очередность.
Я опять закрыла глаза и скривилась от сильной головной боли.
— Мне плохо, — сказала, после чего опять легла на кровать и сильнее укуталась в одеяло. — Я хочу еще поспать.
На самом деле мне больше хотелось просто побыть в одиночестве и в полной тишине попытаться переварить все, что я услышала, но добилась лишь того, что через пять минут рядом с моей кроватью стоял врач. К счастью, он довольно быстро ушел, но перед этим дал мне какие-то таблетки, сказав, что благодаря им мне станет легче.
Я их пить не стала. Незаметно спрятала таблетки под подушку и уже вскоре заснула. Мне даже было плевать на то, что Дамиан все так же оставался в этой комнате.
***
Утром следующего дня мне было уже значительно лучше. Дамиана рядом не оказалось, но время от времени ко мне заходили врачи. По обрывку их разговора я поняла, что сейчас им требовалось следить за моим самочувствием и, если все нормально, уже скоро мне предстояло возвращение в Испанию. То есть, мужчинам следовало понять нормально ли я перенесу перелет.
Так прошел весь день — я спала, ела и разговаривала с врачами. Еще я пыталась изучить место, в котором оказалась. Это точно был какой-то дом, находящийся за пределами города и охрана этой территории впечатляла.
Тем не менее, я будто бы находилась в подвешенном состоянии. Толком не понимала, что происходило и к чему все шло. Из-за этого нервничала.
Дамиан пришел ко мне, лишь после того, как на улице стемнело. От него исходил очень сильный запах сигаретного дыма, а взгляд был все таким же тяжелым. Более того, мне почему-то казалось, что он злился, хоть и никаким образом этого не выказывал.
— Расскажи мне, что ты помнишь, — сказал он, садясь в кресло.
К этому моменту я уже лежала в кровати и хотела сказать, что мне пора спать, но, в итоге, решила, что нам все-таки следовало поговорить. Думала, что Дамиан попытается восстановить пробелы в моей памяти, но он этого не сделал. Лишь молча выслушал меня, а я к этому моменту, раз за разом копошась в сознании, очень сильно устала и вопросов задавать не стала. Просто уснула.
***
Следующий день прошел так же, как предыдущий. Можно сказать, что все спокойно, но в присутствии Дамиана я постоянно сжималась и старалась увеличить разделяющее нас расстояние.
Он меня не трогал и сам держал дистанцию. Вообще выглядел холодным и даже мрачным, но все равно, было в нем нечто такое, что напоминало зверя, свирепо расхаживающего по клетке — единственной преграде сдерживающей его.
Я понятия не имела, что происходило с Дамианом, но, когда он находился рядом, ощущала, как мою собственную душу разрывали на куски. И почему мне казалось, что так было не только со мной?
— Что ты сделал с Аданом? — решила спросить, когда Дамиан вновь пришел ко мне, но сразу же ощутила, что зря задала этот вопрос. Уловила это по взгляду парня — лед в его серых радужках мгновенно вспыхнул чем-то звериным.
— Все никак не забудешь про Монтеро? — и вновь даже спокойный голос Дамиана пробирался в сознание подобно острым ножам и рвал на куски спокойствие.
— Я и так многое забыла. Теперь предпочитаю дорожить своей памятью, — я качнула головой. — И Адан мне ничего плохого не делал.
— Кроме того, что слишком много целовал. У тебя же даже губы начали болеть, — Дамиан был в маске, но я почему-то отчетливо понимала, что в это мгновение он оскалился. Я все хотела спросить, что случилось с его лицом, но почему-то не могла задать этот вопрос.
Услышав те слова, которые невзначай сказала в день своей свадьбы с Монтеро, я почему-то ощутила себя жутко неловко, но, стараясь этого не показывать, села прямо и скрестила руки под грудью.
— Адан был моим женихом и имел право целовать, — я не понимаю, почему пыталась защитить Монтеро. Наверное, потому, что ощущала, что он мог стать хорошим другом и сейчас переживала за него.
Глаза Дамиана стали значительно темнее и, от того, как он смотрел на меня, хотелось поежиться. Еще лучше — спрятаться.
— И как далеко ты зашла с Монтеро? Сколько раз ты перед ним раздвинула ноги?
— Я с ним не спала.
— Агилар, неужели ты хочешь сказать, что Монтеро, решил не трогать тебя до свадьбы? — вопрос насквозь был пропитан иронией. А еще яростью и будто бы болью. — Сколько же раз ты отказывала мне и как быстро согласилась стать его женой. Сейчас тоже спрашиваешь только о Монтеро. С ним у тебя все так просто и быстро. Судя по всему, у тебя в жизни было бы все лучше, если бы рядом не было меня.
— Вполне возможно, — сорвалось с моих губ. Слова слишком противоречивые и они далеко не то, что я хотела сказать, но эту фразу уже было не вернуть.
— Вот как? — Дамиан приподнял одну бровь.
Я ничего не ответила и он некоторое время молчал. Потом встал и пошел к выходу из комнаты. Когда Дамиан развернулся ко мне спиной я заметила, что он, кажется, снял маску и после этого подкурил новую сигарету. А я все так же сидела на кровати и не могла унять вновь слишком быстрого биения сердца.
***
Утро следующего дня принесло новые новости. Врачи в очередной раз осмотрели меня и сказали, что мое самочувствие в норме, поэтому в моем возвращении в Испанию не было ничего страшного.
Вылет был назначен на этот вечер и, понимая, что я уже вскоре увижу своего сына, я вновь немного нервничала. А вдруг, это все не правда и никакого ребенка не существовало?
Глава 27 Ярче
Я все никак не могла понять, откуда у Дамиана личный самолет. Даже у моего папы его не было. Вернее, это тот уровень роскоши и достатка, который являлся недоступным для семьи Агилар, но, зато он теперь имелся у Дамиана.
Я несколько раз порывалась спросить об этом, но, в итоге, весь перелет просидела молча. Разве что немного поговорила с врачом, который следил за моим здоровьем.
Дамиан все время работал и, сидя в массивном кожаном кресле, не отрывал взгляда от экрана ноутбука. Сейчас на нем привычно была маска, но, вместо линз Дамиан надел очки в черной оправе, из-за чего казался немного более закрытым и мрачным.
— Простите, а вы случайно не знаете, почему он носит маску? — я украдкой посмотрела на Дамиана, очень тихо задавая этот
