблички на лбу: «О боже, оно разговаривает!»
– Ангелочек, надо лучше тренировать суровое выражение лица, – усмехнулся он. – Это – никуда не годится. Совсем неубедительно.
– Могу убедительного пенделя предложить, – процедила Лина, вспыхнув ослепительно белым сиянием.
– Ой-ой… – Эф умиленно сдвинул брови. – В прошлые оба раза было щекотно.
Я дернула Лину за край юбки, она поджала губы и засветилась ярче. Эф лениво повел ушами. Не зная, как разрядить обстановку, я помахала своей Тени рукой и выдала смущенное:
– Привет!
Эф метнул в меня строгий взгляд, от которого я вжалась в стену. Даже мою маму переплюнул! А она в этом деле абсолютный чемпион…
– М-да… Ясно, почему ты его так защищала, – протянула Лина с издевкой. – Этот твой Эф прелесть просто…
– Можешь называть меня Сантой для плохих девочек, – пропел он ей в тон. – Потому что я дам тебе то, чего ты хочешь.
– Сдохнешь прямо здесь, что ли? Сам?
– Мелковато для желания, – разочарованно вздохнул он. – Ты бы еще хомячка попросила. Или формочку для кексика.
– Давай ближе к сути, – прищурилась Лина, но как-то заинтересованно. Сияние вокруг нее померкло.
– Уговорила! Только от счастья в обморок не падай. – Эф качнулся на ветке, почесал задней лапой за ухом. – Я помогу тебе попасть за стену, к Теням.
Он серьезно?! Лина округлила глаза, но быстро взяла себя в руки и покосилась на меня с подозрением. Это не я! Я ему ничего о ее планах не говорила! Вот ничегошеньки!
– Зачем тебе это? – спросила она настороженно.
– Достали они меня. – Эф начал загибать когтистые пальцы на лапе. – Буянят, обзываются. Изгнали как неродного. Теперь еще и убить пытаются. К Томочке пристают. – Он наигранно вытер кончиком хвоста несуществующую слезинку и принялся за вторую лапу. – Преследуют меня, дом обрушили. Прямо с моим любимым бассейном! Морскую свинку напугали, сожрали запасы арбузов.
Лина нахмурилась, Эф на секунду завис, глядя на оставшийся незагнутым десятый палец.
– И шутки у них несмешные, – закончил он с чувством выполненного долга. – Хочешь их всех загасить? Так вперед.
Она расплылась в широкой, но совсем не дружелюбной улыбке.
– Я похожа на идиотку?
– Не задавай вопросы, на которые не хочешь узнавать ответы, – промурлыкал Эф. – Опять ловушки мерещатся? Напрасно.
