у меня душу скрутило.
— Снимай тряпье, в котором хотела отдать себя другому.
Я вновь вздрогнула и резко отрицательно качнула головой. Сделав судорожный вдох, сильнее сжала пальцами ткань платья и вжалась спиной в стену. Дамиан являлся человеком из моих кошмаров. Тем, кто взрывал сознание и устраивал в моей голове целые ураганы из раздирающих эмоций, поэтому мне физически было тяжело находиться с ним в одной комнате. Уже теперь я с трудом дышала и руки очень сильно подрагивали.
Мне нужно срочно уйти из этого места. Отдалиться от Дамиана, иначе сердце взорвется — настолько быстро оно сейчас стучало.
И, тем более, мне срочно следовало найти Адана. Рядом с ним спокойно. Вернее, вообще никак, а вблизи с Дамианом я переживала нечто немыслимое, из-за чего я надеялась спрятаться от всего этого за Монтеро.
— Раз ты не хочешь уходить, я сама уйду, — приподняв низ платья, я быстрым шагом пошла в сторону двери, но Дамиан, подобно свирепому хищнику, тут же перехватил меня. — Отпусти! Мне нужно к Адану.
Я начала изо всех сил вырываться, но добилась лишь того, что Дамиан своей массивной рукой обвил мою талию и приподнял над полом, так, словно я вообще ничего не весила. После этого он меня куда-то понес, а я все так же продолжала сопротивляться. Мои туфли упали на пол и прическа немного растрепалась, но все это сейчас вообще не имело значения. Казалось, что это невозможно, но сердце забилось еще сильнее и, чувствуя то, как Дамиан прижал меня к себе, я в очередной раз переживала нечто немыслимое. Казалось, что полностью горела — не только душой, но и телом.
— Адан не мог отдать меня тебе… — хотела произнести это твердо, но получилось взвинчено. Тем более, окончание фразы утонуло в паническом вздохе, когда парень бросил меня на диван, из-за чего я запуталась в пышном низе собственного платья.
— Хочешь, чтобы Монтеро лично сказал тебе о том, что он отказывается от тебя? Без проблем, Агилар. Но позже. Сейчас он не в состоянии разговаривать.
— О, боже… Что ты с ним сделал? — прошептала вопрос, но почти сразу спохватилась и качнула головой. — Нет, ты лжешь. Ты не мог навредить Адану. Отойди и дай мне пройти. С тобой я буду разговаривать только в присутствии моего жениха.
Дамиан не сдвинулся ни на миллиметр, но так же он ничего не сказал. Некоторое время стоял неподвижно. Единственное — его торс вздымался от глубоких вдохов и обычно ледяные глаза сейчас пылали уже безумной яростью.
Еще один глубокий вдох, после которого Дамиан все-таки потерял самоконтроль и его монстр сорвался с цепи. В стену с грохотом улетел столик, на котором стояли мои цветы и я от неожиданности и страха сжалась.
— Значит, между тобой и Монтеро, все-таки что-то было, — его голос ровный, но имелось в нем нечто такое, что неминуемо очень сильно пугало.
Дамиан достал из кармана пачку с сигаретами и указательным пальцем опустил маску. Увидев его лицо я невольно дернулась и в ужасе прикоснулась кончиками пальцев к губам. Что с ним произошло?
— Что такое, Агилар? Уже не нравлюсь? — Дамиан оскалился и, учитывая уродство части его губ, смотрелось это жутко.
Нет, мне не было страшно. Вернее, даже такая внешность Дамиана меня совершенно не пугала, но сейчас пока я смотрела на него, казалось, что переживала свой личный апокалипсис. Почему-то меня чуть ли не трясло и глаза покалывало так, будто я вот-вот расплачусь. Не в силах выдержать этого, я отвернулась. Попыталась сосредоточиться на разговоре и, не поняв кое-чего в вопросе Дамиана, решила переспросить:
— Разве ты мне когда-то нравился?
Я ощутила запах горького дыма. Кажется, он подкурил сигарету.
— С*ка. Какая же ты с*ка, Агилар, — эти слова, подобно ножу врезались в сердце и оно начало болеть сильнее.
— Не говори обо мне так. Ты не имеешь права, — я качнула головой и попыталась встать с дивана, в надежде каким-нибудь образом выйти из комнаты и, как можно скорее найти Адана, но Дамиан надавил на мое плечо, таким образом, заставляя обратно сесть на диван.
— Куда собралась?
— К Адану, — прошептала, кинув быстрый взгляд в сторону двери. — Я уже сказала, что разговаривать с тобой буду только в присутствии моего жениха.
— Мы не будем разговаривать, Агилар, — Дамиан убрал от губ сигарету и, выдыхая дым, сказал: — Я трахать тебя буду. Хочешь, чтобы твой жених поприсутствовал тут и посмотрел на то, как ты будешь мне отсасывать?
Я разомкнула губы, но первые несколько секунд все равно ничего не смогла сказать. Лишь, взяв себя в руки, с шоком спросила:
— Ты в своем уме? Что ты такое говоришь? — голову пробило сильной болью и я поморщилась.
Стиснув сигарету зубами, Дамиан начал расстегивать ремень.
— Давай, Агилар. Пока ты, забив на все, строила тут семейную жизнь, я практиковал воздержание. Секса хочу. Еще лучше — порвать тебя своим членом.
— Только попробуй прикоснуться ко мне, — я резко встала с дивана и рванула в сторону двери. Дамиан опять перехватил меня и прижал к себе. По сознанию прошли волны жара и голова заболела еще сильнее. Вместе с этим, от близости с Дамианом, кожу обожгло и эти огоньки как-то непривычно собрались внизу живота. Какого черта происходило со мной? Испугавшись такой реакции, я схватила со стола какую-то статуэтку и попыталась ударить ею парня. — Помогите! Адан!
Дамиан забрал у меня статуэтку и отбросил ее в сторону с такой силой, что она тут же разбилась на множество мелких осколков. После этого он перекинул меня через плечо, но почти сразу выругался и до покраснений сжал мое бедро.
— Опять гребанные чулки? На этот раз для Монтеро их надела?
Я вскрикнула от того, как Дамиан порвал мои чулки и, сжав ладони в кулаки, начала изо всех сил бить его по спине, в надежде, что парень уберет руки из-под низа моего платья. Уже теперь головная боль стала настолько нещадной, что перед глазами все поплыло и заискрилось редкими белоснежными вспышками.
— Почему же для меня их не надевала?
— Почему я должна была это делать? — я совершенно не понимала Дамиана. Пыталась это сделать, но сознание покрылось еще более плотным туманом и мне было все сложнее и сложнее ухватиться за суть слов парня.
Дамиан шлепнул меня по попе с такой силой, что я не сдержала болезненного вскрика и до дрожи сжала ткань его рубашки. Правда, все равно не смогла удержаться, когда он опять бросил меня на диван.
— Шлюха. Обыкновенная блядь, — взгляд Дамиана уничтожал и
